Поцелуй меня на закате (СИ)

– Посмотри на меня, Нина.
Я подняла на него затравленный взгляд.
– Что тебя связывает с отчимом?
– Ничего… только мама и «Эксперт».
Ян изменился. Теперь он смотрел на меня так, будто изучал заново – остро, жестко.
– Нина, какие отношения связывают тебя с отчимом, кроме работы?
– Почти никакие, – чувствуя себя так, будто меня проверяют на вшивость, я передернула плечами. – После смерти мамы в том самолете мы прекратили общение. Вместе с дочкой я живу у сестры. В память о маме Герман Алексеевич в конце августа этого года разрешил мне вернуться на свое рабочее место. Как раз истекли три года декрета.
– А кто отец девочки?
– Никто.
– Так не бывает! У ребенка должен быть биологический отец.
– Зачем ты задаешь мне эти вопросы?! Отец от нее отказался, как только я узнала о беременности! Я сама приняла решение сохранить ребенку жизнь. Ее отец не имеет к нам никакого отношения: не имел три года назад, а тем более, не имеет сейчас.
– Биологический отец ребенка Карпов?
– Что?!
Я отшатнулась от Бисарова, как будто мне отвесили пощечину.
– Он – отец твоей дочки?
– Как тебе могло прийти это в голову?!
– В моей практике всякое бывало. Я должен знать правду, прежде чем мы пойдем дальше! Я не хочу неприятных сюрпризов!
– Он не ее отец! Он… он просто ненормальный! Наверное, мне лучше уйти…
Я вскочила из-за стола и попятилась к выходу.
– Стой, Нина!
Ян опередил меня и захлопнул дверь перед моим носом, перекрыв путь к бегству. С силой тряхнул меня за плечи и прижал к стене.
– Успокойся, слышишь?! – прорычал он мне в шею.
От его близости, от терпкого запаха его кожи я задрожала. Глаза растерянно скользили по правильным чертам его лица, по четкой линии губ, и мне отчего-то не хватало воздуха.
Наши взгляды столкнулись, и меня опалило жаром.
– Успокойся, – уже мягче опалил шею его шепот. – Скоро ему будет не до женитьбы. Надо просто немного подождать… Ну же, успокойся, Нина. Ты вся дрожишь.
Он склонился ко мне и накрыл мои губы мягким поцелуем. От прикосновений Бисарова по коже полетели мурашки. Тело медленно вспоминало, для чего я сюда приехала. Оно жаждало помешанных на терпком коньяке прикосновений и ласк.
Тревога отступила. Пламя камина играло, отбрасывало тени и будоражило. Я подалась Яну навстречу и утонула в его крепких объятиях. Его губы обжигали мою шею поцелуями – мягкими и жесткими, его руки неистово гладили мою спину, и у меня внутри разгоралось пламя желания.
Он ничего не говорил, а я не спрашивала. Слова тут были ни к чему.
Ян подхватил меня на руки и пронес через холл в дальнюю спальню.
Не зажигая свет, осторожно опустил меня на постель, и мы утонули в полумраке.
Легко скинув с себя джемпер, он навис надо мной. Его губы нежно коснулись моих, а руки осторожно расстегнули замок на платье и потянули шелковую ткань вниз. С моих губ сорвался тихий вздох – его пальцы коснулись края ажурного черного лифчика и начали игриво поглаживать грудь.
Взгляд его полыхнул вожделением, и Ян потянул меня к себе. Его горячее дыхание обожгло мне шею, и по коже разлился жар.
Пальцы его рук опустили вниз чашечки кружевного бюстгальтера и начали играть с обнаженной грудью. Они ласково сжимали, поглаживали, покручивали тугие соски, и я задрожала. Каждая клеточка моего тела медленно наполнялась желанием. Я шумно выдохнула и крепче прижалась к его обнаженному торсу. Мои ладони прошлись по рельефным мышцам его груди, и я подалась ему навстречу. Перед глазами все плыло. Запах его кожи дурманил, сводил с ума, и мое тело горело от предвкушения.
Его пальцы были повсюду. Его губы дразнили, гладили и ласкали, заставляя забыть обо всем на свете и желать, желать его так сильно, что внизу живота пылал жаркий огонь.
Без лишних слов он подтолкнул меня на подушки. Платье соскользнуло и было отброшено в сторону.
Я дрожала. Дыхание участилось. Меня трясло от желания ощутить его внутри себя.
