Измена. Ты будешь страдать (СИ)

Он бы взял с неё плату только так и не иначе.
— Вы ведь понимаете, что я не о квартплате, — она бросила на него взгляд из-под ресниц. Но не кокетливый. Осторожный.
— Цена слишком для вас высока, — Булат усмехнулся. — Поэтому я вас с неё не потребую.
Она вскинула брови в недоумении, наверняка пытаясь представить размер предполагаемой суммы.
Сумма включала в себя её обнажённое тело, прижавшееся к нему. Её роскошные волосы, рассыпавшиеся по плечам. Её громкие стоны и добровольно раскинувшиеся перед ним длинные ноги. Это и всё остальное, теснившееся в его фантазиях слишком долго, чтобы без борьбы уходить в тень.
  
Она не готова платить. Он это видел.
— Звучит… загадочно. Извините, Булат Александрович, я сейчас плохо соображаю и…
— Я не возьму с вас ни копейки. Это если простыми словами.
Это если не говорить начистоту.
— Вы дадите мне крышу над головой и отвоюете мне сына… Погодите, погодите, — она замотала головой, будто только что вспомнила нечто важное. — С жильём всё понятно. Но Егор… даже вы ничего тут не можете сделать. Нет никаких оснований… у меня нет на него никаких прав. По закону у меня…
И тут до неё наконец-то дошло. Светлый взгляд впился в него:
— Нет. Нет, нет, ни за что. Я на такое никогда не соглашусь. Я не собираюсь вас подставлять. Становиться причиной чего-нибудь н-незаконного… Такое даром никогда не проходит.
У него в груди что-то сжалось, а потом разлилось по телу странным теплом. Она не просто не хотела проблем с законом. Она не хотела, чтобы он из-за неё подставлялся.
Он, конечно, не стал бы питать иллюзий — дело не в личных симпатиях. Она почти наверняка любому бы запретила из-за неё вмешиваться в авантюры.
Но он не собирался оставаться в любых. У него на этот счёт свои далеко идущие планы.
— Ольга, когда вы дадите согласие, это перестанет быть вашей заботой. Закон и справедливость порой очень далеко стоят друг от друга. По закону Егор должен остаться с отцом, которому на него по большому счёту плевать. А по справедливости?
— Зря вы так, — она потупилась. — Кирилл сына любит. Просто, может, не всегда умеет это проявить.
Любит, как же…
Кажется, она упускала из виду тот факт, что у него тоже есть глаза и уши. Даже чужие, если понадобится. Раздобыть нужную информацию — совсем не проблема.
— Помните нашу с вами встречу в зоопарке?
Она тут же подняла на него взгляд:
— Конечно. При чём тут она?
Во время их встречи в тот день Колесников упомянул о том, что жена с сыном отправилась в зоопарк. Говорил об этом как о досадной помехе. Его ведь тоже собирались затащить «поглазеть на бесполезных тварей в клетках». Семья собирались украсть у него драгоценное время, но он настолько надёжный партнёр, что наплевал на семью и примчался на встречу к Булату. Отец года, мать его…
— Он же не… — она побледнела.
Ему не пришлось ничего объяснять. Она сама обо всём догадалась.
— Но если вы по-прежнему считаете, что Егору будет лучше с отцом, то я не вправе навязывать вам свой взгляд на вещи.
Булат отступил от стола, хоть это и далось ему с определённым усилием.
— Я понимаю, что вам нужно подумать. И впереди возвращение в родной офис…
— …уволиться, — неожиданно закончила она за него.
А он-то думал, она больше не сможет его удивить.
— Увольняетесь?
И заслужил едва ли не разгневанный взгляд.
— А вы подумали, я после всего этого… думали, я смогу там работать?
Булат покачал головой.
— Ожидал, что вас удержит там ваше безграничное терпение и боязнь за сына. Но теперь вам терять нечего.
Она кивнула, поспешно смахнув что-то со щеки.
— Ольга, — он сделал паузу, дожидаясь, когда она снова посмотрит на него, — вы можете работать у меня. Я вам говорил. Или же я могу наперёд заплатить вам за проект квартиры. Будем считать это задатком, авансом. Чем угодно.
— Я уже сбилась по счёту, какое это предложение, — прошептала она.
Неважно какое. Их может быть миллион, и ему наплевать, пока не прозвучало главное.
— Советую вам покончить с подсчётами. И подумать о том, какой вы дадите ответ.
— И вы примете любой мой ответ? Каким бы он ни был?
Булат смотрел в наполненные слезами глаза и гадал, стоит ли быть с ней полностью честным…
  
