Моя жена – ведьма. Дилогия (СИ)
— А у меня время было?! Все же вокруг шумят, дерутся, отношения выясняют. Он меня хоть о чем-нибудь таком спросил? Нет! Его, видишь ли, волнует лишь местонахождение драгоценной супруги… Я, что ли, в этом виноват?!
— Заноситес шпионуса! — крикнул вышедший из дверей штаба франтоватый крысюк.
— Эйс! — тихонько тронул меня за рукав тот, что руководил моим арестом и поил из фляги. — Шпионус, тыс, тыс… скажис ужс тамс… нус, чтос тыс оченос опасныйс. Вродес мыс с тобойс едвас справляемсяс. Можетс, медальс дадутс…
— Не премину! — клятвенно пообещал я. — И кстати, может быть, меня спустят на пол, я и сам прекрасно хожу ногами.
— Чтос тыс, чтос тыс! — возмущенно замахал лапками крысюк. — Какс можнос?! Тыс ус нас первыйс шпионус!
В общем, меня так и потащили дальше. Правда, носильщики сменились, теперь переноской моей светлости занялись крысы из личной гвардии, не знаю уж как, но одеты они были с иголочки. Если захватившие меня в плен ребята щеголяли в простых серых шкурках, дарованных им природой, а из одежды имели лишь пояса, то гвардейцы фланировали в кожаных безрукавках с золотыми шевронами, на головах черные колпаки с прорезями для глаз, через плечо перевязь с кривой сабелькой и длинные усы, устрашающе закрученные кверху. Все здание внутри было заполнено военными. В смысле вооруженными крысюками, снующими туда-сюда с деловым видом и папками под мышкой. В них, надо полагать, и хранились те странно засекреченные документы, что должны были очень интересовать меня как шпиона. Поэтому все уступали нам дорогу и, глядя на меня, прятали папки за спину. Это даже льстило… У тяжелой двери в подвальный бункер нас ненадолго задержали охранники, потом вошел адъютант и тонким голосом объявил:
— Егос превосходительствос Кошкострахус Пятый ждет господинуса шпионуса. Будьтес любезныс…
— Вот это другое дело. — Меня наконец-то поставили на пол, и я удовлетворенно поприседал, разминая затекшие ноги. — Спасибо, что покатали, но все же как приятно пройтись после долгой поездки… А теперь пропустите, я хочу видеть вашего босса.
Адъютант вежливо пропустил меня вперед. Кабинет Кошкострахуса Пятого оказался небольшой, почти пустой комнатой. Очень подробная карта Города да два скромных кресла. В одном развалилась толстенькая седая крыса в генеральском мундире, другое любезно предложили мне. Адъютант занял свой пост за спиной командующего. Все мои знания о поведении шпионов исчерпывались сериалом голливудских боевиков, но тем не менее я честно попытался изобразить Штирлица. (К тому же я необычайно сильно ощущал в подсознании влияние Фармазона.) Для этого я мягко опустился в кресло, закинул ногу на ногу и впился в толстую крысу сощуренным чекистским взглядом. Кошкостархус невольно заерзал, отводя глаза в сторону, пока адъютант шепотом не напомнил ему, кто здесь главный.
— Тыс — шпионус! — опомнился генерал.
— Допустим.
— Какс этос?
Вместо ответа я глубокомысленно пожал плечами. Какая жалость, что так и не удосужился научиться курить. Небрежно достать сигарету, щелкнуть зажигалкой и глубоко затягиваться, разглядывая оппонента сквозь голубоватый дым, было бы сейчас очень к месту.
— Моис доблестныес солдатыс изловилис тебяс нас местес преступленияс. Тыс — ужасныйс шпионус! Навернякас засланс к намс со страшнымс заданиемс…
— С каким еще заданием? — деланно удивился я.
— А выведатьс нашис планыс? — возбужденно подпрыгнул в кресле его превосходительство. — Тыс зналс, чтос мыс готовимс вторжениес! Я тебяс насквозьс вижус…
— Ах, вот вы о чем… — Я вновь погрузился в выразительное молчание. Генерал начал нервничать. Если он и дальше будет так бездарно вести допрос, то через десять минут он мне сам все выложит о своих «тайных планах». Попробуем продолжать в том же духе…
— Тыс будешьс говоритьс илис нетс?
— О чем? — Это старая еврейская хитрость, о ней все знают, но действует, как правило, безотказно.
— О томс, какс тыс узналс о временис и местес!
— А разве время уже утверждено окончательно? Я думал, вы перенесли его с одиннадцати сорока пяти на двадцать один тридцать.
