Выбор Места и Цели (СИ)

В какой-то момент его пнули пятками. Ага, дама желает активности. Судя по поведению — это Федерика…
… Его уложили на спину. Потом закрыли ладошкой глаза. А нефритовый жезл ощутил вход в ворота рая.
— Ай!
Ладошка исчезла. Но обзор тут же закрылся, потому что другая дама пожелала страстных поцелуев. А следом Энтони, простите за подробности, как младенцу сунули грудь в рот. А сам парень левой рукой проследовал верх по бедру…
  
… Очертания фигуры на фоне светлой стены. Элен (а кто ещё тут высокого роста?), распрямилась, сидя на Энтони. И это у девушки уже второй круг.
Кто-то мерно сопел рядом с кроватью. Алкоголь таки поборол нестойких. Хихикание и на кровать рядом с парнем буквально рухнула голая дева.
Элен двигалась плавно, неторопливо. А Энтони, говоря начистоту, пребывал в весьма туманном состоянии. Поить его не забывали.
— А если так, — зашептали парню в ухо заплетающимся говором. — То можно и потерпеть.
И укус за плечо. Меток, кстати, ему наставили преизрядно. Вот эта дамочка, которая терпеть собралась, левую сторону спины конкретно так пробороздила коготками…
… Энтони, стоя у двери (и держась за стеночку), обернулся. В полумраке белели на кровати тела. Все три. Уснувшую рядом с кроватью деву, парень тоже закинул на ложе.
— А может и не такая уж плохая идея? Насчёт не одной жены?
Парень, в штанах и распахнутой рубашке, открыл дверь. Свет из коридора ударил по глазам. Энтони, не доверяя вестибулярному аппарату, не отрывал правой руки от стенки. В левой он держал пиджак.
Так, пять метров вправо. Проклятье, где ключ? Пиджак упал на пол. Парень вздохнул.
— Да, твою… — наклонившись, он едва не навернулся.
Зато ощутил ключ в кармане. Кармане брюк.
Вот и дверь. С нескольких попыток Энтони всё-таки попал в замочную скважину. И ввалился в комнату.
У него шторы были раздёрнуты. И за окном парень увидел начинающийся рассвет.
— Однако, — с лёгким удивлением пробормотал он.
Вот и кроватка. Бросив пиджак на кресло, Энтони плюхнулся на кровать.
— Вот такие дела, — пробормотал он, сидя.
Скинул туфли. И… всё. Только и успел запомнить, как летит назад…
 Глава 4 
Вторник, 24 июня.
Аетерна. Около одиннадцати часов утра
Деверсориум «Манификум»
Что же, настала пора это сообщить. Из-за этой особенности магов многие их не любят, а то и натурально ненавидят. А одарённые, естественно, активно пользуются преимуществом.
Дело в том, что маги могут эффективно убрать все похмельные симптомы. Например, Бодрость отлично помогает. И маги в принципе переносят последствия активного возлияния полегче, потому как организм гораздо быстрее выводит все результаты усугубления. Если, конечно, он не был накануне истощён до предела и у археума нет проблем. Например, как у Энтони Кольера после вступления в должность грозы бандитов. Тогда придётся, как и всем смертным, маяться.
Небольшой минус сего явления — это то, что утром будешь не очень приятно пахнуть. Потому что всякие вредные вещества выводились. Поэтому, Энтони сразу после пробуждения забрался в ванну.
«Может, всё-таки рванём?» — осторожно произнёс Младший. — Деньги лишними не будут'.
«Ты серьёзно предлагаешь мне забраться в этот детский садик?» — спросил Энтони, лениво оттирая себя щёткой на длинной ручке.
Младший сразу после пробуждения принялся агитировать за участие в турнире.
«Ты же хотел анонимно попробовать силы? Почему бы это и не сделать?»
Энтони задумался. Он потёр спину, перешёл на правую ногу, высунув её из мыльной воды.
«Насколько я понимаю, — заговорил, наконец, он. — Турнир предполагает отбор».
«Ну-у… Скорее всего».
«То есть придётся натурально по попкам шлёпать».
«Но за деньги!»
Энтони нахмурился и снова впал в задумчивость. Во время процесса шевеления мозгами, он домылся.
«Чёрт с тобой. Попробуем» — вынес он, в конце концов, вердикт…
