Открытая вражда (СИ)

— Сами подумайте о последствиях, если попытаетесь делать глупости…Вроде попыток силой запретить всем своим коллегам на этой планете работать по профессии — хмыкнул чародей, краем глаза наблюдая приблизившегося к ним уже вплотную представителя известной корсиканской фамилии и окончательно разочаровываясь в интеллекте собеседницы. — И да, я отлично понимаю, что жандармы служат в первую очередь Франции, а потому будут решительно возражать против некоторых радикальных действий. Но вряд ли они помешают мне преподнести вам урок, урок максимально болезненный, унизительный и дорогостоящий, но не смертельный. А потом повторить его, если уж с первого раза не дойдет…
    
Глава 11
 
Глава 11
О том, как герой собирается по бабам, примеряет инфернальный комбинезон и бежит от алиментов.
— Честно говоря, я немного разочарован, — признался Стефан, поправляя галстук и проверяя, легко ли выходит из кобуры небольшой пистолет, сочетающийся с роскошным вечерним костюмом. — Я первый раз потребовался Олегу как эксперт в походах по бабам, и этот хитрый жук собирается спрыгнуть даже раньше, чем мы доедем до места назначения.
— О, если бы это было не так, он бы очень сильно рисковал, — хмыкнула Доброслава, скептически разглядывая сидящего в уголке чародея, над телом которого настоящий Олег проводил последние манипуляции. — Вот прямо очень сильно…Да и ты тоже, если бы рискнул подобное обсуждать прямо перед нами.
— Куда больше гипотетических проблем с моральным обликом моего супруга меня сейчас волнует то, не вскроется ли обман. — Анжела внимательно изучила двойника, выращенного чародеем из тканей собственного тела. Древний сегметный доспех, на сей раз собранный по несколько нетипичной схеме, оставлял на свободе кисти рук и голову, пусть последнюю лишь частично, прикрывая затылок подобием капюшона и почти достигая губ эдаким высоким воротником. Таким образом в энергетику носителя он вносил сильные помехи, но все же не скрывал её в себе полностью и узнать Олега в «Олеге» было не так-то просто. И тому имелось вполне рациональное объяснение. — На лицо он, конечно, похож…
— Естественно! Это же мое лицо! — Хмыкнул чародей, накладывая руки «себе» на лоб и накачивая тело своего двойника жизненной силой. Сделанные из его же костей накопители должны были её потихонечку стравливать, выводоя из строя часика за три-четыре. Но на это время для беглого аурного сканирования сей мясной болванчик мог бы все же сойти за живого человека. Особенно если нацепить на него помимо зачарованных лат целую кучу защитных амулетов, в том числе этому самому сканированию и мешающих. Ну а повышенный фон некроса можно было бы объяснить какими-нибудь обрядами, которые недавно проводил известный чернокнижник, специфической медитацией или, скажем, брелком из черепа заклятого врага, с огрызками души этого самого заклятого врага, лежащим где-нибудь в заднем кармане… — Лично его срезал, чтобы на положенное место потом приклеить!
Созданием очередного своего двойника чародей, конечно же, занялся не просто так.Прибывающие к нему на службу солдаты удачи и прочие потенциальные сотрудники помимо испытаний, призванных проверить их компетентность, подвергались анкетированию и опросам. Олег хотел знать, кто конкретно на него собирается работать, что он умеет, чем будет полезен…А заодно потихоньку копились сведения о том, кто есть кто на теневой стороне Парижа. Ну, хотя как теневой? Наемники и контрабандисты на просторах французской столицы особенно свою профессию и не скрывали, более того, выпячивали или даже рекламировали…А иначе как им найти тех, кто готов заплатить полновесное золото за их уникальные таланты, готовность рискнуть и абсолютную беспринципность? Одной из наиболее старых, сильных и известных шаек воздушных пиратов, для конспирации прикрывающейся корсарским патентом, чародей и решил воспользоваться в своих целях. А именно натравить её на жрецов, абсолютно точно замешанных в покушениях на него самого и его близких. Поступок сей, конечно, с точки зрения морали был не самым лучшим…Однако терпение Олега и его же готовность прощать имели свои пределы. И кто бы не победил в схватке убийц, чьи руки запятнаны кровью мирных путешественников с охамевшими на фоне безнаказанности двуличными интриганами, готовыми во имя своих шкурных интересов бить в спину союзников и держать в грязи и невежестве бесчисленную паству, человечество бы от этого только выиграло.
