Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Я никак не могу опомниться и просто в ужасе от ваших слов…
– Это действительно ужасно, – согласился Аллейн. – Так что насчет рыбы?
– Рыбы? Эта рыба, милостивый государь, является, вернее, была великолепной форелью. Эта рыба – настоящая местная знаменитость. Всем форелям форель! Царица рыбьего царства. И я, да будет вам известно, сумел ее поймать!
– Где? – спросила леди Лакландер.
  
Мистер Финн поморгал.
– Выше Нижнего моста, сударыня. Выше Нижнего моста!
– Ты старый лгун, Окки, – сказала она.
Тут не выдержал Джордж, сорвавшийся на крик:
– Это грязная ложь, Октавиус! Ты сбраконьерничал! И ловил под мостом! Мы видели тебя от второй лунки!
– Держи себя в руках, Джордж, – ответил мистер Финн, побелев еще больше. – Что за тон?!
Фокс незаметно ретировался в угол и углубился в записи.
– Что ты себе позволяешь? Да еще когда в доме траур! – Мистер Финн отвесил полупоклоны в сторону Китти и Роуз. – Как не стыдно, Джордж!
– Глянусь Всевышним… – взревел Джордж, но Аллейн не дал ему договорить.
– Так что же случилось с вашим уловом, мистер Финн? – снова спросил он.
Мистер Финн сделал глубокий вдох и, набрав побольше воздуха, сбивчиво заговорил дрожащим голосом:
– Преисполненный торжества, я решил продолжить столь удачную рыбалку выше по течению Чайна. Поэтому я оставил форель на том самом месте, где она проиграла битву, то есть, повторяю, на своем участке реки выше моста. А когда я вернулся – не могу сказать, через сколько времени, потому что не ношу часов, но намного, намного позже, – то сразу направился к тому месту, где оставил свою неподражаемую добычу, и… – он в отчаянии махнул рукой, и все увидели, как сильно она дрожит, – ее там не оказалось! Исчезла! Испарилась! Сгинула!
– Послушай, Окки… – не выдержала уже леди Лакландер, но и ее остановил Аллейн.
– Прошу вас, леди Лакландер, – вмешался он и, поймав ее взгляд, добавил: – Пожалуйста!
Она смирилась, демонстративно сцепив пальцы и подперев ими свои многочисленные подбородки.
– Будь по-вашему, – сказала она. – В конце концов, я сама вас вызвала! Продолжайте!
– И что вы сделали, когда обнаружили пропажу?
Мистер Финн пристально на него посмотрел.
– Сделал? – переспросил он. – А что, по-вашему, я мог сделать? Уже начинало смеркаться. Я поискал вокруг моста, но ничего так и не нашел. Форель исчезла! Тогда я вернулся домой в полном унынии.
– Где и находились, судя по всему, не меньше четырех часов. Сейчас пять минут второго ночи. Зачем же вы явились сюда в такой неурочный час?
Наблюдая за мистером Финном, Аллейн пришел к выводу, что к этому вопросу тот был готов.
– Зачем?! – воскликнул мистер Финн, разводя продолжавшие дрожать руки. – Я скажу вам, милостивый государь, зачем! Доведенный отчаянием почти до самоубийства, я не мог сомкнуть глаз, и ложе со мной разделяли лишь горечь потери такого царственного улова и невыразимое страдание. Я пытался отвлечься чтением, разговорами с другими обитателями своего жилища – я имею в виду кошек, сэр, – слушанием неописуемо нудного шутовства по радио. И увы, все было напрасно: все мои мысли были заняты только Великой рыбой. Примерно три четверти часа назад я попытался найти успокоение в прогулке на свежем воздухе и спустился к Речной тропинке. Выйдя из рощи головореза Сайса, я заметил свет в этих окнах и услышал голоса. Зная, – продолжал он, задыхаясь, – что бедный Картаретт поймет мои чувства как человек, разделяющий те же пристрастия, я… Моя дорогая леди, почему вы смотрите на меня с таким выражением?
– Окки! – заявила леди Лакландер. – Мне все равно, что скажут люди из Скотленд-Ярда, но больше я молчать не стану! Я была совсем рядом, когда вы с Морисом Картареттом ругались на чем свет стоит, и все слышала! Мало того, за несколько минут до этого его жена и Джордж видели, как ты ловил в чужих водах! Я слышала, как ты или Морис швырнул рыбу на землю, а потом вы разошлись, осыпая друг друга проклятиями. А потом Морис явился туда, где я рисовала, и мне пришлось все выслушать от него с самого начала. А теперь, дорогой Аллейн, вы можете сколько угодно на меня злиться, но я была не в силах и дальше выслушивать этот бессмысленный вздор!
