Цифровое правосудие. Дилогия (СИ)

  
 Чистильщик
   
Глава 1
 
Данные загружались на внутренний диск кибердеки. На секунду я высунулся из-за стола, но увидев в проеме приоткрытой двери тень, снова спрятался. Если бы мне нужны были данные только по одному случаю, я бы уже ушел, но когда еще мне выпадет возможность покопаться в базах полицейского управления по Новой Москве? Там ведь столько всего.
  
Кабель индивидуального коннектора шел от моего плеча к разъему на терминале. Чтобы взломать защиту, понадобилось всего несколько секунд, благо система была стандартной и давно всем известной. Такими пользовались по всей России, в них была куча дыр, которые публиковались на хакерских сообществах в даркнете. Да, программисты их латали, но одновременно с этим появлялись и новые.
Взломать защиту удаленно было бы гораздо сложнее. Но это я был фанатом личного проникновения и с презрением относился к тем своим коллегам, что привыкли работать с мягких лож капсул для погружения в сеть. Они же в ответ считали таких, как я, адреналиновыми наркоманами и маньяками.
Мимо снова прошел человек. Я специально оставил дверь приоткрытой, чтобы видеть, кто ходит снаружи. Можно было подключиться и к камерам видеонаблюдения, но для этого нужно взламывать сервер. Удаленно или непосредственно — не так важно. Все равно меня не найдут, потому что на моем лице, как обычно, маска, проецирующая черты множества других людей. Обычно такие покупали из Китая, но эту я доработал сам, кое-что перепаял, добавил несколько новых схем, прогрел композит так, чтобы он плотнее прилегал к лицу. Стало надёжнее и удобнее.
Снаружи ходили люди, их не особо интересовало то, что находится в кабинете. Данные продолжали скачиваться, ещё немного и можно будет валить.
За дверью снова послышались шаги, в дверном проёме мелькнул силуэт, и я спрятался под столом, замер. Звук стал ближе, похоже, что пришел хозяин кабинета. Впрочем, и на такой случай у меня имелась домашняя заготовка.
Для того чтобы подключиться к кому-то не нужен визуальный контакт, достаточно быть в одной сети. А мы все так ходим, нужно ведь, чтобы телефон работал, да и доступ в интернет. Пока ты не засунешь себе в башку блокирующий чип или не перейдешь в автономный режим, ты уязвим для хакеров. Этим люди платят за удобства. Хотя если человек хочет быть в безопасности, то ему придется отказаться от имплантов и пользоваться внешними устройствами. Таких практически нет.
Я работал практически мгновенно, сказывалась практика. Открыл его адресную книгу, выбрал номер, который был подписан как «Полковник Титов». В общем-то меня не интересовало, кто это, главное, что он выше цели по званию.
Скопировать номер, а потом отправить с него сообщение — доли секунды. Главное — выдержать тон. Социальная инженерия — это такая штука, искусство настоящего обмана. Да, это тебе не учительнице врать о том, что домашнее задание съела собака. Тем более, что и настоящих собак уже никто не держит.
«Егоров! Ты что творишь? Ты нас всех под монастырь подведешь! Живо в мой кабинет!» 
Шаги затихли, полицейский остановился. А потом они послышались вновь, но уже удаляющиеся. Звук закрывшейся двери означал, что моя задумка прошла успешно.
Полоска загрузки наконец-то доползла до конца. Данные были сохранены. Я вытащил коннектор и двинулся к выходу из кабинета. Чуть приоткрыл дверь и тут же спрятался: мимо шел человек. Когда шаги вдали затихли, я выбрался наружу и двинулся в большой зал, где находились стойки, у которых принимали заявления. Народа здесь была целая куча, я же двинулся к выходу из управления и стойкам металлодетекторов. По сути — рентген-аппараты, только изображение посылается сразу на оптику оператора. Смысла в обычном, на магнитном поле, нет, потому что наши тела настолько напичканы железом, что он будет срабатывать на каждого вошедшего.
Правда, у меня имплантов не так уж и много. Мне не нужны «руки-базуки» для того чтобы ломать двери и пробивать черепа. Мне не нужны «бутсы», которые делают меня сильнее и быстрее. Все, что мне нужно, находится в голове. Я привык работать умом, а не грубой силой.