— На лицо этот недозомби, конечно, похож и даже дышать вроде не забывает, — продолжила блондинка, которой задуманная авантюра все ещё сильно не нравилась. Но лучшего плана, способствующего выполнению их общих целей и в то же время создающего алиби для некоего боярина Коробейникова, никто придумать не смог. — Но аура все равно выдает фальшивку, если хорошенько присмотреться…
— Дык, никто к ней не присмотрится как следует, я вам, значица, гарантирую! — Заверил блондинку Святослав, которому предстояло сегодня выполнять роль своеобразной дымовой завесы, ходя с «Олегом» под ручку. — Буду яему подливать и подливать, потома сделаю вид, шо в зюзю наклюкался, начну орать песни, веселить духов, призывать ветры…
— Главное, чтобы не газы пускать! — Зубасто усмехнулся толстяк, которому сегодня отводилась роль эдакого конферансье и главного распорядителя праздника. Очередная годовщина создания вольного отряда, конечно же, не бог весь какой повод для безудержного веселья, но если Святослав и Олег решили провести по такому поводу гуляния, сняв для этого на три дня одно из сдающихся в аренду поместий и обеспечив его всем необходимым для солдат удачи, от антипохмельного зелья до официанток, выписанных из трех разных борделей, то их подчиненные определенно не сказали бы «нет» подобному тимбилдингу только для своих.
— Будет нужно, стал быть, пущу и газы! — Ничуть не смутился бывший крестьянин. — Да так, шо тех, кто посмеет беспокоить маво друга, который чей-то подустал и пытается мордой в салате уснуть, сдует к чертовой, дык, матери!
— Так, вот управляющие амулеты. Отдельно для работы ног, отдельно для работы рук, отдельно для того диктофона, который я болванчику в ротовой полости спрятал, — передал чародей приборы управления собственным неживым клоном своим друзьям. — Главное, не используйте их одновременно, а то этого манекена судороги разобьют.
— Да справимся, не волнуйся! — Легкомысленно отмахнулся Стефан, принимая пластинки из золота, инкрустированные несколькими драгоценными камнями и кусками полированной кости. Полированной кости самого Олега. Если бы эти артефакты, а тем более сделанный им болванчик попали бы в руки опытного малефика, чародею пришлось бы солоно…Впрочем вор или какой-нибудь потенциальный похититель наверняка постарается выбрать для работы более тихое и малолюдное место, чем целое поместье не сильно трезвых и потому абсолютно непредсказуемых головорезов. — Я же с диверсионными големами управлялся ещё когда только-только из училища выпустился, а тут принцип тот же, только машинка покрупнее и не из стали, а из мяса…
— А если все-таки где-то напортачите, пусть бьется в судорогах болванчик. Спишем на почти удачную попытку покушения через отравление или там какой-нибудь укол проклятой иглой, — хмыкнул чародей, наконец-то оставляя в покое своего двойника.– Дорогая, подай мне амулеты. Доброслава, достань из холодильника костюм…
— Олег! А у тебя опять защита от дурного глаза на ладан дышит! — Анжела продемонстрировала всем собравшимся выточенный из самородного серебра кулон, который должен был затягивать в себя проклятия, осевшие на ауре агрессивные энергетические эманации из внешней среды, токсичные флюиды и прочие низкоэнергетические воздействия, которые обычная защита в отличии от пуль заметить просто не могла, да и сам одаренный мог бы пропустить, если не контролировал себя на идеальном уровне двадцать четыре часа в сутки. В центре довольно узконаправленного, но потому и мощного в своей сфере деятельности магического устройства была мелкими сияющими изнутри жемчужинами выложена некая руна из скандинавского алфавита…Только теперь устойчивый к воздействию времени и большинству кислот благородный металл покрылся жирными хлопьями то ли ржавчины, то ли странного алхимического гноя, а большая часть перламутровых образований, в центре которых мерцали крупинки чистейшего света, угасли, помутнели и потрескались. — Это ведь уже второй за неделю! Может, кто-то тебя старается активно проклятиями со света сжить?