Коллекционер душ. Книга 4 (СИ)

Я просидел у татуировщика до двух часов ночи. Мы лишь однажды сделали перерыв на обед. Борис вытащил из шкафчика два пакета лапши быстрого приготовления «Александр и Софья», вскипятил воду кипятильником в стакане и разломал деликатес прямо туда. Накрыл какой-то картонкой, а когда лапша заварилась благородно позволил пообедать мне первому.
Вкус был великолепный. Я даже задался вопросом, а не испортилась ли она в будущем. Ведь в своей прошлой жизни я вообще не помню, когда в последний раз пробовал ее. Даже в поездах обычно обходился современным бич-пакетом пюре. Интересно, а его сейчас уже придумали?
Ладони ужасно болели, когда татуировщик закончил работу. Он смазал мне руки мазью, наложил повязки и отправил в добрый путь.
Я пошел домой пешком. Улыбаясь как дурак. Одной головной болью меньше. Это не могло не радовать. Хоть я прекрасно понимал, что майор из БРМП не остановится. Но, по крайней мере, теперь я уверен, что он просто так не затащит меня на Казачью Заставу.
Со следующего дня у меня начались настоящие каникулы. Руками я ничего делать толком не мог. Даже в душ сходить было проблематично. Тягать гантели — тем более. Зато мы с Серым и Жендосом, каждый день выходили во двор и играли в футбол. Мяч, который родители подарили Жендосу на Новый год весь потрескался от того, что мы гоняли его, когда температура опускалась ниже двадцати пяти. Но зато это были деньки действительно беззаботного детства.
— Как же не хочется завтра снова в школу, — канючил Серый, когда мы подходили к моему подъезду, чтобы заняться чем-нибудь у меня дома.
— У вас хоть интересно, — Жендос кидал мяч и подхватывал его. — У вас магия, все дела. А вот в моей школе действительно скука смертная. Все бы отдал, чтобы поменяться с вами местами и учиться в лицее для одаренных.
— Не знаю, Жендос, — отреагировал я. — Иногда от магии, а скорее от аристократов, которые учатся в нашей школе, одни проблемы. Вот если на тебя кто-нибудь наедет, ты можешь просто по морде дать и дело с концом. А у нас все гораздо сложнее. Правила… Короче, радуйся, что тебя окружают одни простолюдины.
— Радуйся, — хмыкнул Жендос. — Вам легко говорить…
— Здравствуй, Костя! — нашу беседу прервал до боли знакомый голос.
Я поднял глаза.
— Капитан Троицкий?
— Рад, что ты помнишь, — он убрал четки в карман. — Мне нужно с тобой поговорить.
— Сейчас? — немного ошарашенно произнес я.
— Да. Дело касается твоей матери.
Сказать, что мне стало немного волнительно — ничего не сказать. Конечно, я в первую очередь подумал о том, что они отыскали ее в Петербурге. И мой мозг сам стал судорожно додумывать варианты развития событий. Но я быстро взял себя в руки.
— Извините, пацаны, — пожал я плечами, поглядев на друзей.
— Ничего, — махнул рукой Серый. — Позвони, как освободишься.
Я махнул в ответ, и мы с капитаном поднялись ко мне в квартиру.
— Ого! — милиционер огляделся, преодолев прихожую. — Неплохо ты обустроился. Когда я был тут в последний раз, здесь все…было несколько иначе.
— Но и я не знал, что отец оставил мне в наследство свою компанию, — пожал плечами я. — Теперь она приносит прибыль. Времена меняются, одним словом.
— Хм. А твой отец в завещании случайно не написал какие дела у него были с Санитаром? Почему тот в итоге использовал его супругу для похищения детей аристократов. Твою мать.
Я напрягся еще больше. Но это выглядело довольно естественно для ребенка, услышавшего новость о том, что его мать похищает детей.
— Не понимаю… — состроил дурочка я.
— Можно кофейку? — спросил Троицкий, сел на мое привычное место у окна на кухне и достал четки.
Я налил в чайник воды из-под крана и поставил его греться на плиту.
— А родниковой нет? — спросил капитан.
— Что есть, — пожал плечами я.
— Ладно, — милиционер выдохнул. — Слушай. Когда твоя мать пропала у нас из виду, там на вокзале, дело Санитара передали в Бюро по расследованию магических преступлений. Я добился того, чтобы меня держали в курсе дела и сегодня утром мне позвонил человек оттуда и сказал, что Санитар объявился.
