Мои двенадцать увольнений (СИ)

Я успела поймать только начальника отдела по работе с регионами, он торжественно вручил мне флэшку с информацией и молодцевато погарцевал к лифту. Пятница — сотрудников словно унес торнадо, кабинеты закрыты, гробовая тишина в коридорах, при учебной эвакуации такой прыти никто не проявил. Стикеры, пришлепанные к закрытым дверям, уверяли, что мне все отправлено по почте или указан тернистый путь к заветному на сервере. Судя по всему, сеанс гадания не состоится, зря марафет наводила.
Я вернулась к себе, в почте действительно оказались необходимые письма, а на сервере — документы, видимо всеобщий психоз заставил их выполнить поручение в срок. Я собрала все к себе в папку, и начала творить уникальное произведение о нашей жизнедеятельности. Через полтора часа глаза потребовали передышки, а желудок хоть какой-то еды, нужно было прервать творческий процесс и пойти в кухоньку и сварганить себе очередное сухомяточное пиршество. Я вернула ноутбук на подставку из-под системника и задвинула его под стол, директор наверняка заглянет, пусть оценит очередную мою шутку, раз уж другие не захотели оценить. Я выплыла из кабинета и к своему удивлению в приемной обнаружила Лену.
— А ты, что домой не идешь?
— Еще не все доделала. Я забыла отдать рукопись.
— В понедельник отдашь. Сергей Михайлович здесь?
— Да, к нему должны приехать.
— Поэтому ты тут и кукуешь?
— Это моя работа.
— Иди домой, это мой приказ, а с Михалычем я сама управлюсь.
— Но…
— Никаких "но", иди, я все равно с ночевкой.
— Я могу вам помочь?
— Будешь за меня думать? Иди домой. Спасибо, что все по Праге быстро нашла. Пока. Пока. До понедельника.
Леночка все еще сомневалась, но мой строгий взгляд заставил ее быстренько собраться и уйти в выходные. И кто на этот раз в ночи приедет? Обычно по вечерам в пятницу к директору приходили его друзья попить кофейку и посплетничать. Выпив чай с очередным бутербродом, я вернулась к себе. Только я уселась за свое рабочее место, как в дверь раздался стук.
— Входите.
— Мадам Николь еще принимает?
— Да, проходите.
Вот и первый клиент. Этого друга директора я еще не видела, но и какое мне дело до него? Можно немного покуражиться.
— Садитесь. Что вы хотите узнать?
— А что можно?
— Все.
— Что ждет меня в ближайшем будущем?
Я стала с загадочным видом раскладывать карты на «платок с бахромой по краям», странный расклад получался — все у него удачно и в карьере и в жизни, но только счастья не было и радости, распутье впереди, а вот и смерть близкого человека выпала. Нет, лучше еще раз разложу. Ну, вот опять смерть. Может это дар Кассандры, но у меня еще ни разу не было ошибки, если выпадал смерть близкому человеку, то это обязательно случалось.
— Что-то не так?
От неожиданности я выронила очередную карту. Вот черт интересно, сколько я пробыла в своей задумчивости? Чертыхаясь про себя, я нагнулась за картой. Почта пополнилась новым сообщением — писал бывший собственник Викентий Иванович Миркин, слал привет и портрет нового хозяина. Вот черт, свезло. Как всегда влипла.
— Вы там уснули?
— Вышла в астрал.
— И что вам там сказали?
— О вас — много интересного.
Я с невозмутимым видом, надеюсь, что с невозмутимым, продолжила расклад, потом несколько секунд разглядывала пары карт, и наконец, немного растягивая слова, выдала информацию.
— С вами будут связаны большие перемены в нашем издательстве, они уже начались. Вы успешны и успех будет в дальнейшем сопутствовать вам. Вам предстоит выбор — идти дальше и ничего не менять в своей личной жизни или рискнуть, но деловой успех вас не покинет в любом случае. А не так давно вы приобрели что-то крупное. Да, точно, купили наше издательство.
— Это вам карты сказали?
— Конечно.
Дверь распахнулась, и директор собственной персоной ввалился в кабинет. Лицо Сергея Михайловича Розина было встревоженным, но через мгновение оно стало любезным.
— Ах, Николетта, я совсем забыл, что сегодня должен был посмотреть твою задумку для празднования годовщины.
 
