Марс наш! (СИ)

⦁ А когда он поднял голову, вокруг уже не было журналистов. Отхлынули, точно волна от берега. Зато, весь такой угрожающий и неотразимый, уперев руки в бока, над ним нависал я!
⦁- Казимир, — наступив носком ботинка на манжету его рубашки.
⦁Он дёрнулся, попытавшись вырвать руку, на что я отрицательно помотал головой.
⦁- Дай только повод, Казимир. Пожалуйста, дай мне повод подумать, что ты представляешь опасность.
  
⦁И неожиданно это подействовало! Матёрый, как оказалось, боевик, один из глав радикального движения по отделению марсианской колонии от СССР, сдулся точно шарик. Всё же вырвал лацкан рукава из-под моей ноги и, закрыв маленькими ладонями глаза… Заплакал⁈
⦁Всё это происходило под непрекращающиеся щелчки камер, и хотелось надеяться, что хотя бы на них весь такой красивый Сумрак на фоне побеждённого врага будет смотреться лучше, чем я в школьном фотоальбоме.
⦁Но, как говорил один шаман из Warcraft 3, «У нас нет времени для игр, мы должны воевать!». Поэтому, схватив за шиворот лидера микрореволюции Марса, я бросил Казимира Толмацкому. Благо немногословный космодесантник уже закончил с упаковкой в стазис-пакет его боевой подруги Каплан.
⦁Цыдыпов же вовсю занимался реанимацией Кузи. На плече космодес-тян вовсю мигал лампочками автодок, а сам Кузя как ни в чём не бывало спал крепким младенческим сном.
⦁- Что с ним? — присев на колено рядом с кузей спросил я у Цыдыпова.
⦁Но добиться внятного ответа не удалось. Молчаливый космодесантник лишь кивнул на автодок и пожал плечами.
⦁- От тебя что, коньяком прёт? — учуял я знакомый ещё со студенчества запах.
⦁В ответ Цыдыпов лишь замотал головой.
⦁- Твою мать, сержант, — начал заводиться я. — Что ты как золотая рыбка моей дочери? Открой рот и ответь по-человечески!
⦁Но добился хмурого взгляда Цыдыпова, и только.
⦁И вновь включив связь, наорал уже на Лизу с Борисом:
⦁- Чуваш, Комсомолка, не тяните кота за сфинкса! Где медики?
⦁- Минута, шеф! — с непонятно почему сбитым дыханием отозвался соник-техник. — Даже меньше минуты!
⦁- Хтонь позорная!.. — понимая, что ничем не могу помочь, бессильно процедил я.
⦁ Всё шло по известному органу! Вернее, всё шло не так, как я рассчитывал, и такой изящный, хорошо написанный план в блокноте годился лишь на то, чтобы им подтереться. Если хорошо помять, да.
⦁А ещё по спине пробежал холодок осознания того, что именно я косвенно виноват в том, что произошло с Кузей. «Ну что, Сибиряков, заигрался ты в советского супергероя», — пронеслось у меня в голове. — «И схвативший за тебя свинец Кузя — это целиком и полностью твоя вина!».
⦁Только вот от самобичевания было не легче.
⦁В ушах вновь зашелестел динамик соник-связи. Это был Йотун.
⦁- Сумрак, это Йотун, — произнес он напряженным шёпотом. — Мы слышали выстрелы. Что у вас?
⦁- Наши террористы обезврежены. Некие: Шацкий и Каплан.
⦁В ответ великан присвистнул.
⦁- Серьёзно⁈ Ты действительно взял Шацкого⁈
⦁В его словах было столько восхищения, что сообщить о ранении Кузи я не смог. Духа не хватило.
⦁- Да, — отделался я дежурной фразой.
⦁Думать о том, как отреагирует Пятый на весть о ранении Кузи, и вовсе не хотелось.
⦁- Отличные новости! — явно улыбаясь, ответил здоровяк и сразу же перешёл к делу. — Короче, Сумрак, борт Ждановой задерживается. Но вокруг терминала по-прежнему какая-то нездоровая движуха.
⦁- Я понял, — не в силах выдавить что-то более подходящее, ответил я. — Выдвигаюсь.
  
