Костоправ. Книга 3 (СИ)

— Не хочу отходить от матери.
— Просидишь до самого утра.
— Вторые роды обычно проходят быстрее, — сказал я. — Да и всё равно… Хоть вечность тут просижу, если надо.
Азара опустила глаза вниз, погладила свой округлившийся живот и тихо произнесла:
— Как думаю, что и мне придётся рожать… В дрожь бросает.
— Всё будет в порядке, — улыбнувшись, подбодрил я.
Она прижалась ко мне, позволив обнять, и сказала:
  
— И всё равно страшно.
Ждать пришлось и правда долго. Помощница повитухи предупредила меня, когда отошли воды, и вернулась обратно в комнату. Утомившись, Азара ушла, а я всё сидел на месте, готовый в любой миг войти в поток Нэйтаара и исцелить маму.
Нэйтаар… Научившись говорить на вотрийском, я перестал называть эту великую силу Мраком. Да и не было больше никаких «мракотворцев» — их здесь величали нэйтааримами.
За последние месяцы благодаря Нэйтаару я исцелил десятки тысяч людей. Каждый день я принимал больных в течение пары часов, каждый день я посещал мастерскую, следил за производством и обсуждал планы с Белором. Герт был прав — я правда хотел развеяться, хотел взять перерыв хотя бы на жалкую недельку. Усталость, как ни крути, брала своё.
На улице наступила ночь, и тишину вдруг разрезал детский плач. Поднявшись на ноги, я встал у двери и, выждав с полминуты, вошёл внутрь. В свете масляных ламп я разглядел изнеможденное лицо мамы и маленькое нечто, лежащее у неё на груди.
— Господин Эйдан, — привлекла моё внимание Арма. — Всё прошло хорошо.
— Кто… — начал я.
— Это мальчик. Здоров.
Я нерешительно подошёл к маме и поймал её слабую улыбку. Коснувшись её руки, я направил целительную энергию во все части тела — просто на всякий случай. Мама облегчённо выдохнула и одними губами прошептала:
— Спасибо.
Новорождённый братик выглядел трогательно беззащитным. Его кожа была сморщенной и покрасневшей, а крохотные ручки непроизвольно подрагивали. Я вышел из потока Нэйтаара и, пока он жадно сосал грудь, направил в него едва уловимый импульс магии. Никакого отклика — обычный ребёнок, без магического ядра.
«Наверное, так даже лучше», — подумал я и тихо спросил:
— Ты уже выбрала имя?
— Лэвалт, — ответила мама. — В честь твоего отца.
— Добро пожаловать в мир, маленький Лэвалт Кастволк.
 Глава 2 
— Почему именно ты?
— Потому что это моя работа, — ответил я, затягивая узел на мешке с вещами.
Подняв взгляд, я увидел, как Азара скрестила руки на груди. Её поза выражала явное несогласие с моим решением отправиться к границе.
— Белор сказал, что вместо тебя может поехать кто-нибудь другой, — произнесла она с нажимом.
Я удивлённо вскинул бровь:
— И когда ты успела с ним это обсудить?
— Сегодня утром. Он заходил, пока ты спал.
«Мог бы и подыграть, — мысленно усмехнулся я, посмотревшись в зеркало. — Хотя, наверное, он даже не понял, почему она спрашивает».
— Эйдан, не молчи, — настойчиво потребовала Азара.
Я подошёл к ней и нежно обхватил её лицо ладонями:
— Всего лишь несколько дней. Туда и обратно.
— Не нравится мне это. — Она недовольно вздохнула, но позволила себя поцеловать.
— Ты даже не заметишь моего отсутствия.
— Я бы тоже хотела выбраться из Зилтофа…
— Даже не думай, — строго сказал я. — Ты не в том положении.
Азара закатила глаза:
— Я слышала это уже тысячу раз ото всех вокруг.
— Такова взрослая жизнь, — улыбнулся я.
— Эти каменные стены меня угнетают, — пожаловалась она. — Мне не нравится в столице… Куда ни выйди — везде шум, грязь и нескончаемые здания.
Я взял её за руки и заглянул в глаза:
— Обещаю: когда всё закончится, мы уедем отсюда. Будем каждый день выходить в поле, любоваться закатом и слушать писк надоедливых комаров.
Азара покачала головой, не сдержав улыбки:
— И почему серьёзные разговоры с тобой всегда заканчиваются шуткой?
— Чтобы ты лишний раз не тревожилась, — ещё шире улыбнулся я. — Присмотри за Лэвалтом и мамой, пока меня не будет.
