Свидание с прошлым
— Кроты? Я… я не понимаю.
— Работали на русских. Это было в те времена, когда коммунисты все еще представляли угрозу, а у КГБ по всему миру были внедрены агенты. Эти агенты снабжались фальшивыми документами и легендами, безупречно владели языком страны, куда попадали, постепенно приобретали легальное положение коренных жителей страны и ждали, когда с ними войдут в контакт и дадут конкретное задание.
— Как они оказались у вас на службе?
— Мы поместили объявление, что ищем супружескую пару на места горничной и смотрителя усадьбы. Они появились у нас в 1952 году, и после нескольких совместных выходов на охоту и рыбалку мы с Джерри, твоим отцом, стали лучшими друзьями.
— Подружились с коммунистическим шпионом! — сказала, словно плюнула, Селма Хантер. Боб бросил на мать быстрый взгляд.
— Тогда мы этого не знали. Во всяком случае, к тому времени, когда КГБ вошел с ними в контакт, Миллманы уже сменили ориентацию. К тому времени они прожили здесь восемнадцать лет. И больше не хотели иметь ничего общего с другой стороной.
— Впрочем, все равно время работало не на нас, ведь мы уже переоборудовали «Хантер мэньюфэкчеринг» в завод по производству вооружений, заключив очень выгодный контракт с правительством Соединенных Штатов, вмешалась миссис Хантер. — Так что, если бы обнаружилось, что мы держали у себя на службе русских шпионов, мы были бы разорены.
Боб Хантер кивнул; его лицо приобрело грустное выражение от воспоминаний.
— Все жители города, весь округ Уобаш зависели от «ХМ», которая давала им заработок.
Мозг Стейси бурлил от вопросов.
— Как вы узнали, что мои родители… «кроты»?
— Когда кагэбэшники вошли с ними в контакт, они получили приказ достать из сейфа моего отца проект каких-то секретных работ. Джерри пришел ко мне и все рассказал. Мои родители и несколько членов правления, в числе которых были и мы с Уильямом, разработали план. Джерри должен был связаться с агентами, сказать им, что документы у него и что им надо будет прийти за документами сюда. Мы их здесь ждали. Вывели их из дома и расстреляли прямо на поляне, а трупы закопали в лесу. Можно сказать, это была справедливая казнь. Мы знали, что русские не посмеют ни с того ни с сего высунуться и заявить, что у них здесь находились два агента, которые вдруг исчезли.
— А мои родители?
— Мы дали им денег и в ту же ночь посадили их на самолет до Нью-Йорка, договорившись, что никогда больше их не увидим и не услышим о них.
Селма Хантер шагнула вперед.
— Довольно. Теперь она знает все и может взять это с собой в могилу.
Стейси поднесла руку ко рту, боясь опозорить себя криком. Пока Хантер рассказывал, какие события разыгрались здесь двадцать пять лет назад, ей удавалось не допускать в сознание мысль о кошмаре, который ждал ее впереди, но теперь Стейси знала, что смерть совсем рядом, и надеялась, что сможет встретить ее достойно. Она подумала о Дереке и немного утешилась — ей не очень хотелось продолжать жизнь без него.
Хантер повернулся к матери и спросил:
— Иного выхода нет?
— Не будь идиотом, Роберт. Если тебе нужно какое-то оправдание, подумай вот о чем: если бы она не явилась сюда, мой сын был бы еще жив.
— Другой твой сын, — напомнил ей Боб, повысив голос почти до визга.
— Да. Другой мой сын. А теперь делай то, что должен, Роберт.
Хантер махнул револьвером, показывая, чтобы Стейси встала.
— Подождите! — крикнула она.
— Ну, что там еще? — недовольно спросил Боб.
— Один, последний вопрос, мистер Хантер. Когда я встретилась с доктором Хэролдсоном, у меня появилось неодолимое чувство, что я знаю доктора и он мне не нравится. Он тоже имеет какое-то отношение к этой истории?
Ей ответила миссис Хантер, коротко засмеявшись:
— Эта старая калоша? Еще чего не хватало!
Стейси на секунду закрыла глаза. Доктор присутствовал в ее сновидениях с тех пор, как она себя помнила.
— Тогда откуда у меня такая резкая реакция на него, хотела бы я знать, тихо произнесла Стейси, рассуждая сама с собой.
— Ах, ради всего святого, — перебила ее миссис Хантер. — Он делал тебе укрепляющие инъекции, когда ты только начинала ходить, и ты при этом орала, словно тебя режут. После этого ты закатывала истерику каждый раз, когда видела его.
Услышав эти слова, Стейси почему-то почувствовала себя лучше. Она уже начала было думать, что Хантерз-Бэй населяли сплошь злодеи, за исключением Дерека, Иди и еще нескольких человек из молодого поколения.
— Знаете, одной из причин моего приезда сюда были эти мои сны и видения. Я действительно видела смерть агентов КГБ?
— Ты выбежала из дома, прежде чем тебя успели остановить, — сказал Боб. Его глаза потемнели, а голос задрожал, когда он стал вспоминать ту сцену. Один из них упал назад, попал рукой в болтавшуюся на веревке покрышку. От этого покрышка завертелась, волоча его тело по земле. Твои вопли оглушили нас.
Все замолчали, вспоминая.
Стейси содрогнулась, и это незначительное движение подтолкнуло других к действию.
— Ну, мы покончили с воспоминаниями? — резким голосом осведомилась миссис Хантер.
— По-моему, еще нет, — произнес от двери низкий мужской голос.
Как громом пораженные, все уставились на Дерека, который шагнул в комнату, готовый выхватить револьвер из кобуры.
— Стреляй в него, Роберт, стреляй же!
Рука Дерека остановилась над кожаной кобурой у него на бедре, а Боб поднял револьвер и прицелился Дереку в сердце.
— Вряд ли вам стоит это делать. Боб, — спокойно сказал Дерек. — Нелегко будет объяснить смерть вашего шерифа.
— Стреляй же, будь ты проклят! — завизжала Селма.
Стейси сделала шаг вперед в тот момент, когда Хантер снял предохранитель.
— Вы хотите заставить его убить собственного сына, миссис Хантер? — крикнула она.
Старая женщина охнула, мужчины застыли на месте.
Стейси видела, как на лице Хантера недоумение сменилось недоверием, потом ужасом. Одновременно с этим его рука, державшая револьвер, медленно опустилась и повисла вдоль тела.
Дерек, казалось, тоже забыл об оружии и поднес правую руку ко рту.
Боб Хантер медленно повернулся лицом к матери. Выражение его лица стало умоляющим.
— Мой… мой сын? Что она хочет этим сказать, мама?
— Она лжет! Ты слышал, о чем я распорядилась, Роберт, так что давай обойдемся без этих смехотворных увиливаний.
Дерек прошел в комнату, посмотрел на Хантера и протянул ему руку.
— Стейси сказала правду, Боб. Иди сама мне все открыла.
— Иди? — Хантер побледнел, потом покраснел. — Но мы же только… Почему она ничего мне не сказала… Я даже не подозревал…
— Ты дурак, Роберт. И всегда им был. Не знаю, зачем я вообще доверила тебе такое дело. Вместо тебя здесь должен был быть Уильям.
Стейси навсегда запомнит этот момент как момент истины.
Яростный крик Боба, грохот выстрелов, пронзительный вопль Селмы Хантер — все слилось, казалось, в единый звук, так что впоследствии Стейси не могла сказать, что было сначала, а что потом.
Селма Хантер рухнула на пол.
Боб выронил револьвер, подбежал, упал рядом с ней на колени, умоляя дать ему еще один шанс, обещая, что в следующий раз он ее не подведет.
Стейси зажала рот руками, а ее желудок угрожающе дергался, когда она смотрела на труп старой женщины и на сына, убившего свою мать.
Дерек действовал без промедления. В следующую секунду он схватил выпавший у Хантера револьвер. Потом бросился к Стейси, обнял ее, прижал лицом к своей груди.
Поверх ее головы он смотрел на человека, оказавшегося его отцом, который бормотал что-то нечленораздельное над мертвым телом его бабки.
Должно быть, какая-то часть его сознания оказалась заблокированной. С тех пор как он узнал, что связан с этими людьми кровными узами, прошло меньше сорока восьми часов, и вот теперь двое из них мертвы, третий — на пути в тюрьму, а он ровным счетом ничего не чувствует.
Подведомственная ему тюрьма. Ирония ситуации, казалось, не находила дороги к его сердцу. Он мог думать лишь о том, что они собирались уничтожить Стейси и что его родная бабка приказала его родному отцу убить его, Дерека.