"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

Беззаконие, раздолье разбойничьей вольницы, которая служит барону напрямую или отстёгивает ему долю после своих приключений. Кое-как сводящие концы с концами мирные эльфы, которых, судя по всему, уже зашугали до предела. Вот и всё, что представляют собой Вольные Баронства. Да, там был рынок, как официальный, так и чёрный, на котором продавались хоть чернейшие артефакты, хоть младенцы. Но и та и другая торговля находилась в руках баронов, и отдавать свою власть никто из них не хотел.
  
— Я не знаю, что такое фронтир, ваша милость, — немного напрягшись, ответила Ратха.
Я махнул рукой и задумался.
По всему выходит, мы соседствуем с натуральными Тёмными веками. Жизнь обывателя там стоит меньше, чем мясо, которое можно снять с его костей. Голод, холод и постоянный страх. Выживать в таких условиях сложно, но… Каковы шансы, что эльфов всё-таки доведут до ручки, и они поднимут восстание?
Никаких. Потому что бароны отбирают одарённых детей и ставят их себе на службу, превращая в таких же кровожадных чудовищ, как и остальные гвардейцы. Сосредоточив в своих руках мощь, способную превратить обитателей любого поселения в гору пепла, бароны не стесняются пользоваться своим положением.
Всю эту информацию стоит разослать нашим баронам и направить в посольство Арканора и Москву. То, что у меня руки горят от желания пройтись по ничейным землям и присоединить их к Российской Империи, установив там справедливые законы — ничего не значит. Какими бы мерзкими Вольные Баронства ни были, они существуют по той причине, что это выгодно. И надеяться вырвать эту выгоду не у частных лиц, которых всегда можно относительно просто перебить, а у государств, с которыми бороться придётся практически в одиночку — наивно.
Вот если император даст добро…
— Значит так, Ратха, — приняв решение, заговорил я. — Пока поселишься у меня.
Она вскинула брови, явно удивлённая формулировкой.
— В деревне, — дополнил я. — Торговцем у тебя отец был? Значит, этим же и займёшься. Потом, когда возникнет возможность, я рассмотрю твоё желание вступить в полицию. Хотя, на самом деле, думаю, ты к тому моменту передумаешь. Что касается твоей службы у меня, то, коли справишься с функциями министра торговли баронства Лесное, я своей волей произведу тебя в дворяне — есть у меня такое право. Это как простой эннар у вас, без земли.
Молодая эльфийка замедленно кивнула, заметно расслабившись.
— Спасибо, ваша милость, я приложу все силы, чтобы оправдать ваше доверие.
При этом она снова заняла такую позу, что у меня закрались подозрения, не намерена ли она закрепить сделку более надёжным путём. Впрочем, мой ответ не изменится. Теперь, когда я обозначил свои намерения в отношении Екатерины Фёдоровны, будет исключительным скотством валять эльфиек по сеновалам.
Да, многие дворяне и аристократы не придерживаются супружеской верности. Однако я и в первой своей жизни изменником не был, и здесь в нормальной семье рос и воспитывался. Владислав Константинович скорее бы собственными руками задушил женщину, попытавшуюся пробраться к нему в постель. Впрочем, Елизавета Ростиславовна поступила бы ничуть не хуже, если бы кто-то пытался к ней приставать с подобными предложениями.
Как я буду смотреть им в глаза, если стану изменять собственной невесте?
— В таком случае ты свободна, — кивнул ушастой на выход из палатки я. — И передай тем, кто тебя подослал, что на первый раз я их прощу. Но вторая попытка поймать меня в медовую ловушку кончится для них колом, воткнутым в задницу.
Ратха побледнела, но поспешила кивнуть.
— Как пожелаете, ваша милость, — торопливо произнесла она и сразу же удалилась.
Я же забросил в рот горсть местных ягод и, пережёвывая их, направился к собственной постели. Пока что это лишь первый звоночек различия наших менталитетов, но кто сказал, что он будет последним?
* * *
Земля, Российская Империя, Москва.
