Чердынец (СИ)

— Ага… а вот как это сделать — поболтать… уединимся, да? И ты у меня будешь спрашивать, а я — отвечать? Как ты вообще это себе представляешь? Где, когда? Я-то — не против! Хотя… предполагаю, что вот этот мир — это не совсем тот, в котором я жил.
Видя Галино недоумение, я кратко объяснил, как в свое время бате.
— Как интересно… Нет… все же я подумаю, как нам с тобой поговорить, без всяческих кривотолков, и чтобы никто не мешал.
— Ну… думай. И у меня к тебе еще просьба будет — посоветуй, что мне делать с Надей… да и с девчонками тоже…
— Что, кобель, запутался уже? — Галя смеется.
— Тут не то, чтобы запутался… Просто подвести никого не хочу!
— Ну, с девчонками я поговорю… так — ненавязчиво. Так как вы играете — тут ничего страшного я не вижу. Так многие балуются. Только — как договорились… целки их не трогай. Вы, мужики, даже не представляете, что это для девок. Иная дура и сама не понимает, а потом — поймет, да поздно будет. Это — как печать сорвать! Это… в общем — мы договорились. А с Надей… аккуратнее надо, все продумывать… может, и я где вас подстрахую. Мне кажется — с Веркой вы зря связались!
— Почему?
— Да так-то она баба и неплохая, и язык за зубами держать умеет. Просто в какой-то момент потребует она с вас. Точнее — с тебя может потребовать! — Галя снова смеется, — ты же знаешь, Надька, она хоть и хорошая, но простодырая же — до изумления. Сядут, поболтают — она и вывалит Верке, что там и как у вас. А Верка свое не упустит. Тоже захочет попробовать — в качестве арендной платы за место для свиданий! — Галя хохочет.
— Придется тебе, Юрочка, отрабатывать. Ты-то и не против — вон по морде твоей наглой вижу, а Надька может и взбрыкнуть. А ссорится с Веркой — не нужно!
— А о чем ты с Валей шепталась, перед уходом… если не секрет?
— Да какой там секрет… Ты же, дурень, и здесь девке голову задурить успел. А ей это — не надо, у нее парень есть. И, насколько я знаю, у них там вроде бы — к свадьбе идет. Вот я и сказала, что ты, хоть с виду парнишка уже большенький — но малолетка, так что… чтобы там себе не навыдумывала ничего всерьез. Говорю ей — так если, побаловаться, для удовольствия — ты парень стоящий, а по серьезному — не вариант!
— И она что?
— Не знаю, задумалась…
Мы, разговаривая, дошли до Аяна.
— Слушай! Давай снова туда нырнем — во двор этот. Я покурить хочу, а потом — места не будет. Ты бы знал — как надоело прятаться! Вон мужикам все можно — курить, водку пить, блядовать! И все — нормально! Мужик, чё! А бабе — ничего нельзя! Вот же… бесит просто!
Мы сидели на той же лавочке.
— Юр! Ну правда — мне хорошо в этом белье? — Галя смотрит выжидающе, в глазах — бесятки прыгают.
— Галюшка! Ну ты что, в самом деле? Ты хочешь, чтобы я тебе рассказывал, какая ты красивая, как тебе в нем хорошо, как… как у меня встал? Ты же и сама все это знаешь!
— Вот вредный ты, Юрка! Вредный!
— Я не вредный… если я начну тебе сейчас рассказывать, как ты мне нравишься… а ты мне — нравишься! И это я так — очень сильно снижаю уровень своего… Галя! Ну что же ты меня мучишь? Тебе нравится это, да? — я смотрю на нее.
— А вот… с Надей тебе было хорошо? — она смотрит куда-то в сторону.
— Ты знаешь… мне и в той жизни не часто было так хорошо… ну вот — с женой моей… ну — там отдельная история, — Галя смотрит на меня с интересом, — там у меня от Дашки… мозги напрочь пропадали… там как болезнь какая-то была — долгая… от встречи и до самой моей смерти…
— Ты ее так любил? — Галя задерживает дыхание, чувствуется, что удивлена.
— Я и сейчас ее люблю… прости… мне сложно и больно об этом говорить… потом как-нибудь… если будет возможность — расскажу… если смогу, конечно… сама знаешь — подчас словами это — не выразить!
— Так… ладно… зарубочку себе в память… ну — а с Надей?
— С Надей… это как фейерверк страсти и эмоций! С ней так здорово… вот… если бы у меня в памяти не было бы Дашки… в Надю можно и влюбится. Она такая… классная… и страстная очень! И кончает — ух как! — я улыбаюсь, вспоминая.
 
Что-то Гале… не нравится, что ли? И губку закусила, и отвернулась.
