Игра хаоса. Книга тринадцатая (СИ)

— Кто-то из ваших, видимо отчаявшись совсем, решил попытаться прорвать блокаду, — прокомментировал увиденное темный маг. — Судя по всему, они смогли не только завладеть одним из ключей, но и воспользоваться им.
— Можно узнать, сколько их и кто это? — уточнил наг, косясь на туманную зыбь, колышущуюся над варевом. Мерзкая бурда кипела и булькала, источая почти невыносимую вонь, сухо трещали пожелтевшие кости, горевшие под котлом, выведенная подсыхающей кровью фигура связывала их с разложенными на земле засушенными и свежими конечностями и органами… Жуткая древность и атавизм. Но порой старая полузабытая магия из прошлого, вроде зельеварения, в его изначальной, дремучей форме, могла творить настоящие чудеса там, где пасовало современное волшебство.
  
Несколько пасов руками над кипящим котлом, туманная дымка уплотнилась и слегка увеличилась в размерах, и в ней загорелись десятки живых самоцветов, обозначавших союзных Игроков, каждый из которых сиял своим индивидуальным цветом с добавлением разных оттенков. Наг быстро принялся их считать: восемь, двенадцать, семнадцать, двадцать один, сорок четыре, сто тридцать два… и среди всего этого созвездия выделялся один, буквально переливавшийся от наполнявшей его силы. Яркие чистые краски основных стихий бурлили, сливаясь воедино и слепя глаза, а сквозь это буйство, почти невидимая на их фоне, вилась красно-золотая нить благословения дракона. Такое необычное сочетание трудно пропустить, и оно закономерно привлекло взгляд мастера-ритуалиста: тот склонился к котлу и легким движением когтистых пальцев приблизил изображение этого «самоцвета» к себе.
— Кажется, я догадываюсь, кто это, — задумчиво пробормотал себе под нос Шепчущий.
Подобную ауру он уже видел буквально полдюжины дней назад в Малой совещательной комнате своего кланового дома. Рэн снова пытается идти вопреки задуманным им планам. Впрочем, зная тот уровень информации, что для человека доступен, вполне логично, что тот отказался смиренно умирать.
— Много, — прошипел наг вслух, нервно дернув хвостом. — Скорее всего, объединились остатки сразу нескольких кланов, державших северный и северо-западный лучи.
Ритуалист, наконец отвлекшись от разглядывания необычной ауры, согласно кивнул:
— В этих секторах, кстати, перебили наибольшее количество Жнецов и Охотников, — уточнил чародей. — Потому и отряды противника к ним движутся самыми последними.
«И я почти уверен, кто именно „порезвился“ в тумане, — подумал Шепчущий. — Тот, кто сумел выжить в Бездне, вполне мог устроить и охоту на Охотников, прикрывая своих».
— У меня все готово, могу начинать в любой момент, — спустя четверть часа снова нарушил напряженную тишину Баграш. — Я завершил расшифровку чар Керумера и могу внести свои поправки в них. Но боюсь, ушедшие на прорыв разделят свою судьбу с теми, для кого вы приготовили эту ловушку.
— У нас есть время? — уточнил наг, оценивая картину целиком.
— Немного.
Тонкие коридоры-туннели буквально испятнали всю туманную стену словно черви-древоточцы. Перемычки со стороны лагеря альянса пока еще стояли, но были готовы пасть в любой момент, выпуская скопившиеся в проходах отряды. И только смерть владеющих ключами Охотников помешала Ящерам начать действовать прямо сейчас: несколько последних тоннелей еще продолжали расти в тумане, выводя бойцов на позиции.
Вражеский владыка решил бороться до конца, даже несмотря на некоторые задержки в исполнении плана. Похвально, он всегда уважал в Ящерах эту их упертость, но сейчас она сыграет с ними злую шутку. Хотя, ну как они могут отступить? После оглушительного поражения на Румии им просто необходим хоть какой-то весомый успех. И они серьезно постарались, чтобы его себе обеспечить. Сначала в результате великолепной работы их шпионов, переигравших контрразведку альянса, толстошкурые получают сведения о новых планах Летящих, в том числе ключевые детали операции по нападению на Топи, а главное — планируемое место высадки. Затем им удается в кратчайшие сроки заручиться поддержкой Керумера и привлечь еще кого-то со стороны. При этом, филигранно обыграв собственную неудачу с нападением на город Выживших, они создают видимость серьезного ухудшения отношений с Охотниками, куда более серьезного, чем есть на самом деле, и активно готовят ловушку для бойцов альянса, тратя редчайшие артефакты из своих запасов. И даже применение Последнего рубежа ничего не изменило, лишь заставило еще сильнее вкладываться в предстоящее сражение.
