Дневники марионетки. Книга 1. Ученица мастера

– Знаешь, – ответила я после недолгого молчания, – ты всё так логично излагаешь, но даже если всё в твоих словах правда – мне всё равно это не нужно. Я и так вполне довольна своей жизнью. Зачем что-то менять?
– Увы, этот выбор за тебя уже давно сделан. А по поводу отъезда… не отвечай сейчас. Я вернусь через пару дней, и тогда ты мне скажешь о своём решении.
– Можешь не обольщаться, я своих решений не меняю, – с гордостью в голосе ответила я и поднялась с лавочки.
  
На этот раз он не стал меня останавливать, но тоже встал и подошёл чуть ближе.
– Что-то подсказывает мне, Тиана, что это решение станет первым исключением, – сказал Тамир и легко коснулся пальцем моего лба.
Всё произошло настолько быстро, что я просто не успела среагировать, а вслед за прикосновением почувствовала в голове резкую вспышку, сопровождаемую коротким приступом боли. Зажмурилась, а когда снова открыла глаза, блондина рядом уже не было.
Я обвела ошарашенным взглядом улицу, но никого не увидела. Он что, испарился? Или у меня на фоне полнолуния начались галлюцинации? Вот что бывает, если слишком долго смотреть на ночное небо. Или вино сегодня подсунули просроченное? Бред какой-то.
– Тоже мне, Копперфильд! – пробурчала я себе под нос и быстрым шагом побрела домой.
***
Понедельник не просто так повсеместно и безоговорочно признан самым тяжёлым днём рабочей недели. А сильнее всего это проявляется, когда у вашего непосредственного начальника выдались ужасные выходные, и теперь он всеми силами стремится оторваться на вас.
– Тиана, где отчёт за прошлый месяц? – послышался гневный крик из кабинета главного экономиста Анны Степановны.
– В пятницу вечером он лежал на вашем столе, – ответила я, остановившись в дверном проёме.
Взгляд нашей местной «Медузы-горгоны» показался мне бешеным и совсем уж неадекватным. Создавалось впечатление, что ещё пара мгновений, – и она начнёт биться в истерических конвульсиях и плеваться огнём.
– И куда он, по-твоему, делся? – всё так же громко и грубо вопрошала начальница.
– Анна Степановна, я всего лишь принесла его в ваш кабинет, а о дальнейшей судьбе этого документа мне, к сожалению, ничего не известно, – не в пример крикам руководства, мой голос звучал спокойно.
– Мне всё равно, что ты думаешь! Чтобы через пять минут он лежал здесь! – Она с силой ткнула указательным пальцем в поверхность стола, и на мгновение мне показалось, что либо она сломает палец, либо в столе появится дырка. Но, к счастью, все остались целы.
Увы, моё настроение было безнадёжно испорчено, а ведь день только начался!
Вернувшись к своему рабочему месту, я увидела Славика – местного айтишника. Утром мой системный блок в очередной раз отказался запускаться, и пришлось вызывать помощь. Славка уже открутил с него все боковые крышки и теперь с очень умным видом что-то там дергал, трогал и шевелил провода.
– Что скажите, доктор? Этому пациенту ещё можно помочь? – спросила я, рассматривая свой разобранный компьютер.
– Боюсь, что нет, – ответил парень, засовывая руки в карманы своих широких штанов. – Его нужно переустановить, и тогда, может быть, он заработает. Надеюсь, что все нужные данные ты хранила на системном диске, потому что, в противном случае, они будут утеряны.
– Вот засада! – выругалась я, понимая, что необходимый мне отчёт был сохранён как раз там, где не надо. А это означает… – Гадство! – прошипела я, с силой швыряя на стол стопку папок, которые держала в руках.
И тут послышался громкий хлопок, а вместе с ним моргнули лампы дневного освещения, заискрились провода в ближайших розетках, от кондиционера повалил серый дым, и резко запахло гарью.
В одно мгновение в офисе воцарилась гробовая тишина. Первым очнулся Славка и, быстро добравшись до щитка, опустил рубильник, обесточив при этом весь этаж.
– Что это было? – прогремел потрясенный голос секретарши Аллы.
– Если бы я знал… – ответил Славик, обращаясь скорее к самому себе.