Мистер Финн заморгал и растерянно зашевелил губами.
– Помнится, мы с покойной супругой часто шутили, что перечить Лакландерам – себе дороже, – наконец произнес он.
Аллейн и Фокс не сводили с него глаз, а остальные отвернулись.
– Мистер Финн, – не унимался Аллейн, – вы ведь обычно носите очки?
Тот машинально дотронулся до переносицы двумя пальцами, будто поправлял очки, скрыв на мгновение красную полоску на ней и разлившийся по щекам румянец.
– Не все время, а только для чтения, – ответил он.
Неожиданно леди Лакландер ударила ладонями о подлокотники кресла.
– С меня достаточно, – заявила она. – Я уже сказала все, что собиралась. Джордж, будь добр, отвези меня домой.
Она протянула правую руку, но Джордж чуть замешкался, и Аллейн подоспел первым, чтобы помочь ей встать.
– О господи! – насмешливо произнесла леди Лакландер, с трудом поднимаясь и устремляя пристальный взгляд на мистера Финна. Тот, глядя на нее, пробормотал что-то неразборчивое. Старая леди посмотрела на Аллейна.
– Вы позволите мне отбыть домой? – поинтересовалась она.
Аллейн поднял бровь.
– Мне будет намного спокойнее, если вы окажетесь дома, а не здесь, леди Лакландер.
– Проводите меня до машины. Я сейчас сильно хромаю из-за проклятой подагры. Кеттл, никакого улучшения я не замечаю! Джордж, я жду тебя через пять минут – мне надо кое-что сказать Родерику Аллейну.
Она попрощалась с Роуз и обняла ее. Та, всхлипнув, прижалась к ее груди.
– Бедное дитя, моя маленькая Роуз, обязательно приходи к нам. Пусть Марк даст тебе какое-нибудь снотворное.
Китти тоже поднялась.
– Я так благодарна, что вы пришли, – сказала она и протянула руку. Леди Лакландер протянула свою для поцелуя. После секундного замешательства Китти осторожно приложилась к ней губами.
– Приходи ко мне завтра, Кеттл, – сказала леди Лакландер. – Если, конечно, еще будешь на свободе.
– Пусть только попробуют меня арестовать! – ответила та, впервые заговорив с момента появления мистера Финна.
Леди Лакландер довольно хмыкнула и кивнула Аллейну, демонстративно игнорируя мистера Финна. Детектив поспешил открыть дверь и проследовал за ней через красивый и просторный холл к выходу. У крыльца стоял большой старинный автомобиль.
– Джордж поведет, а я сяду сзади. В непростые времена мне трудно выносить его общество.
Аллейн открыл дверцу и включил в машине свет.
– А теперь скажите мне, – попросила она, устроившись на сиденье, – но не как полицейский престарелой вдове, а как порядочный человек старинной подруге своей матери: что вы думаете о поведении Окки Финна?
– Престарелым вдовам, даже если они подруги моей матери, не к лицу выманивать меня на улицу и задавать неуместные вопросы.
– Значит, вы мне так ничего и не скажете?
– Послушайте, а у мистера Финна не было сына по имени Людовик? Людовик Данберри-Финн?
Даже при тусклом свете он заметил, как ее лицо окаменело, будто под складками жира на нем она сжала челюсти.
– Был, – подтвердила она. – А что?
– При таких редких именах это вряд ли могло оказаться простым совпадением.
– На вашем месте я бы не стала поднимать эту тему. Он служил по дипломатической линии и совершил непростительный проступок, как вам наверняка хорошо известно. Разыгралась настоящая трагедия, и мы стараемся никогда об этом не говорить.
– Правда? А что за человек был полковник Картаретт?
  
– Настырный идеалист. Упрямый донельзя. Один из тех добропорядочных граждан, которые так высоко задирают планку, что постоянно оказываются не в ладах с собственной совестью.
– Вы имеете в виду что-то конкретное?
– Нет, – твердо ответила леди Лакландер. – Ничего конкретного я не имею в виду.