Однажды я вернусь! (СИ)

Император вкратце рассказал, кто я и откуда, не забыл сообщить, что мои способности к магии до конца ещё не изучены, поразил меня и ещё добрую половину присутствовавших многообещающими прогнозами на моё будущее:
— Дараэль, — скользящий взгляд в мою сторону, — по мнению большинства её обследовавших, наделена недюжинными способностями, но они по какой-то причине блокируются. Мы должны сделать всё возможное для раскрытия её дара.
  
Да кто его учил произносить моё имя? Это же надо так всё исковеркать! И ведь не поправишь — император! Нельзя перебивать и исправлять монарших особ, тем более на глазах у их подданных. Это даже я, далёкая от абсолютной монархии, понимаю. Тут я немножко собой погордилась: зря, что ли, исторические фильмы смотрела да книги читала! Никогда ведь не знаешь, что и где пригодится, так что лучше, как я, постоянно расширять свой кругозор, чтобы не угодить впросак.
Тем временем император продолжал:
— Рассмотрев всю имеющуюся у нас информацию, сопоставив факты и ожидаемые перспективы, Мы Аррон Мерцатель своей монаршей волей отдаём эту девушку в жёны нашему покорному слуге, проявившему немало усердия и старания в деле развития, усиления, укрепления и процветания нашего отечества. Нашей высочайшей благодарности и ценной награды в лице жены удостаивается… глава конклава магов Кейтара Трей ан Алой. Будьте счастливы! Плодитесь и размножайтесь во славу и во имя спасения Кейтара. Да будет на то наша монаршая воля…
На зал обрушилась могильная тишина: упала, распластала и обездвижила всех присутствовавших, заставив вздрогнуть и в ужасе дёрнуться лишь двоих — меня и стоявшего напротив блондина. В ту же секунду я поняла — это он! А ещё, что обстоятельства нашего знакомства не позволят нам наладить в будущем хоть сколько-нибудь дружеские отношения.
Монархам не перечат, даже если они несут откровенную ахинею. От императорских милостей не отказываются без риска оказаться в опале или даже на эшафоте. Я понимала это так же ясно, как и то, что, несмотря на нашу обоюдную неприязнь и своё печальное прошлое, Трей ан Алой примет подарок императора.
И он это сделал! С самым невозмутимым видом подойдя ко мне, подал руку, а получив мою, бережно уложил на сгиб у своего локтя и вывел меня в центр зала. Слегка потянув за собой, заставил поклониться монаршей чете, и безэмоционально, безлико и глухо выдал:
— О, мой император! Благодарю за оказанные мне честь и доверие. Я… Кхм…Мы… Мы постараемся оправдать их.
Ещё поклон — и будущий муж увёл меня на то место, где он стоял с самого начала приёма. Я попыталась отнять свою руку, но он сердито зашипел в ответ:
— Стойте уже спокойно, у нас так не принято. Супруги должны держаться за руки. Императорская чета — тому пример, — и он почти незаметно кивнул в сторону Мерцателя и его половины, сидящих со сплетёнными руками. Ох эти мне придворные условности!
— Даже если супругам это неприятно? — не удержалась я от колкости.
— Даже в этом случае! Вам придётся потерпеть, скоро всё это закончится.
Дальнейший приём прошёл для меня как в тумане: я изо всех сил сдерживалась, пытаясь не выпустить во внешний мир эмоции, бушевавшие во мне. Только один раз они чуть было не вышли из-под контроля, когда я от усталости и нервного перенапряжения покачнулась, а верховный маг пришёл мне на помощь, на мгновение прижав к себе. В этот момент я услышала, как сильно, чуть ли не ломая рёбра, бьётся его сердце. Ой мамочки, что же нас ожидает⁈
А ожидала, как оказалось, молниеносная свадьба, состоявшаяся сразу же по окончании приёма. Вот такая у императора скорость принятия решений и внедрения их в жизнь — остаётся только позавидовать! И я позавидовала бы, честное слово, если бы не находилась в гуще событий в качестве новобрачной, а в будущем — навязанной одному суровому женоненавистнику супруги. Да что же такого я натворила в прошлых жизнях, что в этой у меня так карма подпорчена⁈
  
