Вкусная (СИ)

Кто она? Откуда свалилась на его голову? Адам явно не был готов к таким переменам. Возможно, именно поэтому отчаянно сопротивлялся возникшим к ней чувствам?
Мари — это совершенно другой уровень. Она не какая — то обычная незнакомка с улицы, о которой можно забыть спустя неделю. Это большая ответственность, которую он, однако, принял с не менее большим удовольствием. Как поступить дальше? Как объяснить, что между ними произошло? И как они, вообще, к этому пришли?
Она вдруг шумно вдохнула, а потом медленно открыла глаза:
— Я всё же отключилась, да? Сколько я проспала?
Адам отбросил пряди её волос, упавшие на лицо. Сейчас она казалась ему такой красивой, что даже дыхание перехватило.
— Не знаю, но скоро уже рассвет.
— Ты, что, совсем не спал? — удивилась Мари, приподнявшись на локтях.
— Нет. Наблюдал за тобой.
Улыбка озарила её лицо.
— Кажется, ты становишься романтичным. Приятно осознавать, что я на тебя так действую.
Адам резко притянул её к себе, внимательно глядя ей в глаза, и чувственно прошептал:
— А мне приятно осознавать, что я действую на тебя иначе…в другом плане. Будто я всё же нашел способ справиться с тобой, даже заставить молчать… Хотя, при этом чувствую себя так, словно это ты меня приручила.
Мари перестала улыбаться, её взгляд стал очень серьёзным.
— Нет, я даже не пыталась.
— Вот это меня и пугает.
Адам перевел взгляд на её губы, когда она заговорила. А потом прикоснулся к ним в неспешном поцелуе. Мари с готовностью отвечала ему, и это раззадорило его… Но девушка вдруг отстранилась, ладошками отталкиваясь от груди Адама.
— Остановись. Мне надо домой. Я даже не взяла телефон с собой, представь состояние Лилит.
— Зачем ты вспоминаешь о своей ненормальной подруге в такой момент? — недовольно произнес Адам.
— Затем, что у меня будут неприятности! — огрызнулась девушка.
Она попыталась встать, обвернувшись в тонкое одеяло, но у неё не получилось, потому что часть находилась под Адамом. Он с усмешкой наблюдал за её бесполезными попытками, сложив руки на животе. Было заметно, что Мари безумно нервничает. Кажется, девушка сама не знает, куда себя деть.
— Может, поднимешь свою задницу? Будь любезен! — не выдержала она.
Он тут же повиновался, резко переместившись. Мари, не ожидавшая такой быстрой реакции, не удержала равновесия и плюхнулась на постель у его ног, причем лицом вниз. Адам разразился диким хохотом, не в силах устоять перед такой картиной. Она была такой смешной, разгневанной и…так нравилась ему.
— Не смешно, Дарбинян!
Когда Мари попыталась встать и уйти, Адам одним движением притянул её к себе, лишив возможности двигаться.
— Ты немного успокоишься, мы поговорим, а потом я отвезу тебя домой.
— Я спокойна. С чего бы мне беспокоиться? Я всего лишь переспала с тобой, и меня всю ночь не было дома. Вполне возможно, что вся моя семья уже в курсе, что я пропала. А когда я вернусь, мне нечего будет им сказать. Я спокойна. Вполне.
— Кажется, ты уже жалеешь? — сухо спросил он, неприятно удивленный её речью.
Адам отпустил Мари и откинулся на подушку, ожидая ответа. Девушка несколько мгновений молча смотрела ему в глаза, и этот сканирующий взгляд вновь и вновь приводил его в какое — то странное состояние.
— О таком, вообще, можно жалеть? — наконец, произнесла она.
— Нет, — честно ответил он, одновременно признаваясь самому себе, что никогда такого не испытывал ранее.
— Пожалуйста, давай сейчас обойдемся без вопросов, мне надо домой.
Видя, что она настроена решительно, он сдался:
— Хорошо. Оденься, я отвезу тебя.
Она подняла свои вещи с пола и вышла из комнаты. Адам тоже начал собираться. По — хорошему, надо бы принять душ, но вряд ли Мари согласиться подождать.
До самой парковки они шли молча, каждый думал о своем. На улице только — только начинало светать, и было странно быть в это время не в постели.