— Господа, я надеюсь, мне не нужно напоминать вам о том, что содержание наших бесед должно оставаться в тайне? — спросил Станислав Викторович, тяжёлым взглядом обводя сидящих перед ним за столом с самым суровым видом мужчин.
— Если бы мы трепались о контрактах, ваше благородие, вы бы о нашем существовании даже не узнали, — скривив лицо в некое подобие улыбки, ответил главарь. — Наёмники бывают разные, получше и похуже. Но каких наёмников не бывает, так это болтливых, потому что они очень быстро становятся мёртвыми. Переходите к делу, ваше благородие, время — деньги.
Дворянин мягко улыбнулся и поставил на столешницу проектор. Голограмма возникла в воздухе, демонстрируя девушку в форме гимназии имени Фёдора Михайловича Романова. Изображение вращалось вокруг своей оси, позволяя наёмникам внимательно рассмотреть школьницу.
— Малолетка? — хмыкнул сидящий по левую руку от своего командира боец.
— Её благородие Князева Дарья Владиславовна, — пояснил глава рода Горловых. — В этом году поступает в Государственный политехнический университет. Так что насчёт совершеннолетия можете не переживать, оно уже практически наступило. И это — ваша цель.
— Нам нужно её убить? — уточнил главарь.
— Не сразу, — чуть поведя рукой в отрицательном жесте, ответил Станислав Викторович. — Для начала — похитить, записать несколько пикантных видео, чем порочнее — тем лучше. Затем — получить деньги за её жизнь. Ну а потом уже, конечно, перерезать глотку и передать останки мне.
Наёмники переглянулись между собой, без единого звука обсуждая задачу.
— Опасное задание, ваше благородие, — после минутного молчания заговорил главарь. — Мало того что девчонке ещё по вашим же словам нет восемнадцати, а это смертная казнь для нас, когда всё всплывёт. Так вы ещё и хотите, чтобы таскались с её трупом по всей столице?
Горлов скривился.
— Никуда таскаться не понадобится, — заверил он. — Место, где вы проживёте всё время работы над заданием, уже готово. И находится оно достаточно далеко, чтобы никто вас там не обнаружил.
— Грязь какая, — покачал головой сидящий справа от командира боец. — Князевы будут искать. Слышал я, их сынок получил баронство у эльфов. А значит, связи у этой семьи достаточно крутые, чтобы подключить к поискам государственную безопасность. И тогда уже наши останки будут кататься по Москве в багажнике.
Станислав Викторович улыбнулся.
— Не подключат, — сказал он. — Им будет не до того, и это уже моя часть сделки. Когда всё кончится, вас будут ждать новые документы, несколько анонимных счетов на предъявителя. И даже я не буду знать, куда вы делись — достаточная гарантия безопасности?
Главарь кивнул. Ему не впервой было влезать обеими ногами в грязь дворянского общества. И документы, под которыми он жил сейчас, были даже не десятыми. В отряд он собирал к себе отъявленных головорезов, которые тоже особой щепетильностью не отличались.
Однако же есть разница между похищением дворянки и похищением несовершеннолетней. За первое вообще может ничего не быть, а вот за девчонку, которая ещё не достигла восемнадцати лет, головы оторвут качественно.
— План в целом понятен, — проговорил главарь. — И мы готовы будем за него взяться, но с одним условием.
Станислав Викторович, который уже почувствовал себя отмщённым, улыбнулся и с готовностью кивнул.
— Я слушаю.
— Мы дождёмся момента, когда ей исполнится восемнадцать, — огласил своё требование командир наёмников. — Место, где будем её держать, вы знать не будете, мы сами его определим и обеспечим всем необходимым. Мало ли что, мало ли кто, ваше благородие.
  
Глава рода Горловых ничуть не удивился такому требованию. Наёмник явно знал, о чём говорил, ведь сам Станислав Викторович в теории мог бы сдать исполнителей, чтобы подружиться с Князевыми. Выставить себя эдаким героем, который спас их невинную дочурку от похитителей.
— Если я получу всё, что мне нужно, то хоть на Красной площади её держите, — с максимальной небрежностью отмахнулся он. — Цена?