Свидание с прошлым

— Дорогу ты знаешь, Дерек, — напомнила ему Вера. — А когда будешь уходить, загляни ко мне, Я угощу тебя свежим коричным кексом. Хорошо?
— Только если ты дашь мне его с собой, Вера. Я приглашен на ланч, и мне надо будет спешить.
Библиотека представляла собой большую квадратную комнату с камином в южной стене и выходящими в сад высокими окнами — в северной. Полки с книгами доходили до самого потолка, и к верхним можно было подняться по деревянным лестницам, передвигавшимся по потолочным рейкам.
  
Селма Хантер сидела в кресле с подголовником перед пылающим огнем закутанная в вязаный шерстяной плед. Дереку, не видевшему ее уже очень давно, она показалась более дряхлой, чем он ее помнил, но, возможно, тому виной была игра отсветов огня у нее на лице или мгла, проникавшая в комнату сквозь окна в северной стене.
— Вы хорошо выглядите, миссис Хантер, — вежливо сказал Дерек, подходя к ней.
— Вы тоже, шериф. Садитесь, пожалуйста.
Исходивший от огня жар показался Дереку неприятным, однако он уселся в кресло напротив миссис Хантер, положив шляпу на колени.
— Ваш визит — неожиданность для меня, шериф. Неужели кто-то из моих служащих совершил какой-нибудь проступок?
Это так похоже на нее — заранее считать, что он пришел по поводу кого-то из прислуги, а не ее самой, и обращаться к нему по званию, а не по имени, хотя она знала его почти с рождения и всегда называла Дереком — до тех пор, пока он не стал шерифом. Он понимал, что таким образом она указывала ему его место. Государственные служащие принадлежали к элите не более чем работавшая в усадьбе прислуга.
— Мне хотелось бы задать вам несколько вопросов, миссис Хантер. Прежде всего меня интересует, известна ли вам некая семья Миллман, жившая где-то здесь поблизости.
На лице у миссис Хантер не дрогнул ни один мускул.
— Нет.
Дерек был неприятно поражен. Он начал узнавать это выражение лица, эту быстроту, с какой люди говорили «нет», не утруждая себя ни малейшим раздумьем.
— Если они вообще здесь жили, то это могло быть лет двадцать пять назад, — попробовал подсказать Дерек. — Может, вам нужно время, чтобы подумать, вспомнить?
— В этом нет нужды, шериф. Что я знаю, то знаю. Время на размышление фактов не изменит. Это все, что вы хотели узнать?
— Не будете ли вы так любезны сказать мне, почему вы платили за мое обучение в колледже, миссис Хантер? — Он понял, что этот вопрос застал ее врасплох.
— Почему… почему… каким образом ты… — Она стукнула маленьким кулачком по подлокотнику. — Я хотела, чтобы дар остался анонимным. Я определенно дам нагоняй твоей матери за то, что она все разболтала тебе.
— И все-таки — зачем вам надо было это делать?
— Молодой человек, что мне делать со своими деньгами — мое личное дело. Тебе следовало бы проявить побольше благодарности и не вмешиваться в то, что тебя совершенно не касается.
Что она имеет в виду — последний его вопрос или первый? Как бы там ни было, Дерек видел, что все равно не добьется от нее никаких ответов.
— Я вам благодарен за столь щедрый дар, миссис Хантер, но моя благодарность была бы намного больше, если б я знал, чем его заслужил. Откровенно говоря, у меня всегда было такое впечатление, что я вам несимпатичен.
Лицо старой миссис Хантер редко выражало удивление. Ее умению владеть собой можно было позавидовать.
— Я никогда не питала к тебе неприязни, Дерек Чанселор. И обращалась с тобой ничуть не хуже, чем с остальными моими служащими.
Его пронзило чувство неудачи и собственного бессилия. Он попусту теряет здесь время.
— Спасибо, что приняли меня, миссис Хантер. А теперь мне пора идти.
— Хорошо.
После ухода Дерека старая женщина снова устремила взгляд на пляшущие языки огня. Итак, Карли Сеймос оказалась права: Анастейжиа Миллман явилась сюда, чтобы мутить воду, и уже успела вовлечь шерифа.
Селма Хантер плотнее закуталась в плед: ей было зябко. Она знала, что надо делать. Она всегда оберегала семью, имя Хантеров. Она и дальше будет оберегать… Любой ценой.
 
