Нелюбимый. Мой единственный (СИ)
Несмотря на то, что её новый хозяин был намного старше, он ловко поднялся на ноги, замахнулся. Али увернулся от одной его руки, но тут же отпрянул, с трудом удерживаясь на ногах. Из разбитой губы потекла струйка крови.
Кристина хотела закрыть глаза от страха, но что-то заставляло её смотреть, как мужчины движутся по кругу, решая ее судьбу. «Али» — вновь хотелось кричать девушке, но губы не слушались.
Вдруг раздался скрежет стали, и в руке Карима показался кинжал. В руке её спасителя тоже появилось холодное оружие. Они напряженно двигались по кругу, примеряясь, как удачнее ударить соперника. Стальные клинки скрестились, и Крисси, пользуясь тем, что никто больше её не удерживал, прислонилась к стене.
Мужчины стояли, стараясь переломить соперника, скрестив кинжалы где-то наверху, и Али явно уступал более мощному Кариму. Леди Харрингтон закусила губу, с ужасом осознавая, что Али может проиграть.
Противники снова разомкнулись, и она упустила момент, когда Али отскочил, прижимая руку к правому боку. Кинжал Карима снова взметнулся ввысь, но теперь, молодой и ловкий, Али извернулся змеей и всадил свое оружие в живот соперника по самую рукоятку.
Толпа ахнула, а Кристина наконец-то прикрыла глаза, вознося благодарность Господу.
Пока все находились в замешательстве от случившегося, Али бросился к ней, схватил за руку и в несколько шагов буквально закинул в свою повозку.
- Гони во французский квартал! — на ходу дал приказ вознице молодой человек.
Повозка резко тронулась, так, что Крисси упала на мягкое сидение. Охрана последовала за ними, и вот уже квадратная площадь вместе с разгневанной толпой скрылась из виду.
Немного отдышавшись, Кристина обернулась к своему спасителю.
Побледневший Али полулежал на подушках. Рука его была прижата к правому боку, а всё вокруг — одежда, подушки и обивка повозки — было в крови.
— Вам нужна помощь! — прошептала леди Харрингтон, с трудом сдерживая крик.
Тяжело дыша, молодой человек посмотрел на нее своими янтарными глазами.
— Сейчас я отвезу тебя туда, куда ты хотела, принцесса. А это… так, ерунда… Всего лишь царапина…
— Это не ерунда! — не выдержав, закричала девушка, — немедленно покажите мне рану!
Заметив, что холодный пот выступил у него на лбу, леди Харрингтон не стала больше медлить.
Али сжал губы, когда она разорвала на нем джалабию и обнажила длинную кровоточащую рану, пересекавшую правый бок. Крисси отпрянула, но, взглянув на своего спасителя, который лежал, закрыв глаза, и тяжело дышал, постаралась взять себя в руки.
— Дом французского наместника, господин, — услышала она голос одного из сопровождающих и выглянула в окно.
Карета остановилась около большого дома в колониальном стиле.
— Иди, принцесса, — прошептал молодой человек, с трудом поднимаясь с подушек и пытаясь сесть. Лицо его побледнело еще больше, — иди, ведь именно об этом ты мечтала! И прости меня за все…
Крисси обернулась к нему. Её сердце билось так, как будто было готово выскочить из груди.
— У вас есть дом в Фесе? — спросила она, не сделав никакого движения, когда дверь перед ней раскрылась, и слуга склонился в поклоне, приглашая ее к выходу.
— У моего брата есть загородный дом, тут рядом… — чуть слышно сказал Али, вновь прикрывая глаза.
Кристина поддержала его, посадив так, чтобы ей было удобно заниматься раной.
— Как можно скорее гоните в особняк господина! — приказала она слуге, — ему нужна помощь доктора!
Бинтовать рану в качающейся карете было практически невозможно, особенно потому, что леди Харрингтон делала это впервые в жизни. До этого она готова была лишиться чувств от вида маленькой царапины, но сейчас понимала, что от ее действий зависит жизнь человека. Кровь была повсюду! Её одежда пропиталась кровью, но она обтерла чистой тканью рану, стараясь делать это как можно аккуратнее, потом попыталась стянуть ее концы и замотать так, чтобы остановить кровотечение. Али лежал молча, и под конец она поняла, что он попросту потерял сознание.