 
Даже не знаю, радоваться или огорчаться этой новости. Псих ведь не может знать, что я именно я снял гипноз? Но…тогда зачем Троицкий в первую очередь пришел именно ко мне? Черт. Главное, держать себя в руках.
— Его поймали? — раскрыл глаза я. — Санитар сказал, где мама? Вы нашли ее?
— Нет, — милиционер разочарованно помотал головой. — Может быть это и хорошо…
— Хорошо? — обронил я. — Что вы имеете в виду?
— Ты слышал о том, что в городе примерно месяц назад пропадали дети аристократов? — он посмотрел на стопку газет, сложенных на подоконнике.
— Ну, — сглотнул я и посмотрел туда же. — В школе был классный час по этому поводу. Классная очень доходчиво объясняла, что после школы сразу надо идти домой.
— Это она молодец, — следователь провел рукой по усам и перешел к делу: — Пару дней назад Санитар прислал письмо в Бюро. В нем он признался, что загипнотизировал твою мать на похищение детей. И…
Чайник засвистел. Я встал с места и заварил Троицкому растворимый кофе. Поставил на стол перед ним. Открыл сахарницу.
— Что дальше? — я сел обратно на стул, на котором обычно сидела Машка.
— Он признался, что кто-то сумел снять гипноз с Анны Николаевны. А также написал, где искать всех пропавших детишек.
Я знал, что дети были мертвы. Флорика видела это. И сейчас мне приходилось делать вид, что я не в курсе.
— Кто-то снял гипноз? — раскрыл я глаза. — Тогда…где мама?
Капитан Троицкий кинул в кофе четыре ложки сахара и размешал его. Пригубил. Как только я представил каким сладким получился напиток — невольно поморщился. Но моего гостя все устраивало.
— Когда специалисты изучили письмо, на место, указанное Санитаром, был отправлен отряд. В общем…твоя мать держала детей в подвале одной хрущевки. Она устроилась уборщицей подъездов незадолго до начала похищений и у нее был ключ…
Он замолчал.
— Говорите как есть, капитан, — от волнения я поерзал на своем стуле.
— Хорошо. Санитар написал, что он не хотел убивать тех детей. Но из-за того, что кто-то расколдовал твою мать… В общем, она приносила в подвал еду и воду. Но вскоре пропала. Все школьники умерли от обезвоживания до того, как мы нашли их.
Я смотрел в одну точку на стене. Туда, где кусок обоев отслоился и теперь болтался из-за ветра, врывавшегося через открытую форточку. Постепенно приходило осознание того, что псих обманул меня. Обвел вокруг пальца. Заставил стать частью той игры, которую он затеял изначально.
Сомнений нет — Флорика тоже была под гипнозом. Я должен был догадаться еще тогда, когда встретился с ней в парковой зоне у Дворца Спорта. Когда она заявила, что теперь я должен спасти мать, а не держаться от нее подальше. И ведь я подозревал что-то неладное. Но желание спасти маму так сильно затмило мой разум, что я не заподозрил обмана одаренного. А еще это произошло потому, что я не вижу никакой логики. Зачем Санитару все это? Почему он просто не убил этих детей? Он мог точно также заставить их страдать, если бы заставил мать просто забыть о том месте, куда она их отвела.
— Вы упоминали о том, что может быть и хорошо, что маму не нашли…
— Да, — Троицкий снова отхлебнул кофе. — Теперь дело обстоит следующим образом. Хм. В общем… — капитан никак не мог подобрать слова. — Формально теперь Анна Ракицкая виновна в гибели детей. Если удастся доказать, что она уже не находилась под действием чар.
— Вы же понимаете, что Санитар все подстроил? — возмутился я.
— Я понимаю. И возможно даже закон будет на стороне твоей матери. Но вот аристократы, чьих детей нашли в том подвале, не оставят ее в покое, Костя.
А вот теперь понятно зачем все это было нужно больному ублюдку. Втоптать в грязь семью Льва Ракицкого, очень умело манипулируя чувствами людей. Хорошо, что я успел вывезти маму из города.
— Почему вы думаете, что псих, сделавший это с моей матерью, не лжет? Может быть она до сих пор находится под гипнозом и живет черт знает где?