ГЛАВА ПЯТАЯ
— Дерек, какой приятный сюрприз!
Дерек тепло улыбнулся Пэм.
— Какое счастье, что хоть кто-то рад видеть меня сегодня.
— Не знаю, как другие, а я всегда рада тебя видеть.
Пэм неизменно действовала на него ободряюще. Он знал ее всю свою жизнь; он еще помнил, как она присматривала за ним в отсутствие родителей, когда ему было года четыре-пять. Став подростком, он осознал, что она потрясающе красивая женщина, но никогда не упускал из виду разницу в возрасте между ними и всегда относился к Пэм с уважением, как и подобало младшему из друзей. Каждый раз, когда он заходил в гостиницу, ему казалось, что Пэм уделяет ему уж очень много внимания, но, с другой стороны, это можно было отнести на счет естественной в ее положении гостеприимности. Он знал, что она так любезна и приветлива со всеми, и ему было даже чуточку неловко за свою склонность истолковывать ее приветливость как адресованную лично ему. Ты слишком самоуверен, говорил он себе.
— Я подумал, что пора себя побаловать, вот и решил угоститься лучшим в городе ланчем, — объявил Дерек, неторопливо оглядывая элегантный обеденный зал.
— Пока что здесь кормят в основном сэндвичами и салатами, — улыбнулась Пэм, но тут внимание Дерека привлекла одинокая фигурка за дальним столиком у выходящих на улицу окон.
Голова Стейси была склонена над книгой, но даже в тусклом свете ненастного дня волосы ее походили на яркое пламя, которое будто манило его издали, через всю комнату.
— Дерек? Что с тобой?
— А? Да-да, Пэм, извини, салат будет в самый раз.
Пэм проследила за взглядом Дерека и поняла, что он смотрит на Стейси.
— Садись-ка сюда, Дерек, — сказала она, указывая на ближайший к стойке метрдотеля столик. — Мы сможем пообщаться, пока ты ешь.
— Что? — Дерек заставил себя снова повернуться к Пэм. — Это было бы замечательно, Пэм, но я подсел бы к мисс Миллман, если она не будет против.
Реакция Пэм его удивила. Его слова, казалось, почти рассердили ее. Но, прежде чем он успел сосредоточиться на этой мысли, Пэм взяла карточку с написанным от руки меню и повела его к столику Стейси.
Когда он уселся напротив нее, Стейси подняла голову от книги и улыбнулась ему.
— Боже мой, шериф, неужели у нас была назначена встреча за ланчем? Извините, это, должно быть, выскочило у меня из головы. — Она закрыла книгу и поднесла к губам чашку с кофе, внимательно глядя на него.
— Утреннее приключение, по-видимому, никак на вас не сказалось, заметил Дерек, в свою очередь рассматривая ее.
— Ты уже решил, что будешь заказывать? — спросила Пэм.
Дерек поднял на нее глаза. В голосе Пэм явно слышалось раздражение.
— Салат, Пэм. С тунцом или любым другим морским продуктом. И кофе, пожалуйста.
— Похоже, она вас не очень-то жалует, — сказала Стейси, когда Пэм ушла на кухню.
— Странно, обычно она ведет себя так, словно мы с ней — лучшие друзья. — Дерек широко улыбнулся Стейси. — Может, ей не нравится запах моего лосьона после бритья. А вам?
— Что — мне?
— Вам нравится запах моего лосьона?
Стейси наклонила голову набок и глубоко вдохнула носом. На лице у нее сразу же появилось выражение удовольствия, но оно почти так же быстро исчезло, сменившись выражением безразличия.
— Так себе, — сказала она. Потом взяла на вилку кусочек салатного листа из салатника. Дерек засмеялся.
— Знаете, я тут сам немного порасследовал и думаю, для вас есть хорошие новости.
Вилка из руки Стейси упала в салатник.
  
— Вы нашли кого-то, кто помнит моих родителей?
— Нет. Простите. Никто пока не признается в этом. Но кое-что я действительно обнаружил: все, кого я спрашивал, вели себя очень странно при упоминании вашего имени. Так что вот вам хорошая новость: я начинаю склоняться к мысли, как и вы, что живущие здесь люди что-то скрывают. — Он не сказал ей, что, насколько он может судить, от него также скрывают какие-то сведения, касающиеся его самого.