Марс наш! (СИ)
А в следующую секунду в очках я увидел запрос мелким шрифтом, в конце которого красовались две жирные кнопки: «Да, подтвердить» и «Нет, отказать».
Естественно, я нажал «Да»!
Получив подтверждение, механический голос вновь продолжил выводить голосовые логи.
— Запитка от вычислительных мощностей космопорта… Подключение аналитического модуля к внутренней архитектуре… Анализ…
А затем, видимо, «высосав» из космопорта драгоценные вычислительные мощности, голос нейро-бабушки вернулся к приятному тембру пожилой мудрой женщины.
— Короче, внучок. Что смогла, я посмотрела. Вижу твоё местоположение и почему-то отсутствие спецсредств. Вновь чемоданчик у подружки оставил?
Я аж захлебнулся от такой перемены характера.
— Ладно, Мэлс, я не осуждаю. Дело молодое, да и ты уже взрослый… Но всё-таки советую заглянуть в камеру хранения и взять дипломат со спецсредствами из ячейки Часовых.
— Какой ячейки? — ухватился я за эти слова.
Про спецсредства раз или два упоминали мои комсомольцы. Кажется, очки ТОКВДР и бесполезный для меня гант входят в их число. Но Клавдия Леонтьевна намекнула, что стоит взять не только их, но и остальное. Интересно, что ещё входит в чемоданчик Джеймса Бонда? Или точнее: «Что ещё входит в чемоданчик Сумрака?»
— Камера хранения находится по левую от тебя сторону рядом с терминалом выдачи багажа. Ячейка № 1337.
— Клянусь, Клавдия Леонтьевна, — почувствовав, как в душе ещё теплится надежда, произнёс я. — Если всё выгорит, я подарю тебе свою старую майнинг-ферму!
Пятый…
К сожалению, как ни спешили Пятый и Йотун, они всё же опоздали. Старший лейтенант сразу понял это, только увидев вингер. Основная часть мероприятия ещё не началась, официальные лица и те немногие, кто был допущен, уже топтались у красной дорожки и ожидали выхода оперной примадонны. И стоило Ждановой только появиться…
На взгляд обывателя, ничего не предвещало беды. Три ничем не примечательных жёлтых бота замерли по углам в окружении так и не убранных по своим местам грузовых коробок. Просто заглушённые карго-погрузчики, которые складские рабочие бросили на рабочем месте. Но это только на первый взгляд. Бывалый космодес отметил, что уж слишком эти окрашенные в жёлтый работяги похожи на штурмовых ботов «Самсон 4ТМ». Да и расставлены они правильно.
Не на виду, по углам в тенях. Однако так грамотно, что каждый бот может прикрывать два других, и одновременно все три «Самсона» могут, не мешая друг другу, вести огонь как по вингеру, так и по воротам космодрома. Ну это так, если кому-то придёт в голову суицидальная идея попробовать прорваться и спасти Жданову.
А если дело дойдёт пулеметного огня на подавление…
— О чём призадумался? — негромко произнёс Йотун.
В его голосе почти не слышалось одышки. В отличие от контрразведчиков, которых им в помощь выписал легендарный генерал Лебедь. Петров и Боширов, так⁈ За время их не такого уж и длительного марш-броска разведчики выдохлись и вымокли, как мыши.
«Видимо, физподготовка у разведосов не в чести», — подумал про себя космодесантник. Хотя вслух ответил иное:
— Мы опоздали. Ну или или почти опоздали.
— Ты про «Самсоны» подумал? — Йотун угадал ход мысли десантника, на что получил молчаливое согласие.
— Это охолощённые версии, — пояснил великан. — Списанные боевые «Самсоны» прошлого поколения, с которых демонтировали оружие и отправили дорабатывать моторесурс на гражданку. Видимо, несколько досталось и космопорту.
Приглядевшись, Пятый понял, что действительно не видит на тяжёлых штурмовых бронекостюмах, прозванных в армии не иначе как «персональный танк», навесного оборудования. Ни 122-миллиметровых мортир, ни спаренных зенитных пулемётов.
Хотя это и облегчало задачу, Пятый, который сам не раз оказывался внутри «Самсона», понимал, насколько опасен такой бот даже без оружия. Да если иметь достаточно фантазии, парой этих внешних безобидных погрузчиков можно разорвать мирно припаркованный «Вингер» как бумажный самолётик! Вскрыть как консервную банку, и тогда всё!