— Где твоя машина? — удивилась Мари, когда он подошел к старенькому БМВ прошлых поколений.
— Продал, чтобы вложить в клуб, — ответил он, открывая дверь.
 
— Кажется, ты серьёзно настроен?
— Как никогда.
— В таком случае, я уверена, что у тебя получится.
Он уставился на неё, пытаясь понять, это было издевательство или искренняя вера в него? Но Мари не смотрела на него. Её взгляд был направлен куда — то в окно, будто мысли были совсем далеко от этого места.
Адам завел машину, и они тронулись.
— И почему ты всегда так уверена во мне? — вопрос был задан, скорее, самому себе.
Он вдруг вспомнил, как она поддержала его в ситуации с Рахатом, как помогла вновь наладить отношения с Аветом, с которым у них вчера состоялся долгий примирительный разговор, как внимательна была к нему, когда находила пьяным по утрам, как усердно пыталась помочь во всем, в чем могла. А ему хотелось делать вид, что ничего такого в этом нет. Но Мари, надо признаться, единственная девушка, которая что — то для него делала бескорыстно, и даже не пыталась просить ничего взамен. Это о многом говорит. Да и, вообще, эта ночь помогла открыть глаза на некоторые вещи…
Странная нежность разливалась по венам. На самом деле, Адам не привык, чтобы его подбадривали, но это оказалось чертовски приятным, когда в тебя искренне верят.
— Может, потому что я хорошо знаю тебя? — Мари повернула голову к нему, отвечая на вопрос.
— И это еще одна вещь, которая меня в тебе пугает.
Она ничего не сказала, удостоив его лишь внимательного взгляда.
Всю оставшуюся дорогу они молчали. Было что — то достаточно интимное в ситуации — ехать с кем — то куда — то на рассвете.
Когда Адам остановился перед её подъездом, девушка быстро выскочила, кинув на прощание короткое «Пока». Он на мгновение застыл, не веря своим ушам. «Пока»? И всё? Нет, эта девушка его точно доведет до шизофрении. После такой ночи взять и вот так уйти?..
Он гневно ударил кулаком по колену. В такой абсурдной ситуации Адам еще никогда не оказывался. Теперь стало примерно ясно, что чувствуют девушки, когда говоришь им, что как — нибудь позвонишь, и бросаешь вот такое короткое «Пока». Обычно это именно его привилегия, но сейчас он оказался по ту сторону, и это было, мягко говоря, неприятно.
Наверное, пора привыкнуть, что эта Мари никогда не даст ему чувствовать себя нормальным человеком…
Больше трех часов Адам прождал её перед университетом, размышляя обо всем. Было непривычно думать о ком — то, переживать, всё ли хорошо. Но в нем вдруг появилась такая жгучая потребность в Мари, что он сдался перед этими чувствами.
Когда она вышла из здания, поправляя шапку, Адам радостно улыбнулся. Ещё одна перемена в нём, кстати. Какое — то дурацкое чувство окрылённости.
— Мари! — позвал он, направившись к ней навстречу.
Она подняла на него глаза и замедлила шаг.
— Привет.
— Привет, Адам.
— Пойдем, здесь холодно.
— Куда? — встрепенулась девушка, словно испугалась чего — то.
— Для начала сядем в машину.
Адам был слишком решительно настроен, поэтому тон его был железным. На этот раз ей не удастся улизнуть.
Мари нехотя поплелась следом за ним и устроилась на переднем сидении.
— Что было дома? Я звонил, ты не брала трубку. Что — то не так?
Девушка сняла очки и стала вытирать запотевшие стекла, задумчиво глядя перед собой.
— Мне повезло, Лилит была одна. Но в таком состоянии, что я никогда не забуду её слез. Она испугалась за меня.
Почему Мари выглядит такой отрешенной, он никак не мог понять. Всё было хорошо, Адам даже сказал бы, — потрясающе.
— Посмотри на меня, — тихо, но твердо проговорил он.
Она повиновалась и подняла на него глаза.
— Ты поэтому такая поникшая, или есть еще что — то? Может, ты себя плохо чувствуешь?
Намек на деликатные обстоятельства немного обескуражил её, и Мари приоткрыла рот от неожиданности, растерянно хлопая ресницами.