— Нетс! И не надейсяс! Такс и оставилис на семь ноль-ноль.
— Жаль, — вздохнул я. — Значит, моему командованию попали неверные сведения. Ну хоть место выброса десанта осталось прежним?
— Не-е-е-етс!!! — От великого счастья Кошкострахус Пятый начал сучить ногами и бить в ладоши. Невозмутимый адъютант поддерживал веселье шефа кислыми улыбками. Я развел руками и опустил голову, всем своим видом признавая полное поражение. Генерал был готов задохнуться от смеха.
— Тыс… хас-хас-хас!.. думалс, чтос мыс… хис-хис-хис… совсемс… тупыес? Охс, шпионус… да мы ещес вчерас… Хас-хас-хас… ой, не могус! Всес поменялис! Хас-хис-хас!!!
— Плохо дело… Выходит, весь мой доклад о высадке войск на территории кремля — коту под хвост?
— Чтос?! — Оба крысюка вытаращили на меня глаза. Кошкострахус рухнул в обморок первым, безвольно расплывшись в кресле. Адъютант сполз по стеночке мгновением позже. Итак, судя по всему, я, к сожалению, угадал. Господи, как же легко быть шпионом, оказывается… Я неторопливо встал, подошел к малахольным крысюкам, достал из кармана шелковый носовой платок и начал неторопливо обмахивать моих «пытливых» собеседников. Стройный адъютант так и не шевелился, а вот генерал слабо застонал:
— А… тыс…
— Я это, не волнуйтесь, у вас, видимо, давление. Сейчас выпейте горячего чаю, желательно с лимоном, прилягте, сон — лучшее лекарство. Все будет хорошо…
— Тыс… зналс!
— Ну естественно, я же шпион.
— Выходитс… всес насмаркус? — Едва сдерживая слезы, Кошкострахус с надеждой вцепился в мой рукав.
Мне стало жалко бедолагу, врать ему я не мог, пришлось сказать правду:
— Еще не все потеряно. Я так и не узнал дня, на который вы запланировали революцию.
— Послезавтрас… — наивно признался он.
Я с трудом удержался от чертыханий. Да, с такими стратегическими мозгами только воевать… Даже не знаю теперь, что я могу для него сделать?
— Может быть, я не расслышал?
— Я сказалс «послезавтрас».
Все. У меня нет слов. Это был его последний шанс. Тяжело иметь дело с дураками…
* * *— Вашес превосходительствос!!! — К нам с шумом ворвались два разгоряченных гвардейца. — В двенадцатомс стратегическомс коридорес — потенциальныйс врагс!
— Правдас? — искренне обрадовался генерал. — Ктос посмелс?
— Сераяс волчицас, — доложили герои штаба. — По имеющимся у нас разведданнымс — этос ведьмас. Уж больнос хорошос ругаетсяс! Хотяс без матас, толькос литературнымис выражениямис.
— Наташа! — с ходу определил я. Кошкострахус кивнул, дружески пожал мне руку, но быстро опомнился: — Всемс молчатьс! Болтаетес прямымс текстомс, у меняс тутс живойс шпионус!
— Минуточку, генерал! Если уж я настоящий шпион, то будьте любезны отойти в сторонку и не мешать мне допросить ваших подчиненных. Иначе откуда же я возьму ценные сведения? Мне ведь еще отчитываться перед руководством.
Кошкострахус Пятый недоуменно захлопал ресницами, а я, пользуясь заминкой, набросился на гвардейцев:
— Итак, где же сейчас волчица?
— Идетс по вашемус следус!
— В смысле, по запаху? Ну да, Наташа ведь только что подарила мне новый одеколон… Надеюсь, никому не пришло в голову ее задерживать?
— Блокпостовс нетс…
— Молодцы! Представлю к награде.
— …но общевойсковыес ловушкис могутс сработатьс.
— Недоумки! Всем по пять суток ареста! Сейчас же отменить все боевые действия! Выполняйте! Кругом, марш!
— Слушайтес, шпионус… — задумчиво протянул Кошкострахус, когда гвардейцы пулей вылетели вон. — Ты же в пленус, такс?
— В каком-то смысле да.
— Тогдас почемус командуешьс моими солдатусами без спросус?
— Потому что на данный момент при плановой войне на современном уровне побеждает тот, у кого больше информации. Эта волчица в действительности моя жена. Она ведьма и может причинить немало неприятностей. В целях сохранения жизни и боеспособности личного состава я настоятельно рекомендую доверить руководство этой операцией мне.