Костоправ. Книга 3 (СИ)

— Прошу, ожидайте, — произнёс слуга. — Король Древен скоро предстанет пред вами.
Аварол дождался, пока мы останемся одни, и сказал:
— Интересное место для встречи.
— Возможно, здесь тёмные эльфы заключают союзы? — предположил я, окидывая взглядом окрестности.
— Хотелось бы в это верить.
Я вдруг заметил две фигуры, идущие в нашу сторону. Это были какой-то старик и Вульн, которого я никак не ожидал здесь увидеть. Должно быть, замешательство явственно отразилось на моём лице, потому что он, подойдя ближе, первым делом произнёс:
  
— Я тоже не ожидал, что мы встретимся при таких обстоятельствах, господин Эйдан.
— Так вы советник короля, господин Вульн? — уточнил я.
— Нет, — покачал головой он. — Наберитесь терпения, скоро всё прояснится.
— Рады вас видеть, — сказал Аварол.
— Взаимно, — ответил кивком Вульн. — Позвольте представить моего соратника: Фейрлим Гримвуд, первый старейшина Школы магии душ Нэйрвелла.
— Эйдан Кастволк, — представился я и указал на своего спутника: — Со мной Аварол Эль-терн, второй советник короля Вотрийтана. Приятно познакомиться.
— За последние часы я только о вас и слышал, господин Эйдан, — сказал Фейрлим.
— Надеюсь, только хорошее? — улыбнулся я.
— И хорошее, и обнадёживающее.
— А вот и король, — произнёс Вульн, поглядев мне за спину.
Я обернулся и увидел Древена в сопровождении Зоррака. Все почтительно поклонились, приветствуя короля. Ни Аварол, ни я не стали ничего спрашивать, терпеливо ожидая, когда Древен заговорит сам. Он повернулся к могучему дереву и, подняв глаза к кронам, вдруг спросил:
— Эйдан, знаешь ли ты, что две тысячи лет назад Мюром правил маг?
— Не знал.
— Справедливый и мудрый король Морвелиан… Он оставил после себя великое наследие. — Древен повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза. — Священный дуб, что ты видишь, посадил он.
— Этому дубу две тысячи лет? — удивился я. — Разве они столько живут?
— Морвелиан три десятка лет питал древо своей магией, чтобы оно выполнило своё предназначение, — ответил он. — Ты когда-нибудь слышал о Шёпоте грядущего?
— Конечно, король, — кивнул я. — Однажды моя жена даже испытала это на себе.
Шёпот грядущего… Я хорошо помнил слова Ингвара об этом таинственном явлении. Он говорил, что это не просто интуиция — это мгновение, когда сама ткань времени истончается, позволяя заглянуть далеко вперёд. Это внезапное озарение, приходящее подобно порыву ветра в безветренный день.
В такие моменты маг ощущает, как его разум наполняется кристально чистым пониманием грядущего — не размытыми образами или туманными намёками, а абсолютным, непоколебимым знанием того, что должно произойти. Это откровение невозможно ни призвать по своей воле, ни отвергнуть — оно само выбирает того, кому явиться.
— Шёпот — очень редкое явление, — сказал Древен. — Он приоткрывает завесу будущего, неразрывно связанного с самим магом. Однако бывают исключения… Одним из этих исключений стал Морвелиан. Его видение простиралось далеко за пределы собственной судьбы, охватывая тысячелетия истории Мюра. Он предвидел твоё появление, Эйдан.
— Моё появление? — нахмурился я.
Древен пронзил меня взглядом, в котором отражалась мудрость десятков зим. Он вдруг приблизился и схватил меня за руку:
— В своих видениях Морвелиан наблюдал, как чахнет священное древо, а вместе с ним чахнет и наше королевство. Но затем он узрел человека — мужчину, способного вздохнуть жизнь в умирающий дуб.
— Он видел того, с кем Мюр должен заключить союз, — привлёк моё внимание Фейрлим. — Вы доказали, что владеете великой силой. Осталось лишь исполнить предначертанное.
— Я исцеляю лишь живых существ, — возразил я, всё ещё не веря в свою особую роль. — Как я могу помочь дереву, пусть даже священному?
Древен неожиданно широко развёл руки, словно желая объять весь сад, и его голос зазвучал подобно раскатам грома:
— Посмотри вокруг! Разве природа, что нас окружает, не живая? В каждой травинке, в каждом кустике течёт жизнь, пульсирует сила Антумна!
Бросив взгляд на дуб, я негромко сказал:
— Я попробую… Однако вы должны знать, что Мрак не властен над старостью. Мрак бессилен против хода времени.
— Священный дуб не умирает от старости, — покачал головой Фейрлим. — Он был напитан магией и способен жить долгие тысячелетия. Нет, его недуг имеет иную природу, господин Эйдан.
Я молча кивнул и сделал несколько шагов к величественному дубу. Погрузившись в поток Нэйтаара, я ощутил, как жар разливается по всему телу, наполняя меня силой. Всё это казалось мне странным: пророчество, исцеление умирающего дуба, загадочные речи… Словно я оказался героем старинной легенды, хотя никогда не стремился им быть. Отбросив сомнения, я прикоснулся ладонью к шершавой коре и позволил целительной силе хлынуть в ствол, устремляясь вверх, к кроне, и вниз — к самым кончикам корней.
Поначалу ничего не происходило, но затем вдруг раздался треск, заставивший меня отпрянуть. Земля под ногами завибрировала — едва заметно, но ощутимо. Обнажённые участки дерева начали затягиваться. Тёмная кора стала приобретать здоровый оттенок, возвращая себе былую крепость.
Огромные ветви ожили и пришли в движение. На них набухали почки — крохотные зелёные искорки жизни посреди зимнего безмолвия. Священный дуб на глазах преображался, сбрасывая бремя прожитых веков. Он тянулся к небу, источая первозданную мощь и силу, которую я разбудил своим прикосновением.
— Морвелиан был прав, — благоговейно выдохнул Вульн. — Вот к чему всё привело…
Я оторвал взгляд от дуба и повернулся к Древену. На его лице сияла торжествующая улыбка.
— Мы заключим союз с Вотрийтаном, — твёрдо произнёс он. — Отныне наши народы едины перед лицом грядущих испытаний.
Как и было обещано, я задержался в Мюре на неделю. Пока с утра до глубокого вечера я исцелял тёмных эльфов, Аварол без устали согласовывал условия союзного договора. Бесконечные обсуждения численности войск, запасов продовольствия и оружия, маршрутов передвижения и сроков — всё это занимало долгие часы. Перед сном, когда мы наконец встречались в отведённых нам покоях, он делился обрывками информации. Всё складывалось как нельзя лучше.
День отъезда наступил неожиданно скоро — я настолько замотался, что и не заметил, как пролетело семь дней. Когда я собирался к отъезду в своей спальне, меня навестил Цедас.
— Не сильно отвлекаю? — спросил он, постучавшись в дверь.
— Заходи.
Я сложил в сумку свои бумаги, забросил вещи в дорожный мешок и оглядел комнату, проверяя, не забыл ли чего-нибудь важного.
— Мастер Вульн сказал, что отправляется с тобой, — произнёс Цедас.
— Теперь, когда мы заключили союз, он посетит земли Вотрийтана открыто.
— Ты хочешь спасти других магов-мракотворцев?
— Он уже рассказал тебе?
— Намекнул.
— Не знаю, сработает ли это, но попробовать определённо стоит.
— Я бы хотел сесть на корабль вместе с вами, — с тоской в голосе сказал Цедас. — Жаль, отец против.
— Война, — понимающе вздохнул я. — На его месте любой любящий родитель был бы против.
Он полез в карман и достал два свёрнутых пергамента:
— Мы с Шаян написали письма для Азары.
— Обязательно передам, — заверил я, принимая свитки и бережно укладывая их в кожаную сумку.
— Когда-нибудь я приеду к вам в гости, — улыбнулся Цедас.
— Приедешь, как закончится война, — закивал я и ободряюще хлопнул его по плечу. — Ну что, пойдём вниз?
Спустившись во двор, я передал слугам вещи и, тепло попрощавшись со всеми членами семьи Соннан, забрался в карету вслед за Аваролом. Приехав в летучий двор, мы первым делом повстречали Вульна и нескольких магов, сопровождавших его. Дождавшись двух королевских советников и их свиты, заняли места на эволисках и полетели в порт.
  
Чутьё подсказывало, что с этого момента война переходила в самую активную фазу.