Закончив с перевязкой, девушка осмелилась сделать то, на что никогда бы не решилась. Она положила голову Али себе на колени, и потянувшись к куфеи, быстро избавилась от головного убора, неловко прикоснувшись к вспотевшим волосам мужчины. На ощупь они были мягкими, как шёлк, а их цвет оказался намного светлее, чем думала Кристина. Золотисто-каштановые пряди, которые она нежно перебирала длинными пальцами, так походили на янтарные глаза Али!
До девушки наконец дошло, что она могла обрести долгожданную свободу. Но она не хотела оставлять молодого человека, рискнувшего ради неё жизнью! Ведь лишь теперь Крисси поняла, как много он для неё значит!
Глава 19
Дожидаясь, пока доктор осмотрит Али, леди Харрингтон сидела в уютной гостиной, обставленной в элегантном восточном стиле. Все мысли девушки были о мужчине, чуть ли не ценой своей жизни спасшем её из лап гнусного развратника, он хотел подарить ей свободу. Её свобода того не стоит, Кристина уже успела это понять! Жизнь намного дороже!
На ней по-прежнему была белая рубашка, испачканная кровью. Его кровью! Крисси становилось трудно дышать от мысли, что её спаситель мог лишиться жизни, и она никогда бы не смогла больше увидеть блеск его янтарных очей.
Пожилой доктор чуть позже сообщил, что рана действительно очень опасна, но своевременная перевязка смогла остановить ещё большую потерю крови.
— Велите слугам менять повязки раз в несколько часов, — произнёс мужчина, собираясь уйти, — я оставил все мази и порошки для тех, кто будет ухаживать за господином.
— Я сама буду это делать, — сказала Кристина, вызвав недоумение пожилого человека.
— Вы не можете это делать, это харам! В нашей стране женщина никогда не ухаживает за мужчиной.
— Но я родом не из вашей страны, поэтому ухаживать за господином буду именно я, — твёрдо заявила леди Харрингтон, — расскажите, что я должна делать…
Внимательно выслушав доктора, Кристина отправилась в комнату Али. Он по-прежнему лежал без чувств, и, приблизившись к его постели девушка, присев на колени, стала всматриваться в раслабленные черты.
«Даже в таком состояние он очень красив» — подумала Кристина, коснувшись его небритой щёки. Хотя слово красивый редко можно применить к мужчине, но её спасителя нельзя было описать иначе.
Прислушиваясь к слабому дыханию молодого человека, леди Харрингтон наблюдала, как трепетали густые ресницы, казавшиеся единственным ярким пятном на его безжизненном лице.
Поняв, что тратит слишком много времени на глупости, Крисси взяла тряпки и, промыв рану, нанесла указанные доктором порошки и крема. Ещё никогда ей не приходилось видеть обнажённый торс мужчины. Делая перевязку в повозке, Кристина совсем не думала о своих действиях, но теперь… Щёки её покрылись ярким румянцем несмотря на то, что она точно знала, что Али не может её видеть.
Закончив делать перевязку, девушка, движимая каким-то необъяснимым порывом, прильнула к груди молодого человека и тихо прошептала по-арабски:
— Habib Albi, mankdrsh naaish bla bik…(арб. — Любимый моего сердца, я не смогу жить без тебя…)
Слова шли из самого сердца, леди Харрингтон не могла больше отрицать, что вопреки всему любит это мужчину. Вопреки здравому смыслу, вопреки пропасти, которая их разделяет…
Что делать со своими чувствами, Крисси ещё не знала, но была твёрдо намерена вытащить Али из лап смерти, а остальное она оставит на волю судьбы. Жизнь на Востоке научила её именно этому!
Чуть позже в комнату вошёл слуга, доложивший, что для неё подготовили спальню. Но Кристина объяснила, что ночь она проведёт рядом с господином и попросила поставить ей лежанку в его покоях. Однако она не отказалась от возможности принять горячую ванну, перекусить и сменить одежду.