Глава 28
 
Неожиданный фортель судьбы
 
Не такой, ох, не такой представляла я себе собственную свадьбу: ни белого платья, ни фаты, ни любящего мужчины рядом! Сплошное наказание, а не свадьба.
Прошла эта церемония в столичном храме Мириты. Логично, наверное: раз она меня сюда притащила, то и награждать супругом тоже она должна. Вот только радоваться этой награде совсем не хотелось. Я вроде и желала заполучить этого мужчину в своих корыстных целях, чтобы открыть доступ к порталу. Вот — заполучила, а не радует это почему-то, совсем не радует. И я даже не буду разбираться почему: нет у меня на это сейчас ни терпения, ни сил. Доживём до завтра — посмотрим!
И всё равно я красивая, как подсказало зеркало: отсутствие белого платья и фаты компенсировалось шикарным синим платьем и роскошной диадемой в замысловатой причёске. В общем, настроение у меня было так себе — не про радость и не про любовь. Радовало одно: жениху всё это так же сильно не нравилось, как и мне. А когда ты страдаешь в компании, не всё так печально.
Сама церемония была короткой, но красивой: нам подали слезу Мириты, оформленную в виде подвески на цепочке, пояснив — это моя, та, которая привела в этот мир. А я-то думала, что потеряла её в первые дни пребывания на Кейтаре.
Стоя рука об руку с женихом перед украшенным цветами алтарём c расписным каменным сосудом на нём, я не могла понять, чьё сердце бьётся громче и сильнее — его или моё. Моё грохотало как безумное, отзываясь горячечными толчками в голове. Его тоже не отставало, бомбило ударами все артерии и вены. Я чувствовала это в месте соединения наших рук и дивилась тому, что наши сердца, в отличие от их хозяев, проявили удивительную солидарность, пульсируя в унисон.
Главная жрица храма Мириты, а служили в нём исключительно женщины, оплела цепочкой со слезой наши соединённые руки, расположив их над сосудом с водой, и начала произносить клятву, которую мы с новоиспечённым мужем дружно повторяли за ней.
Ни капли не веря в то, что говорим, мы обещали жить в любви и согласии, оберегая и поддерживая друг друга и наших детей. Уже на этапе рождения нашей семьи мы стали клятвопреступниками, и оба это понимали. То ли ещё будет! Какая любовь? Какие дети? Не поубивать бы друг друга!
Оставалось надеяться, что Мирита не примет нашей клятвы и не скрепит наш союз. Напрасно! Едва стихло последнее слово, произнесённое нами, в глубине каменного сосуда появились разноцветные огоньки. Они переливались и кружились в затейливом танце, складываясь в диковинные узоры и следом распадаясь, чтобы сложиться в новое сочетание.
Я зачарованно смотрела на их завораживающие пляски не в силах отвести глаз, но всё же пропустила момент, когда вода, поднявшись небольшой волной, выплеснула один из узоров на наши скрещенные руки. Я ахнула, рассматривая парные татуировки, появившиеся на наших запястьях. Они в последний раз сверкнули разноцветными огнями и без следа впитались в кожу.
Ответом на мой изумлённый взгляд стало напутствие жрицы:
— Пусть будет счастлив ваш союз, Мирита благословила его! В полную силу татуировки проявятся и начнут хранить и оберегать вашу семью только после консумации брака.
Трей ан Алой, всю церемонию державшийся как скала, при этих словах вздрогнул и, шумно втянув в себя воздух, крепче сжал мою ладонь. А мне захотелось отнять свою руку и прекратить уже этот фарс. Однако пришлось терпеть до самого портала к замку моего мужа. Слава богу туда мы отправились самостоятельно после шумных напутствий придворных и короткого прощания с императорской четой.
  
— А где мои… — договорить я не успела, потому что мгновенно подскочивший голем — я уже научилась распознавать их по безразличному, словно неживому, взгляду — доложил: — Ваши вещи уже отправлены в Крайс.
Я догадалась, что это название родового замка ан Алой, где нам предстояло как-то уживаться с Треем. Однако Трей, по-видимому, был другого мнения и уживаться со мной не хотел. Я поняла это по резко брошенной фразе: