Как приручить альфача (СИ)

– Питона передавишь, – выдыхаю, понимая, что не решусь на такой отчаянный поступок.
– Если упадет в обморок, – усмехается Влад и склоняется ближе. – Придется делать ему искусственное дыхание.
– Наглый, – фыркаю, упираясь ладонями в его грудь, но мои руки непреодолимо ослабевают под напором мощного тела.
– Хочу тебя, – выдыхает Влад возбужденно и сдвигает таз так, чтобы упираться членом более прицельно.
  
– Влад, нет, – повышаю голос, но он толкается пахом мне между бедер, давая понять, что готов к продолжению. – Нет! Ты сдурел, что ли?
– Расслабься, а? Двое свободных людей имеют право заниматься тем, чем им хочется, – касается первыми поцелуями моей щеки, царапая кожу уже проклюнувшейся щетиной и выбивая из груди рваный выдох.
– Прекрати. – выдыхаю. – Ты же обещал, что не сделаешь мне ничего плохого.
– Обещал, – усмехается Влад и придерживает мою голову за подбородок, чтобы я не уворачивалась от его губ, серьезно смотрит в глаза, – плохо не будет, теть Наташ. Будет очень-очень хорошо.
  
16. Старая закалка
 
Сглатываю пересохшим горлом. И хочется, и колется. Колется больше, потому что я уже привыкла к тому, что давно одна и менять привычный уклад мне страшно. 
Влад касается лёгким поцелуем моих губ.
– Ну что ты как монашка сжалась вся? – усмехается.
– Ещё скажи, что у тебя опыт был, – фыркаю.
– Нет, – выдыхает мне в рот и увлекает в медленный поцелуй.
Позволяю себя целовать.
Закрываю глаза и принимаю толчки мягкого языка. Отвечаю осторожно, анализируя происходящее. Прислушиваюсь к своим ощущениям.
То, что он меня хочет – приятно. То, что он явно красивый кобель и хочет не столько меня, сколько секса – не приятно, но переживаемо. Я тоже не испытываю никаких особых теплых чувств к этому самцу, кроме благодарности за спасение. 
Поэтому мы тупо собираемся друг другом попользоваться. Точнее, он мной, а я позволяю, как ни крути. 
– Процесс загрузки еще не завершен? – отстраняется Влад и снова серьёзно смотрит на меня. – Я прям слышу, как у тебя в черепной коробке механизмы скрипят.
Усмехаюсь.
– Послушай, у меня секса не было очень давно, я уже и не помню, что с тобой делать, – вздыхаю.
– Да еп твою мать, – рычит. – Ноги раздвинь и о своем кайфе думай. А о себе я сам позабочусь. Чо ты как девственница?
Логично.
Хочу ему ответить, но он затыкает мой рот новым поцелуем, уже более глубоким и напористым.
Ныряет ладонью под футболку, обжигая кожу кипятком, сжимает талию, скользит выше. Оглаживает грудь в топике, задирает его. Сжимает полушарие, зажимая сосок между пальцами. 
Стону ему в губы и прогибаюсь немного, а он не упускает возможности снова прижаться ко мне бедрами так плотно, что я, кажется, чувствую рельеф его достоинства даже сквозь одежду. И что-то мне становится немного не по себе, потому что, объективно, член у него явно больше среднестатистического.
– Стой, стой, стой, – торможу его, разрывая поцелуй. – Ты в меня не влезешь.
– Влезу, – усмехается, задирая мою футболку и припадая губами к груди. Не дает опомниться.
– Влад, – рычу, цепляясь за его плечи, но куда там! Стена бетонная – хрен оттолкнешь!
Он в ответ снова толкается бедрами, заставляя меня охнуть от давления и безвольно податься навстречу.
Я уже и забыла, что такое реально возбуждаться от прелюдии. Последний мой ухажер оказался не очень, и я вообще поставила крест на свиданиях. А тут тело как заколдованное само движется навстречу и подстраивается под горячие ласки. 
Руки слабеют и скользят по партнеру в поисках его эрогенных зон. От прикосновения к груди Влад покрывается мурашками. Когда вжимаюсь пальцами ему в основание затылка, передергивается и поднимает на меня взгляд.
– Может, ты массажистка? Руки сильные.
– Может быть, – усмехаюсь, а он внезапно медленно сползает поцелуями ниже, не разрывая контакта наших глаз.
– Ты куда это? – сглатываю, приподнимая голову.
– Расслабься, теть Наташ, тебе понравится, – усмехается, добираясь поцелуями до пупка и продолжая двигаться вниз.
– О, нет! – дергаю ногами, а Влад шипит, уворачиваясь от прикосновения к больному боку. – Я не готова! Все! Хватит!
– Ну, ок, – вздыхает, поднимаясь обратно и нависая надо мной. – Старая закалка, я понимаю. Пусть сегодня будет по классике, я не против. Сейчас за презервативами схожу.
Смотрю, как Влад встает и понимаю, что нет, я вообще не готова к сексу с ним. Потому что слишком уж он раскрепощенный, а я, как он правильно подметил, воспитана людьми, у которых секса “не было”, порицалось любое проявление сексуальности и отрицалось проявление излишней нежности. Влад явно привык к другому, а я не умею быть раскрепощенной в постели. И мне стыдно, что он об этом уже начинает догадываться.
Вскочив с дивана, на цыпочках бегу в ванную.
– Э, ты куда? – раздается в спину, когда я захлопываю дверь.
Молчу, тяжело вздыхая и упираясь лбом в дверное полотно. Спустя пару секунд, раздается негромкий стук.
– Сова, открывай, медведь пришел, – усмехается Влад. – Можем продолжить в ванной, если тебе тут больше нравится.
– Нет, Влад, извини, но я передумала, – выдыхаю. – Я старая больная черепаха.
– Ммм… – задумчиво замолкает он. – А ты точно не из монастыря?
– Нет, – расстроенно усмехаюсь.
– Я тебя чем-то обидел?
– Да нет же! – стону.
– Тогда я ничего не понимаю.
– Давай просто ляжем спать, – прошу его.
– Ну, давай, – раздается смешок из-за двери. – Выходи.
  
17. Иуда
 
– Ахахах, – смеюсь громко. – Нашел дуру.
– Да я серьезно, что ты как маленькая? – повышает Влад голос. – До утра будешь там сидеть?
В принципе, наверное, до утра не так уж и долго осталось и я бы посидела здесь, пока он не заснет.
– Нет, приму душ и приду. Ложись спать. – отвечаю.
– Теперь я тоже хочу в душ, – фыркает. – Как бы вам это объяснить, Наталья Обломовна? Мне нужно скинуть пар ручным методом. А то активное кровообращение в паху, знаете ли, не очень полезно при пулевом ранении в области живота.
Закатив глаза, щелкаю замком и открываю дверь.
– Иди первый, – вздыхаю, протискиваясь мимо Влада.
– Одному скучно, – оттесняет он меня обратно в ванную.
– Ах ты!.. – охаю, пытаясь уцепиться за дверь. – Врун.
– Тактик, – усмехается, ловко меня скручивая. – Пошли, а то ты мхом зарастешь.
– Иди ты в жопу! Нет у меня мха. – возмущаюсь, пока он запихивает меня в ванну.
– Сейчас проверим. – залезает следом.
– Тебе нельзя! Вообще сдурел? – отпихиваю от себя его руки.
– Да что ты все обо мне переживаешь? – рычит, прижимая меня своим тяжелым телом к стене. – Расслабься и получай удовольствие.
– Хамло, – возмущаюсь.
– Да ладно тебе, я тебя даже трахать не буду, так уж и быть, – усмехается Влад, пытаясь меня поцеловать, но я упрямо верчу головой.
– Еще скажи, пальцем не тронешь? – зло зыркаю на него.
– Ну, нет, пальцем трону, – дергает бровью, возбужденно скалясь. – А потом ты меня тронешь. Можешь губами.
– Куда?! – рычу, чувствуя, как его ладонь ныряет мне под пояс леггинсов и накрывает лобок. – Заснешь – я тебе глотку перережу.
– На, – закрывая глаза, откидывает голову назад и подставляет мне горло.
Хочется впиться зубами в его выразительный кадык.
Захлебываюсь словами, потому что его пальцы ныряют мне между ног и, раздвинув влажные губы, медленно погружаются внутрь моего тела. Выходят, растирая влагу, и тут же ныряют снова, еще глубже.
– Гад, – выдыхаю, обмякая под его напором. – Иуда.
– Скажи, хорошо, да? – усмехается, продолжая меня ласкать мучительно нежно и медленно.
  
– Нет, – закусываю губу, сжимаясь от невыносимого удовольствия.
– Верю, – шепчет мне в губы и ловит их своими. – Сожми мой член, а то я скоро в обморок упаду от оттока крови.
Съязвить бы что-нибудь, но язык будто отнимается, а меня размазывает по холодному кафелю в нирване. Влад сам берет меня за запястье и кладет мою ладонь на вздрагивающий, горячий орган, а я сжимаю его и тут же чувствую новые спазмы внизу живота.