— Только не вляпайся в неприятности, ладно?
— Как скажете, дорогая жена.
Я уже долгие месяцы не сидел на эволиске, поэтому новый полёт стал для меня настоящим событием. Ветер хлестал по лицу, пальцы коченели от холода, а уши закладывало от свиста. Каждое мгновение полёта дарило мне ни с чем не сравнимое чувство свободы и восторга. Я наслаждался этими ощущениями, позволяя стихии овладеть мной и унести прочь от земных забот.
Моё внезапное появление в приграничной зоне застало солдат врасплох, однако тысячник Викт Халмаер, командующий западным направлением, встретил меня уже через пару минут после приземления.
— Вы прибыли к нам с проверкой, господин Эйдан? — сразу уточнил он.
— С проверкой, — ответил я. — Только это моя личная инициатива, господин Викт. Я всего лишь хочу оценить ситуацию и провести инструктаж.
Мы неспешно двинулись вдоль казарм, и Викт начал вводить меня в курс дела:
— Ружья, что вы создали, несомненно, смертоносны, однако у нас возникла проблема с обучением.
— Господин Талвир упоминал об этом, — заметил я. — Что именно затрудняет подготовку солдат?
— Ресурсы, господин Эйдан.
Я вопросительно поднял бровь, и он пояснил:
— Не хватает практики.
— Назовите цифры.
— Во время интенсивной подготовки лучник посещает стрельбища несколько раз в неделю. Как вы думаете, сколько раз это делает стрелок из ружей?
— И сколько же?
— В среднем четыре раза.
— За какой промежуток? — уточнил я.
— За всё время, господин Эйдан, — ответил Викт. — На большее не хватает громового порошка.
— Действительно мало… — протянул я.
— Вы делаете великое дело, господин Эйдан, однако… — Он замялся, подбирая слова. — Как бы сказать…
— Говорите прямо, господин Викт.
— Не знаю, кто выбрал стратегию снабжения, но она не совсем верна, — осторожно произнёс он.
По взгляду Викта я понял, что он впервые делится подобными мыслями с высокопоставленным лицом. Должно быть, решился на это лишь потому, что я не был коренным вотрийцем. У них не было принято обсуждать решения «начальства». Пожив здесь с полгода, я понял, что и у этой безграничной преданности были свои изъяны.
— Что вы предлагаете, господин Викт?
— Можно сформировать новые подразделения, которым выделят больше ресурсов, — ответил он. — Стрельцов будет меньше, зато они в совершенстве овладеют новым оружием. Те, кому не хватило пуль и громового порошка, могут вернуться к лукам и арбалетам.
— Интересная мысль… Вы ведёте отчёты о стрельбищах?
— Разумеется, господин Эйдан.
— Я бы хотел взглянуть.
Картина и правда вырисовывалась не самая радужная. Малый совет чересчур увлёкся идеей обеспечить ружьями как можно больше солдат. Я же, поглощённый производством, не обращал на подобные детали должного внимания. К середине дня я убедился в правоте Викта: стоило делать упор не на количество, а на качество — от этого зависела боеспособность войска.
— Оставшиеся ружья можно сохранить как резерв, — развивал свою мысль Викт, делая пометки на пергаменте. — Пусть громовой порошок и пули поставляются лишь конкретным подразделениям, пока идёт обучение.
— Мы обсудим это во время следующего собрания Малого совета, — пообещал я. — Уверен, господин Талвир и король Герт согласятся с этими доводами.
— Рад слышать, господин Эйдан, — искренне обрадовался он.
— Что ж, давайте тогда встретимся с командирами, — предложил я. — Хочу узнать, как солдаты следят за ружьями.
Как я и предполагал, немало солдат забывали об элементарных правилах ухода за ружьём — для них эта «металлическая труба» казалась диковинкой. Наверное, с такими же проблемами сталкивались все армии на Земле, когда огнестрел начал заменять мечи и луки.
  
Денёк, как ни крути, вышел плодотворным. К вечеру я собрал немало ценных сведений, которые мне предстояло обсудить c Малым советом и Белором. Наскоро поужинав, я отправился ночевать в казарму, рассчитывая проснуться пораньше.