Да, если я продолжу путь, который выбрал, то рано или поздно мне придется поставить разные штуки типа подкожной брони, модулятора боли, ускорителя рефлексов. Но я никогда не позволю отрезать себе конечности. Ни за что, разве что попаду в ситуацию, когда их нельзя будет сохранить.
— Что такое, парень? — спросил меня дежурный сержант. — Там ж толпа, как ты так быстро заявление подал? Только вошёл ведь.
— Не хочу ждать, — я демонстративно зевнул. — Слишком много людей. Лучше своими силами разберусь.
— Ну ты смотри, только без крови, — он усмехнулся.
— Да что вы, я ж законопослушный гражданин. Да и крови боюсь.
***
Я сидел в угнанной машине, держа руку на руле. Она сильно дрожала. Не буду врать, мне было страшно решиться на такое. Одно дело — воровать данные у корпораций, взламывать банковские счета толстосумов ну и устраивать всякие штуки, типа сбросить все соединения к радиовикторине, назвать правильный ответ и забрать себе приз. Ну и шутки, конечно: влезть в сеть в каком-нибудь отделении крупной корпорации и поставить на всех рабочих машинах похабную картинку на рабочий стол. Или включить свет в окнах так, чтобы получился неприличный жест.
Многие думают, что мы делаем это, чтобы продемонстрировать свою борьбу с корпорациями. Но на самом деле все не так. Это просто приколы, ради веселья. В хактивисты идут не только ради денег, но ради компании и таких вот дел.
Но то, что я собирался провернуть, уже выходило за грань. Год назад в Новой Москве объявился человек, которого быстро прозвали Хантер-Киллером. Он объявил настоящую войну преступности и перебил кучу народа, при этом от его деятельности не пострадал ни один невиновный.
Он заинтересовал меня, тем более, что по слухам он работал с Шерлоком — одним из лучших хакеров, на которого все равнялись. Я не знал о нем ничего, кроме его творческого псевдонима.
Я искал его, быстро выяснил настоящую личность и предысторию. Получил доступ к полному досье.
Меня нельзя было назвать его фанатом, но жизнь казалась мне слишком скучной. Рутинный взлом быстро надоел, и хотелось чего-нибудь, что будет щекотать нервы сильнее. И пример Хантера-Киллера подал мне отличную идею.
Но он валил в основном мелких бандитов, гопников в Квартале и Боевой Зоне, лишь изредка ему попадались действительно крупные шишки. Я же собирался сосредоточиться именно на таких. И сегодня должно было состояться мое первое дело, моя первая акция.
Родители звали меня Робертом. Уж не знаю, почему им в голову пришло дать мне английское имя, когда практически все носили русские. Друзья и приятели сокращали его до Роба. Прилипло, но мне никогда не нравилось. Звучит, как собачья кличка.
А в сети я был известен как Нано. У меня была известность в определенных кругах. Если кому-то нужна была помощь в том, чтобы оставить в программе пару бэкдоров, то к делу подключали меня. Я находил уязвимости в практически любом коде, даже самом запутанном. А знал их тоже немало. Это был мой старт.
Полгода я потратил на тренировки. Я научился драться, стрелять, водить машину и прочее. Денег у меня хватало, свободного времени тоже. Я бросил зависать в сети по ночам, жрать риталин и пользоваться другими стимуляторами. Хорошо питался, ходил в тренажерный зал и скоро привел себя в более-менее форму. Не сказать, что мышцы накачал, с этим шло туго, зато стал выносливее.
  
У меня стоял пиратский интерфейс-помощник, который в том числе определял и характеристики. Если бы я не участвовал в его разработке, то никогда бы не загрузил добровольно себе в голову вирус, который подсаживает в твою кибердеку нейросеть. Причем, я выбрал устаревшую версию ещё из восьмидесятого года. В начале восемьдесят первого в логово парня, который это написал, нагрянул отряд корпоративного спецназа РосИнКома, отжал все диски. Интерфейс доработали и стали продавать другим корпам, тем же частным военным. Раньше это был прикол для своих, теперь его юзали все, кому не лень. И никто за создателя не зацепился, потому что он делал это нелегально.