— Да, Сергей Михайлович, я уже несколько часов сижу в этом цыганском образе, а вас все нет и нет.
— Андрей Владимирович, у нас скоро юбилей, а Николь Александровна у нас по совместительству массовик-затейник.
— Да? А я уж подумал, что вы так подрабатываете.
— Нет, Андрей Владимирович, я этим занимаюсь исключительно на общественных началах. Как вам задумка? Как из меня гадалка?
— Почти поверил. А что значили те карты?
— А я почем знаю?
— А предсказания?
— Общие фразы.
— Если останетесь без работы, можете открывать собственную гадальную фирму, отбоя от клиентов не будет.
— Андрей Владимирович, пойдемте ко мне в кабинет, а Николь угостит нас чаем или кофе?
— Кофе.
Начальство удалилось. Достала ноутбук и прочитала послание Миркина. Вот влипла, познакомилась с начальством. Да нужно еще кофе отоварить, а уж потом буду себя корить. Я с подносом вплыла в кабинет и расставила все перед гостями и удалилась к себе.
Быстро убрала всю атрибутику в шкаф и села за работу. Сейчас в запале ярости на саму себя, я могла горы свернуть и возможно отчет будет готов раньше понедельника. Часы показывали пол-одиннадцатого, это было неприличное время даже для такой трудоголички как я. Собралась и поковыляла к лифту. Самобичевание продолжалось и из-за этого увлекательного занятия, я и не услышала, как рядом со мной встали начальственные лица.
— Николетта, ты сегодня поздно.
— Рано, но ночевать здесь не хочу, лучше с утра приеду.
— И часто вы здесь ночуете?
— Я ночую дома. Иногда приходиться задерживаться. А что, Андрей Владимирович, вы против работы в неурочное время?
— Все зависит от того, как работают в урочное время.
— Я замечательно работаю в урочное время, а в неурочное замещаю личного ассистента Сергея Михайловича. Где этот лифт? Ой, его же выключают после десяти вечера. Так, что придется нам спускаться по ступеням.
Мы все прошли к лестнице. Мне было неловко идти в сопровождении начальства, тем более, что улучив момент, Сергей Михайлович показал мне свой увесистый кулак. На лестничной площадке я с ними распрощалась и побежала вниз, если бы не каблуки, я бы перепрыгивала через ступени. Убавила скорость уже около метро и то меня притормозили турникеты.
Гадалка, мать твою, — если бы знала, где упала, соломки бы подстелила, карты, конечно, говорили о неприятностях, но не столь масштабных, в работе обещали постоянные перемены, вот и сбудется — буду искать себе новое место работы.
Утро началось под крик соседей. Да, совсем забыла рассказать о своем месте обитания. Когда мне надоело тратить шесть часов на дорогу, я сняла комнату в коммуналке недалеко от издательства, при желании можно было прогуляться или воспользоваться метро — всего одна остановка и на любимой работе. Да, в Москве еще остались коммуналки, хотя с ними нещадно борются, особенно в центре, где земля бриллиантовая. Так вот, пройдя темный коридор с кучей дверей, я попадала в свое убежище, в квадратную комнату площадью двенадцать квадратных метров — два больших окна, диван, стол, книжный шкаф, небольшой холодильник, микроволновка и мечта детства — трельяж, на котором располагались куча баночек, флакончиков, кисточек, расчесок, «все, что прелестнице нужно». Трата на съем комнаты стала постоянной статьей расходов в моем месячном бюджете, но это было гораздо дешевле однушки на окраине столицы. При въезде я сразу поставила новую дверь, купила холодильник, чайник и микроволновку, на общей кухне появлялась раз в неделю, а если была возможность, обедала вне обиталища, а вот Ладе Геннадьевне приходилось терпеть общение с соседями.
 
Соседи были колоритными — алкоголики, гастрабайтеры, старушка-интеллигентка, молодожены. Современный набор для «Покровских ворот 2». Хотя я тут только ночевала, и общение было сведено к минимуму. Было жаль Ладу Геннадьевну на старости лет такие сюрпризы.