… Но сначала Энтони дождался, когда в номер принесут лёгкий завтрак на троих, а также средство от похмелья. Это была микстура в глиняных запечатанных бутылочках. Когда горничная, принесшая заказ, удалилась, Энтони прошёл в соседний номер. В ту спальню, откуда ночью вывалился, заходить не стал, оставил поднос на столе в гостиной. Да и не требовалось заходить, чтобы понять, какое будет у дам состояние. Даже в гостиной ощущался «аромат» крайне удавшегося праздника, а из приоткрытой двери в спальню доносился чей-то храп (А вот это нужно забыть, дабы где-нибудь потом не вывезти, юные девы крайне негативно относятся к свидетельствам поведения не в образе принцессы).
Да и зачем смущать? Опять же, возможно, подруги захотят между собой разобраться, кто их знает? Лучше, если это они сделают без свидетелей, дабы не провоцировать их на радикальные методы.
На первом этаже, Энтони сказал молодым дамам за стойкой, что письмо от госпожи Галлус на его имя нужно передать в номер девушек. И буквально через пять минут Кольер уже садился в парокат. Найти транспорт оказалось делом лёгким, крыльцо гостиницы выходило прямо на площадь, где базировались наёмные парокатчики. Вышел на крыльцо и вот они, родимые.
— Колизей, — сообщил Энтони цель своей поездки…
… Парень стоял на мощёной площади перед Колизеем. В тени огромного, даже циклопического здания, ожидаемой круглой формы. Высотой метров пятьдесят, пять этажей, если считать верхнюю открытую галерею. На этой галерее трепетали на флагштоках пурпурные знамёна. Пурпур — цвет императорской власти в Империи. В ширину здание… Ну, метров двести. Может и больше.
— Вообще не палятся, — пробормотал Энтони, видя вполне узнаваемые землянином черты классического римского амфитеатра.
По фасаду второго и третьего этажа имелись арочные проёмы, в которых стояли статуи. Много статуй совершенно разной тематики, от божественной до полуобнажённых дев. На первом этаже в этих проёмах были входы (и первый этаж, формально, можно считать вторым, ибо к нему вели ступени).
На первых трёх этажах за арками внешние галереи, из которых зрители заходят внутрь амфитеатра, на трибуны. На четвёртом этаже стена без арок и статуй, с небольшими окошками. Надо полагать, это этаж для знати. Которая, по всему, не желает, чтобы простолюдины наблюдали, кто и когда пришёл из уважаемых людей.
Сейчас Энтони стоял напротив большого входа в Колизей. Реально большого, два пароката запросто разъедутся. И с некоторым удивлением парень наблюдал настоящее столпотворение. Крепкие мужчины разных возрастов. Их было большинство. Но наблюдались и женщины, примерно четверть от общего числа. Все они явно вознамерились пройти внутрь, через открытые настежь ворота.
«Немало народа желает рискнуть. Видимо, и вправду, тут можно неплохо заработать».
Кстати, ни у кого не было оружия. По крайней мере, на виду. Вчера Энтони между делом интересовался об этом у местных. Оказалось, что запрета, официального, на ношение оружия нет. Но его не носят потому, что это будет… оскорблением. Оскорблением для жителей Аетерны, для вигилов (сотрудники Сервитиум Ордо Интерус — органов правопорядка).
Открытым ношением оружия, доспехов и прочего, ты как бы говоришь, что здесь всё настолько плохо, что ты опасаешься за свою жизнь. И свой протест относительно такого отношения гостя жители, вигилы и прочие причастные не преминут выразить. Вот такие дела. И это характерно не только для столицы. В целом по стране не принято оружием бряцать. Насколько понял Энтони, это что-то вроде гордости имперцев. Что их страна настолько безопасная и правильно устроенная, что можно ходить без оружия.
  
«Ага».
Это Кольер увидел магазинчик, в одном из зданий рядом с площадью вокруг Колизея. На витрине которого были выставлены маски. Спрос родивший предложение?