Глава 54
 
— И вы примете любой мой ответ? Каким бы он ни был? — внутри у меня всё вибрировало от напряжения.
Я боялась сделать неправильный выбор. Неверно решить, неверно расшифровать то, что слышала от него между строк.
— Ольга, вы знаете ответ на этот вопрос, — Дагмаров смотрел на меня так, будто очень хорошо понимал, что творилось у меня в душе и в голове, но щадил меня и не озвучивал своих соображений на этот счёт.
— Я… бесконечно ценю вашу дипломатичность, — я опустила взгляд на свои руки. — Но я, если честно, не знаю, найдёт ли в вас понимание то, что мне неудобно пользоваться такой безраздельной щедростью. Понимаете, жизнь приучила меня к тому, что ничто не даётся бесплатно. И я… бога ради, не подумайте, что я усматриваю в ваших предложениях какой-либо умысел. Просто… разрешите мне немного подумать над всем, что вы сказали.
— Боитесь оказаться должницей, — сухо усмехнулся Дагмаров. — Выходит, моим словам о том, что насильно я вас ни к чему склонять не собираюсь, вы не поверили.
Мне очень сложно было ему объяснить, что дело не в этом. Я верила в его честность здесь и сейчас, но я опасалась, что он мог передумать. Опасалась, что об этом каким-то образом прознает мой всё ещё муж и начальник.
И тогда я уже совершенно точно могу забыть о Егоре…
— Это не так, — я кашлянула. — Я верю вашим словам, но не могу вот так запросто решиться на всё, что вы предлагаете. Мне кажется, я сейчас не могу учесть всех возможных последствий таких поспешных решений.
— Вы не сможете это сделать ни сейчас, ни потом, — с безжалостной честностью заметил Дагмаров. — Вы не машина. Не ясновидящая. Вы не знаете, что поджидает вас в будущем.
— Вы правы, — проговорила я едва слышно.
— Но если вы думаете, что ваше мгновенное согласие заставит меня заподозрить вас в меркантильности, — он не продолжил, пока я не посмотрела ему в глаза, — то вы глубоко ошибаетесь.
Дагмаров не лгал. А ещё в его глазах я видела стальную решимость. И скорее подсознательно ощущала, что откажись я сейчас, он всё равно не отступится.
— Мне сложно идти против своей натуры, Булат Александрович.
Дагмаров кивнул, будто ожидал от меня такого ответа.
— Вы ведь привыкли к роли хорошей девочки. Вам наверняка с детства внушали, что досаждать кому-либо своими просьбами нехорошо и неприлично. Со мной такая тактика не сработает. Знаете, почему?
— Почему?..
— Потому что я, кажется, не так давно предложил вам не просто свою всестороннюю помощь. Я предложил вам себя использовать. Как думаете, моё мнение сильно о вас изменилось бы, если бы вы набрались решимости и о чём-нибудь меня попросили? И уж тем более если бы вы просто согласились принять мою помощь?
Моё лицо начинало гореть от прилившего жара.
Потому что в первую очередь вспомнилось, в каких условиях Дагмаров предлагал мне себя использовать…
Но сейчас ко всему этому неизбежно примешивалось кое-что ещё очень важное.
Помимо всего сказанного из головы не шло то самое, невысказанное.
Упоминание Дагмаровым поездки в зоопарк.
Он не стал говорить мне всей правды, но додумать было очень несложно.
Всё было не так, как я себе представляла. И не так, как описывал это Кирилл.
Муж не хотел никуда приезжать. Не хотел и не собирался. Наша встреча на выходе — дело рук Дагмарова.
  
Он наверняка подтолкнул Кирилла к такому решению. Посоветовал, настоял… не знаю, что он там сделал.
А я хотела бы знать. Хотела бы услышать всё от него. Хотела заставить его мне всё рассказать. Но, полагаю, я ещё отыщу способ поговорить с ним об этом.