И после всего этого — отступить всего лишь из-за небольшой задержки⁈ Да ни за что! Ведь они не понимают главного — что лишь следуют сценарию, написанному для них нагом.
Все это изначально была долгая игра, наконец-то принесшая свои первые плоды. Шепчущий решил, что ему нужна хотя бы часть Топей, еще по результатам Великого аукциона. И начал готовить план. Тот не раз менялся, ведь изначально змей не собирался лично участвовать в войне Домов, затем многое переиначивший Турнир тысячелетия, внезапно открывшиеся Огненные врата, Последний рубеж… Но он все время, подстраиваясь, шел к намеченной цели. Пришлось кое-кем пожертвовать из своих, загодя готовя канал для слива сведений. Тирана, прекрасно сыгравшая порученную роль, завербовала кротов в альянсе и продала полученную информацию Инею, а тот преподнес ее Газараху. Одновременно с этим сам наг руководил подготовкой операции вторжения внутри альянса, проследив, чтобы все ключевые фигуры поняли и приняли ее, считая удачной находкой и самостоятельно вкладывали силы и ресурсы в ее осуществление, при этом не отклоняясь от намеченного для них нагом пути.
Сложнейшая, тончайшая партия, один из этапов которой он сейчас и наблюдал. Ящеры даже так до конца и не поняли, почему для атаки были выбраны именно владения Керумера… А ведь могли бы догадаться, хотя… вряд ли, слишком мало информации у них было.
Стоит отдать должное Алу, легкого пути ему по Реке душ. Джун помог змею завести немало новых полезных связей, и как раз знакомство с Баграшем Затворником позволило реализовать данный план.
Сбор информации о Первых начался еще тогда, когда Топи Тлат’нока вошли в Игру в виде Осколка. Великий Жужжащий, Мертвый носорог… Их сила, особенности характера, доступные для применения высшие чары… По каждому повелителю Охотников был создан индивидуальный портрет. Керумера выбрали не из-за его якобы конфликта с Ящерами, а из-за особенностей используемых им чар. Стену тумана, блокирующую либо ослабляющую любые посторонние магические силы, он уже применял в прошлом. Дважды. Так он уничтожал армии других Первых, что вторгались на его территорию, постепенно истощая, изолируя врагов, а потом нанося завершающий удар.
Дальше все было проще. Просчитать действия противника, обладая такой информацией, несложно. А чтобы избежать развития других сценариев, было решено временно подавить подвластные Керумеру стихии разовым заклинанием и воздвигнуть Шпиль Стихий — когда тот вознесется к небу, бури вперемешку с грозами враг уже гарантированно создать не сможет. И ему придется полагаться только на Стену тумана. К счастью, Ящеры изначально готовились к реализации схожего плана. Да и что им оставалось? Отказ от боя за мир стал бы для них полной утратой авторитета. После такого от них начали бы разбегаться собственные бойцы. Атаковать в лоб хотя бы частично защищенную позицию чревато потерями, и еще неизвестно кто кого забодает в открытом бою, ведь неизвестно, как много секретов хранят в своих закромах древние Дома и сколь многими решатся пожертвовать. Тут надо рисковать, а Газарах от подобного уже давно отвык. Это тебе не муравьишек тысячами вырезать. Поэтому наиболее надежный и безопасный план — подавляющая магию завеса, на которую альянс делает ставку, ловушки, несколько волн, истощающих силы врага, и затем добивающий удар при поддержке Керумера. Ясная и очевидная победа. Сценарий, который желал и подготовил для них он.
  
Отвлекшись от своих мыслей, наг вновь посмотрел на котел.