Телохранители Ждановой могут сколько угодно лупить из табельного оружия по десятисантиметровой вольфрамо-композитной броне бота — всё едино. А вот их вингер боты порвут как бумагу. И телохранителей — тоже.
Однако журналисты всё ещё брали интервью у приглашённых гостей, организаторы нервничали, стуча в дверь вингера и пытаясь до кого-то дозвониться. А самые прошаренные пользовались моментом, накидываясь у фуршетного стола польской сливовицей.
Но самой Ждановой ещё не было.
— Ну что, какой план, командир? — произнес Пятый из готовности выполнить любой приказ Йотуна.
— А э-э-э… — даже растерялся великан.
А растеряться было от чего. Ведь официально он, Йотун то есть, и Сумрак — Часовые. Но специализация у каждого разная.
Да и в симпатической паре ведущий-ведомый Йотун зачастую был ведомым и в основном отыгрывал мускулы команды. Предоставляя планирование и командование либо лучшему другу Каннибалу, либо, как настоящий подкаблучник, Артемиде.
Если бы ему кто-то сейчас сказал: «Слезай с ховербайка, снеси ему кабину!» — он бы без раздумий набил бы! Но вот так, командовать самому⁈
— Необходимо обезопасить гражданских, — вспоминая, что обычно слышал в таких случаях, произнес великан. — Оттеснить МОА-шников от вингера и…
— И как это сделать? — превратившись в само внимание, уточнил Пятый.
Александр не признавался, всё-таки Часовые — это больше кумиры детей и подростков, но именно Йотун был его кумиром!
— А у вас какие идеи? — ловко перевёл он стрелки на разведчиков.
Причём средства для отвода глаз работали сейчас постоянно, позволяя компании перешёптываться в каких-то жалких пятидесяти метрах без надобности идиотских пряток по углам.
Однако «Коньюктивит» действовал и на союзников, отводя глаза и Йотуна. Великану даже приходилось отдельно сосредотачиваться на этой мысли, чтобы не забыть о том, что разведосы вообще существуют.
Разведчики лишь пожали плечами:
— Это ваша операция, мы тут так… Архитектурой любуемся.
— Был бы у нас «Бабай» с тремя зарядами, — Пятый мечтательно прицелился из воображаемого противотанкового комплекса в жёлтого карго-бота.
— А что, если… — просиял Йотун.
И все притихли, чуть пододвинувшись к великану.
— Ну короче, — уже не так уверенно добавил он. — Короче, разведчики, где вы, кстати? А вот, вижу ноги. Короче… Вас, в смысле, разведчиков, двое. И нас — двое!
— Ну… — требовательно протянул Пятый.
— «Коньюктивит» же на отвод глаз работает…
— Частотное воздействие рассеивания фокусировки внимания, — осуждающие поправил его Петров.
— Создателям этой технологии так-то несколько нобелевских премий светит.
— Когда об этой технологии станет известно всему миру… — мечтательно протянул Боширов.
— И когда подписка о неразглашении спадёт… — также «накинул» Петров.
— Не-е-е, — внезапно решительно цокнул языком Баширов. — Не светит им Нобелевская! Обидно, наверное…
— Короче, Пятый, — великан вернулся к своему гениальному плану. — Сажаем разведосов на шею, прячем свои лица — и вуаля!
Внезапно вся гениальность утонула в немой паузе соратников.
— Ч-е-е??? — Йотун не сразу нашёл что ответить.
— Вы, Часовые, конечно, правильные ребята, но извини, Йотун, у меня ещё есть принципы! — сложил руки на груди Петров.
— Хотя, если это надо для операции… — негромко, будто разговаривая сам с собой, прошептал Боширов.
— Нет, серьёзно, «Коньюктивит» так не работает! — продолжил возмущаться Петров.
— Вообще-то… — поправляя его, протянул Боширов.
— Понимаешь, как это будет выглядеть? — продолжал возмущаться Петров. — Двое офицеров Лебедя верхом на Часовых⁉
— Но ведь верхом на Часовых! — воздействовал мягкой силой и Боширов.
— Хм… И всё равно, я не… — перекидывались на каком-то своём языке разведчики.Йотун и Пятый же следили за пикировкой, ориентируясь исключительно по ногам Петрова и Баширова.