— Эй! Красивая! Ты что это — ревнуешь меня, что ли? Нам с тобой вот только фиги по карманам держать и осталось — друг от друга! Ты ведьма, да я — чердынец! Нам вместе держаться нужно!
Галя поворачивается ко мне:
— Да ладно… ревную я его… я вон с Надькой договорюсь, да мы тебя и поделим! Что — против будешь?
У меня как-то враз пересыхает в горле, и я сиплю:
— Не знаю… нет, наверно… не буду… только вот… как же — с дядькой?
— А я тебе что обещала — не обижать его! Я его и не обижаю — он у меня и накормлен, и напоен, и обстиран. И ласкаю я его так — что он чуть сознание не теряет! Может твоя Надя и не умеет так, а? — Галя смотрит на меня с усмешкой, — а вот, что верной ему буду — я такого не обещала! Или не так?
Я молчу, охренев от такого поворота событий.
— Так… я кого-то обещала расцеловать! И я не люблю оставаться в долгах. Иди-ка сюда!
Она поворачивается ко мне, обвивает мою шею руками и целует. Сначала так — слегка, но потом… это был такой поцелуй, что, действительно — сознание потерять можно!
Время для меня замедлило бег. Разум ушел… в голове туман… смутно помню, как моя рука оказалась на ножке у Гали и поползла вверх, под платье…
Она молодец, сумела вовремя остановится. Я бы — не смог.
— Вот же, Юрка… и запах этот твой… с ума сойти… Ой, как же мне с Надькой поболтать охота, как охота!
Мы медленно шли к дому по Роще. Хорошо, что она — остановилась. К этой теме — не возвращались, по невысказанной вслух договоренности.
— Галя! А что — получается, что Гнездилиха и правда — ведьма? Раз смогла меня… вычислить?
— Н-у-у-у… я бы не сказала, что она — ведьма. Что-то знает, что-то умеет. По верхушкам — нахваталась. Но не ведьма, так — недоучка какая-то.
— А… а ты — ведьма? — я уже ее не боюсь, мне и правда интересно.
Как отнестись к тому, что кто-то обладает непонятными умениями? Когда я сам — непонятно как сюда попал.
Да и в прошлой жизни, еще Палыч что-то и как-то рассказывал, про непонятное. Правда — невнятно рассказывал. То ли — не хотел, то ли и сам знал немногое.
Галя засмеялась:
— Нет, Юрка. И я не ведьма. Скорее — знахарка. Могу какие-то настойки приготовить… лекарственные, порошочки, мази. Так — немного совсем. Погадать вот могу! Но сразу скажу — тебе даже браться не буду! Таким как ты гадать — дело неблагодарное! Даже себе — не возьмусь. Да и тем, кто рядом с тобой — тоже вряд ли что толковое скажу.
— Я ведь, Юрка, пять лет с бабулькой одной прожила. Так получилось. Помогла она мне здорово, да в такой период, что мне в пору было — руки на себя наложить. Вот ее можно было назвать ведьмой. Старая она была, откуда с Поволжской глухомани, из деревни. Хотя к тому времени, что мы встретились — она уже лет двадцать в Сызрани жила.
— Вот она — да. И привороты-отвороты, и всякие прочие… нехорошие капельки. Но она тоже этим — практически не занималась. Боялась сильно за посмертие. Она — здорово в это все… потустороннее верила. Редко-редко, когда, только за очень хорошие деньги. А так… наговоры, настрои, порошки, капли… детишек вот лечила.
— Ну и меня помаленьку учила. Да вот — ворожить еще… Гадать же, Юрка, это надо человека понять, который к тебе пришел. Кто он, с чем он, что ждет-хочет. Разговорить человека нужно, понять, а потом — и направить. Мягонько так, чтобы он и сам не понял, что его — направили. Ну вот — как цыганки, из старых. Не из тех, которые сейчас — наглые, шумные, и ни хрена не умеющие.
— Вот она, кроме тех настоек и порошков, и учила меня — как людей слушать, да говорить с ними. Я тоже — так только… по верхам. Это же не пять лет учится нужно. Да бабуля говорила, что потенциал у меня хороший.
— А потом? — я смотрю на нее.
— А потом бабушка умерла. Она месяца за три-четыре что-то почувствовала. И деньги мне все передала, и домик — переписала. Только — не держало меня там ничего, как ее не стало. Да и она предупреждала, что мне уехать нужно будет. Вот так я и оказалась здесь — пальцем ткнула в карту и рванула. А тут — с Надей познакомилась. Мы с ней как-то быстро сдружились. Потом она меня с Володей познакомила. И я — ни о чем не жалею. Я только-только стала чувствовать, что у меня и семья появилась, и дом здесь может быть. Ты, Юрка, не представляешь, как это здорово — вот так, хоть какую-то уверенность приобрести!