"Фантастика 2025-192". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

Шумно выдохнула стоящая рядом со мной Екатерина Фёдоровна. Но больше никак не показала своего отношения к происходящему. Мятеж против законной власти всегда кончается плохо, и Булатова это понимала.
Никто не дал ни последнего слова, ни желания. Просто шестерым эльфам выбили табуретки из-под ног, и они дружно задёргались в петлях. Зрелище не самое приятное, но такова культура ушастых, и не нам её менять.
  
— Барон Междуречья, — позвала Кайлин, когда тела перестали плясать на виселице.
Смирнов вздрогнул, но вышел вперёд. На казнённых он не смотрел — ему для этого пришлось бы голову поворачивать. Так что остановился в нескольких метрах перед постаментом и чуть наклонил голову.
— Вы проявили себя храбро и благородно, — заговорила принцесса. — В одиночку первым бросились на врага, стремясь спасти мою жизнь. Из-за магии тишины вы не могли позвать на помощь и шли на смерть, прекрасно осознавая этот риск.
Семён Тихонович молчал, ожидая продолжения.
— Короли Арканора всегда ценили верность и самопожертвование, — произнесла её высочество. — Но вы — барон Российской Империи, и я не могу награждать вас знаками отличия своей страны без одобрения его императорского величества. Это бы бросило тень на вашу честь и приверженность родной земле. Поэтому я сделаю иначе.
Она подала знак, и один из гвардейцев, сторожащих будущую королеву, извлёк свиток. Сделав пару красивых шагов к Смирнову, он вручил свёрнутую бумагу барону и тут же отступил.
— Своей волей я увеличиваю выделенные вам земли, барон Междуречья, — оповестила присутствующих Кайлин. — Надеюсь, вы останетесь довольны моим решением, барон.
Смирнов склонился совсем чуть-чуть — даже если бы и захотел, раны бы иначе не позволили.
— Я рад, что вы не пострадали, ваше величество, — ответил он. — Я не помышлял о награде и благодарен за то, что вы решили проявить воистину королевскую щедрость.
Я следил за лицом Кайлин, и мне оставалось лишь усмехаться про себя.
Кажется, будущая королева заинтересовалась героем, который пожертвовал собой, чтобы спасти её. Да и сам Смирнов явно не спешит разрывать зрительный контакт, хотя, вообще-то, давно пора.
— На этом закончим, — вмешался в происходящее эннар Синион. — Её величеству требуется отдых. Прошу вас, дорогие гости, оставаться в моём доме столько, сколько потребуется, чтобы восстановиться после ночного приключения.
И, больше ни говоря ни слова, он увёл принцессу во дворец.
— Вам тоже показалось, Ярослав Владиславович? — спросила у меня Булатова.
— Пока не знаю, ваша милость, — ответил я и указал кивком на Солану. — Мне нужно отойти.
— Я пойду с вами, — решительно заявила Екатерина Фёдоровна, крепко сжимая мою руку. — Иначе что я буду за подруга, если брошу эннару в такой тяжёлый час?
И мы направились к виселице, возле которой соляным столбом застыла Солана Кирит.
  