Глава 27
 
Товарно-грузовые доки космодрома. Салон вингера «Кречет».
Елизавета «Комсомолка» Гагарина и Борис «Чуваш» Голубчиков.
— Я так не могу!!!
Не в силах усидеть в кресле пилота, Лиза, напряженная словно оголённый провод, ходила взад-вперёд по салону «Кречета».
— Сядь на место. Отвлекаешь, — попросил Боря, сосредоточенно прикрыв глаза.
— Как ты можешь быть таким спокойным, когда мы тут, а они там! — всплеснула руками Лиза.
— Сумрак, — ответил Борис.
— Что? Сумрак? — переспросила Лиза.
— Ты хотела сказать: мы тут, а Сумрак там.
— Ой, иди ты, Боренька, в пень! — воскликнула Лиза.
— Лиза, — обречённо выдохнул парень. — Сейчас идёт самый разгар операции. Я, как соник-инженер, работаю с камерами аэропорта, участвую сразу в двух голосовых чатах, параллельно пытаясь вычислить угрозу… Знаешь, как это сложно? Не знаешь! А параллельно мне приходится выслушивать ещё и твою истерику.
— Прости, я знаю, — осеклась Лиза и села рядом. — Боречка, дорогой, — она даже приобняла парня за плечи. — Пойми меня правильно. Пока они там рискуют своими жизнями, я…
— Ты охраняешь меня и вингер. Ты же прекрасно знаешь важность моей работы. Я работаю с информацией, ищу остальных из МОА и веду сразу две группы. Приказ был чёткий: я работаю, а ты обеспечиваешь безопасность меня и вингера.
— Я просто на тебя не могу! — взбеленилась Лиза. — Ты ведь ничего не делаешь!
Борис настолько удивился, что даже открыл глаза и красноречиво посмотрел на напарницу.
— Прости. Нет. Я не так выразилась, — вновь опустилась на сиденье Лиза. — Я хотела сказать, что физически же ты ничего не делаешь!
Пододвинувшись ещё ближе, Гагарина машинально поправила выбившиеся из чёлки волосы.
— Вся твоя работа идёт через нейроимплант. То есть физически ты же просто сидишь с закрытыми глазами!
Борису такого объяснения оказалось достаточно, и он вновь закрыл глаза.
— Так вот, — увидев, что недопонимание исчезло, продолжила Гагарина. — Что мешает тебе делать то же самое, но в другом месте?
— В каком? — спросил Борис, когда Лиза наконец подобралась к сути.
— Поближе к нашим. К ребятам.
— Ты хотела сказать: поближе к Сумраку, — поправил её напарник.
— Нет. То есть да. Неважно, — снова вскочила девушка.
Резко, точно эксгибиционист в парке, девушка раскрыла мундир. Но увы, нет, под ним у Гагариной всё из гардероба было на месте. Но главное, что хотела продемонстрировать Лиза, это «Суворов 160» в кожаной кобуре.
— Я имела в виду, что если мы будем поближе к ним, то я смогу и тебя защитить, и ребятам помочь! А вдруг кого-то из них или, не приведи Партия, гражданских ранят⁈ А у меня, между прочим, помимо прошлого в «Ночных ведьмах», ещё и диплом санитарного инструктора!
— Врёшь, — медитативно спокойно, даже не открывая глаз, ответил Борис.
— Что «врёшь»? — не поняла Лиза.
— Про санинструктора врёшь. Я же соник-одаренный, забыла? У меня абсолютная память, и твоё дело я знаю наизусть, даже четвертные оценки за шестой класс помню. У тебя есть звание кандидата в мастера спорта по спортивной стрельбе, МС по самбо, первый разряд по гребле и несколько региональных наград по авиамоделированию. А вот диплома санинструктора — нет.
— Да какого «нет», когда «ДА!»! — ударила кулаком о борт Гагарина. — Боренька, пойми ты уже наконец…
Борис открыл глаза и приобнял Лизу уже за талию.
— Не истери. Я же не сказал «нет». Только уточнил про санинструктора.
— Это значит, ты поможешь мне⁈ То есть нам. Неважно! — просияла Лиза, даже не подумав убрать руку парня. — Ты вместе со мной пойдёшь помогать⁈
Распахнув глаза, Лиза как-то совсем смотрела на Борю. Так как вряд ли бы когда-нибудь посмотрела в обывательской жизни просто знакомых. Слишком разные социальные слои идейно бесклассового государства.
— А как же сидеть в «Кречете»⁈ — будто испугавшись, Лиза вспомнила однозначный приказ Сумрака.
— А ещё он сказал: «Действуйте по обстоятельствам. Импровизируйте, если нужно, но под вашу полную ответственность. Считайте это практическим экзаменом на звание». Это, если что, прямая его цитата. Я же…
  
Видимо, парень вновь хотел напомнить о особенности в своей памяти, но Гагарина его перебила.
— Ты просто… Просто… — на эмоциях Лиза что есть сил обняла соник-техника, от чего у него затрещали рёбра. — Ой. Прости.