Остальным же оставалось лишь переглядываться и пожимать плечами.
В итоге оказалось, что, в связи с непонятным резким перепадом напряжения, сгорел кондиционер, три компа не подлежали ремонту, несколько розеток оказались обесточены, выведены из строя все сетевые фильтры и, в дополнение к вышеперечисленному, треснул мой монитор. И пока не нашлось ни одного специалиста, способного найти разумное объяснение всему произошедшему.
Правда, если судить по тому, какими испуганными взглядами меня провожали девочки из соседнего отдела, думаю, крайнюю они уже нашли. Хорошо, что пока хоть не додумались плевать мне вслед и креститься, когда я прохожу мимо. И на том спасибо. Сама же я в этот идиотизм уж точно не верила. Ну, подумаешь, швырнула документы чуть сильнее, чем требовалось. От этого экраны мониторов не взрываются! Так не бывает!
Можно не говорить, что сегодня в офисе никто не работал. А Анна Степановна, будучи женщиной суеверной, распорядилась пригласить в офис батюшку из местной церкви, дабы осветить помещения организации и изгнать нечисть. В связи с этим завтрашний день для всех сотрудников объявили «вынужденным выходным».
Домой я возвращалась в отличном расположении духа. Что ни говори, а сегодняшнее происшествие сильно разнообразило нашу серую офисную жизнь и изрядно всех повеселило. Пока шла, созвонилась с Ником и закончила разговор только через час, когда перешагивала порог родного гнёздышка. Мой дорогой возлюбленный обещал приехать всего через каких-то три дня, при том, что не виделись мы с ним уже почти месяц. И всё время этой его затяжной командировки нам приходилось довольствоваться лишь телефонными разговорами. А мне так не хватало живого общения, тепла, поцелуев…
Вечером, вдоволь налазившись по просторам интернета, я решила присоединиться к маме, которая смотрела по телевизору очередной комедийный сериал. И то ли у меня было прекрасное настроение, то ли сегодняшняя серия этого «весёлого идиотизма» на самом деле оказалась очень смешной, но после финальной сцены я хохотала почти до слёз. Но мой смех резко оборвался, когда я с ужасом обнаружила, что по экрану нашего старого доброго телевизора проходит большая трещина, а сам он как-то странно попахивает палёным.
С изумлением взирая на обезображенный «ящик», я тут же решила поведать растерянной родительнице о том, что нечто подобное произошло сегодня в офисе. Естественно, она списала всё на электриков и перепады напряжения. А у меня появились на этот счёт вполне обоснованные сомнения. Слишком уж это было странно. И выведенный из строя офис, и сгоревший телевизор теперь перестали казаться мне случайными совпадениями. Это уже становилось неприятной закономерностью.
***
Мчась по ночному городу, я лихорадочно размышляла, могут ли все эти происшествия быть простыми совпадениями, или всё-таки нет. Может, дело, действительно, во мне? Ведь, получается, что в обоих случаях я испытывала сильные эмоции: злость, радость. Может ли это быть связано? Есть только один способ проверить.
Свернув на набережную, я оставила мотоцикл на стоянке, а сама направилась к морю. Прямо на моём пути посреди дорожки очень кстати обнаружилась оставленная кем-то пустая бутылка из-под пива. Вот на ней-то я и решила провести эксперимент.
Хорошо, что в понедельник ночью на набережной никого не было, а то прохожих немало повеселила бы одинокая девушка, уже битый час сверлящая напряженным взглядом пол-литровую ёмкость. А эта противная стекляшка даже не собиралась трескаться. В итоге я лишь почувствовала себя самой настоящей дурой. Ну, а кто ещё в здравом уме будет пытаться взорвать взглядом бутылку?
  
Придя к такому выводу, я глухо рассмеялась над собственной глупостью, и вдруг в тишине пустынной набережной послышался громкий звон стекла. Та самая бутылка, которую я уже успела возненавидеть, рванула так, будто в ней был заложен заряд тротила, а осколки разлетелись на много метров вокруг, только чудом не зацепив меня.