Глава 5
 
Многого я ожидал от безутешной матери, однако, когда мы подошли к эннаре Кирит, я услышал совсем не то, что, как мне казалось, должна говорить Солана.
— Свободна, — выдохнула эльфийка и, резко обернувшись к нам, улыбнулась. — Эннар, эннара. Извините, мне нужно побыть одной, слишком много всего навалилось.
И, более не говоря ни слова, она направилась в сторону дворца. Мы с Булатовой переглянулись, и Екатерина Фёдоровна хмыкнула.
— Очевидно, Ярослав Владиславович, — приподняв бровь, негромко заговорила баронесса Утопья, — здесь есть какая-то интересная история.
Я кивнул, провожая взглядом удаляющуюся фигуру эннары Кирит. Неужели у них всё настолько плохо было в семье, что смерть сына стала для неё избавлением? Иначе расценить это «Свободна» не получалось.
— Возможно, вы правы, Екатерина Фёдоровна, — сказал я. — Пойдёмте в наше крыло? Торчать снаружи дворца, напрягая людей, не стоит — бойцы службу несут, им не до присмотра за парой благородных, решивших торчать на виду сразу после нападения террористов.
Булатова тихонько посмеялась.
— Да, пожалуй, вы правы, барон.
Я проводил баронессу до её покоев, где передал с рук на руки братьям, и тут же отправился к себе. Со всеми этими приключениями поспать нам так толком и не удалось, и хотелось наверстать упущенное.
* * *
Земля, Российская Империя, Москва, особняк дворянского рода Князевых, кабинет главы рода.
Владислав Константинович отложил еженедельный отчёт в сторону и, потянувшись, размял затёкшие кисти рук. Всё же что ни говори, а быть главным в преуспевающей дворянской семье — та ещё морока.
Телефон на столешнице зазвонил, и Князев снял трубку.
— Слушаю, — произнёс он.
— Владислав Константинович, — обратился к нему сухой мужской голос, — это Булатов беспокоит.
— А, Фёдор Михайлович, — добавив в голос больше расположения, ответил глава рода Князевых. — Рад вас слышать.
— Взаимно, Владислав Константинович, — проговорил старший Булатов. — Вы же уже в курсе, что наши детишки вместе в Аэлендор отправились?
— Да, я видел списки, — подтвердил тот. — Пользуясь случаем, поздравляю с получением баронства. Хотя, конечно, для меня и было удивительно, что титул достался вашей дочери, а не одному из сыновей.
Собеседник усмехнулся в трубке.
— На парней у меня другие планы, Владислав Константинович, — объявил он. — Но в любом случае мне тут прислали весточку из Аэлендора, что ваш Ярослав Владиславович проявляет к моей Екатерине весьма конкретный интерес.
Глава рода Князевых улыбнулся, но так, чтобы Булатов ни звука не услышал. Даже дыхание у Владислава Константиновича не изменилось.
Намёки, что младшему сыну пора бы обзавестись невестой, похоже, не прошли мимо его ушей. Да и то, что брак с баронессой будет, принесёт всему роду Князеву сплошную пользу. Получить вместо одного титула и прилагающийся к ним земли — соблазнительно.
— Полагаю, вы хотите обсудить наши совместные планы? — уточнил он.
— Можно и так сказать, — подтвердил Булатов. — Как смотрите на то, чтобы встретиться на этой неделе и обсудить вопрос более предметно? Детишки, конечно, вне зоны доступа, но возможность передать им свою волю существует.
Владислав Константинович достаточно громко зашуршал ежедневником. Был у него, разумеется, и секретарь, но сегодня слуга был отпущен — никаких контактов не предполагалось. А посидеть одному за бумагами порой приятнее и полезнее, чем в присутствии пусть и верного, но всё же постороннего человека.
— Могу в понедельник отобедать с вами, Фёдор Михайлович, — сообщил он.
— Отлично, — отозвался глава рода Булатовых. — Тогда жду вас в моём ресторане «Лесник».
— Непременно буду, — ответил Владислав Константинович, после чего положил трубку.
А Ярослав молодец! На ходу подмётки рвёт, не успел ещё в своё баронство попасть, а уже приметил баронессу, чью землю можно будет присоединить. Фёдор Михайлович, конечно, может иначе считать, но кто сказал, что Князевы позволят себя продавить?
Младший сын Владислава Константиновича — гений от магии, способный приносить полновесное золото своими разработками. Породниться с ним будет честью для любой благородной семьи. И хочет там Фёдор Михайлович или нет, а приданое у Булатовой должно быть соответствующим. Не за паркетного шаркуна сватают и не за голодранца из провинции.
— Впрочем, это ещё с Лизой нужно обсудить, — вздохнул глава рода Князевых, прежде чем подняться из-за стола.
Супруга в таких делах понимает больше, она и в обществе плотнее вращается. Так что посоветоваться с любимой женой жизненно необходимо. А там, кто знает, чем этот разговор закончится.
  
Каждый раз, когда очередной ребёнок подрастал, Елизавета Ростиславовна начинала плакать на тему, что они так быстро взрослеют, что Владислав Константинович не мог удержаться от того, чтобы не предложить завести нового. Прокормить и воспитать они ещё и не одного ребёнка смогут — вон какие дети у Князевых уже получились, всем на зависть.