– Какая ты нетерпеливая… – нависая надо мной, шепнул Ян, и его пальцы потянули вниз черные трусики.
 
С моих губ сорвался стон, и я прогнулась навстречу ласкам. Он огладил мой живот теплой ладонью и заскользил вниз по внутренней стороне бедра. Уверенно развел мне колени, и его пальцы скользнули внутрь, лаская складочки. Что-то вспыхнуло внизу живота и окатило жаром с головы до ног.
Его пальцы ласкали, гладили, дразнили и заставляли выгибаться ему навстречу.
Его язык проникал в мой рот, властно сминал губы поцелуями, и я безмолвно сдавалась.
Он накрыл меня своим телом, и я, обхватив руками его шею, задыхалась под ним от пьянящего и терпкого аромата его разгоряченной кожи.
Прикрыла глаза и ощутила, как он проник в меня резко и глубоко, вынуждая принять его целиком. С моих губ сорвался стон.
Каждый его толчок внутри меня уводил на грань безумия, заставляя дрожать. В сознании все померкло – остался только полумрак, его хриплые стоны, мои сдавленные крики и одно дыхание на двоих.
За окном тихо шумел дождь. Ноябрь пробирался в спальню сквозь плотно прикрытые гардины и окутывал своим прощальным обаянием накануне зимы.
Стрелки настенных часов неумолимо летели вперед, показывали начало второго, а я тихо лежала в объятиях Яна и наслаждалась каждым прикосновением.
Ян провел ладонью по моим в беспорядке разметавшимся по подушкам волосам и осторожно коснулся губами моей шеи. Притянул меня к себе сильнее и зарылся лицом в мои волосы.
– С тобой хорошо молчать, – шепнул жарко. – Ты умеешь понимать без слов.
Я поймала пальцы его руки и переплела их со своими.
– Ты уедешь? – сорвалось с губ.
Он развернул меня к себе лицом. Взгляд его карих глаз остановился на моих губах.
– От тебя? Нет.
Из моей груди вырвался вздох облегчения. Я бы не пережила, если бы он ответил что-то другое.
– Мне скоро пора будет ехать домой. Сестра прилетает ранним утром.
– Я отвезу тебя.
– Нет, я лучше на такси…
– Нина! Я отвезу тебя, сказал же! Завтра я хочу увидеть тебя и твою дочку.
– Завтра не получится. В понедельник я постараюсь написать заявление об уходе. После предложения Карпова мне нет никакого смысла оставаться в «Эксперте». Я возвращалась туда в память о маме, но теперь это место совсем не мое.
Ян нахмурился.
– Карпов никогда не делает ничего просто так. Если он сделал тебе предложение, значит, преследует какую-то цель.
– Я не понимаю его целей! Как бы там ни было, я больше никогда не хочу его видеть!
Ян внимательно посмотрел на меня.
– Будь осторожна, ладно? Не стоит его недооценивать.
Я напряженно кивнула и села в постели.
– Прости, мне надо бежать. Не хотелось бы красться по холлу, зная, что сестра попала домой раньше меня.
– Ладно, поехали. Отвезу тебя домой. – Он потянулся за одеждой.
Почти всю обратную дорогу мы молчали. Я куталась в его дубленку и рассеянно всматривалась в темноту. Все думала о Соне. Мне было необходимо рассказать ей об отчиме! Мы с Соней лучше всех знали, на что способен Герман Алексеевич Карпов. Мы обе ему не родные дочери, чтобы он с нами церемонился. Чего ему стоит разорить Соню?
Я даже не заметила, как мы подъехали к моему жилому комплексу.
– Нин, я все же надеюсь, что завтра мы увидимся. – Ян прервал мои размышления прикосновением руки.
Моих губ коснулась улыбка, и я в ответ сжала его руку.
– У тебя теплые руки. Теплые и приятные. Каждое прикосновение согревает душу.
Он усмехнулся.
– Увиливаешь от ответа?
– Возможно. Мне страшно, Ян! Мне очень страшно… Беззаботно разгуливать с дочкой по торговому центру завтра я не смогу. Ты даже представить себе не можешь, на что способен мой отчим в гневе!
Бисаров недовольно вздохнул.
– Хорошо, я позвоню тебе завтра.
Он склонился ко мне и коснулся губами моих губ. Прикрыв глаза, я медленно ответила на поцелуй. Его горячее дыхание обжигало мне шею. По телу медленно растекалось тепло желания. Терпкое и жгучее, оно постепенно охватывало меня всю, заставляя плавиться от прикосновений Яна.