Коллекционер душ. Книга 4 (СИ)

— Идет уже, — фыркает он, а затем открывает мне дверь.
— Благодарю, — отвечаю я, зная, что мое спокойствие и благодарность выведет его из себя еще сильнее.
А что? Пора приучать взрослых дядек относится ко мне уважительно. Если я буду сам открывать двери там, где аристократам прикасаться к ручкам не положено, то главой буду таким себе. Каким бы несправедливым мне не казался этот мир, но нужно учиться жить по его правилам. Изменить его я все равно не смогу.
Я вошел в душное помещение ресторана. Оставил куртку в гардеробе. У местной гардеробщицы вообще не было ничего общего с тетей Фаей. Молодая девушка с красивой прической и в костюме, больше напоминающем купальник.
— Константин? — сзади ко мне подошла еще одна девушка. И тоже в купальнике со стразами.
— Да?
— Петр Романович уже ждет вас. Пройдемте за мной.
Я кивнул, рукой поправил прическу перед зеркалом, взял пакет с деньгами и пошел за администратором.
Само веселье разглядеть мне не удалось. Мы свернули налево, прежде чем попали в сам зал. Поднялись на второй этаж. Зашли через дверь для персонала в отдельную комнату, где мне тут же защипало глаза от стоящего тут сигаретного дыма.
— Значит вот что за мальчишка заставил Парфенова принять чужака в клан, — пробасил голос жирного аристократа, растекшегося по дивану.
Я быстро окинул взглядом VIP-комнату.
Столик по центру. Вокруг четыре диванчика. На одном сидит Райкин. Мужик весом, наверное, килограмм двести. На шее четыре или пять подбородков. Бордовая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами. На лбу испарина. На груди толстая золотая цепь. Пальцы тоже все в кольцах. На диване, который предназначается вообще-то для четверых помещается только аристократ и две стройные девчонки, которых он обнимает.
На диване слева сидит Федор. Словно пятиклассник на беседе у директора. Прямая спина. Руки в замке. В комнате еще два охранника. Один теперь у меня за спиной. Другой у шторки, ведущей в зал.
Тут же один из телохранителей аристократа подлетел ко мне сзади и ощупал на предмет наличия оружия. Когда ничего не обнаружил, отошел обратно и кивнул своему боссу.
— Чего стоишь, малыш? — проговорил Райкин. — В ногах правды нет. Присаживайся.
— А у вас тут не принято по имени обращаться? — поинтересовался я и сел. — Может и вы не Петр Федорович?
Толстяк добродушно улыбнулся.
— Не будем начинать войну из-за таких пустяков, Константин, — ответил он. — Девочки, принесите нашему гостю что-нибудь выпить. Из безалкогольного, — добавил он и улыбнулся.
— Кофе, — не стал отказываться от предложения я. — Черный. Без сахара. И пару салфеток, пожалуйста.
Райкин шлепнул по заднице одной из своих девочек, когда та поднималась с дивана. Затем проводил обеих взглядом и посмотрел на меня.
— Ох, Константин! — начал он. — Может ты уже мужчина, а? Или хочешь им стать? Давай я подарю тебе одну из девочек, а? В честь знакомства. Ты будешь потом вспоминать дядю Петю только добрыми словами.
— Спасибо за предложение, — холодно отозвался я. — Я вообще по делу пришел.
— А тебе сколько сейчас? — как будто не услышал меня аристократ. — Десять? Одиннадцать? Я и сам лишился девственности в одиннадцать. О! А хочешь целочку, а? Ей четырнадцать. Если хочешь мы сперва научим ее всему, чтобы твой первый опыт запомнился тебе навсегда.
Я сжал челюсти от злости. Жирдяй явно играет со мной. Знает, что я пришел из-за Фроси.
— Четырнадцать, говорите? — ответил я спокойно, проглотив злость. — Ее случайно не Ефросиния зовут?
— В точку! — состроил из себя дурочка Райкин и бросил взгляд на полиэтиленовый черно-белый пакет, лежащий на столе. — Я вижу ты и деньги принес, чтобы за нее заплатить. Да, ладно тебе! Я же как другу тебе ее предоставить пообещал. Бесплатно. Но с возвратом, — поднял палец он и рассмеялся.
Я подвинул пакет в центр стола.
— Давайте оставим игры. Вы сказали Федору, что накапали проценты. Пятьдесят тысяч. Я их принес. Где девочка?
— Правда? — удивленными глазами аристократ посмотрел на Федора. — Я сказал пятьдесят? Нет. Нет. Я точно помню, что сказал сто пятьдесят. Молодой человек вероятно не расслышал меня. Как вас зовут? Федор. Вам нужно обязательно сходить к ухогорлоносу. Проверить слух…
 
Брат Фроси не выдержал и сорвался с места. Но щелчок затвора пистолета одного из охранников остановил его.
— Успокойся, Федор, — я поднял руку и попросил качка опуститься на место.
В этот момент в комнату вернулась одна из девочек. Она поставила чашку кофе передо мной. Салфетницу. Затем с разрешения своего босса, покинула помещение.
— Вы не против? — я указал на чашку.
— Конечно. Угощайся, Константин. Угощайся.
Я неторопливо кинул два кубика в чашку и размешал напиток. Затем поднял взгляд на Райкина, все это время терпеливо ожидающего меня. Достал из внутреннего кармана помятый листок. Передал его аристократу. Тот отвлекся, переведя взгляд на бумагу.
— Что это?
— Расписка, которую писал Федор, — ответил я и накрыл салфеткой руну, которую достал из кармана, вместе с распиской.
Я разорвал браслет, который дал мне Германн когда-то и взял с собой всего один Знак, который может пригодиться.
— И что я тут не видел? — усмехнулся аристократ и бросил бумажку на стол.
— Забавно получается Петр Федорович, — ответил я. — Вы сидите здесь весь такой важный, а ваши люди и знать не знают, что вы не отвечаете за свои слова. Вот обычный бастард пообещал вернуть вам деньги за проигрыш и вернул. Вы сказали, что натикали проценты. Ладно. Он снова достал вам денег. А самое забавное, что если мы принесем вам еще сто пятьдесят тысяч, то вы в очередной раз измените условия. Потому что такое слово как честь не про род Райкиных, верно?
Жирдяй покраснел от злости. Запыхтел и с трудом оторвал спину от спинки дивана, чтобы пододвинуться ближе ко мне.
— Ты кем себя возомнил, молокосос? — злобно прорычал он.
Я тоже наклонился поближе к собеседнику, но только для того, чтобы в любой момент дотронуться до Знака на руне. Тамагочи в моем левом кармане уже напитал меня силой.
— Знаешь, что я сейчас сделаю? — продолжал говорить Райкин. — То, что должен был сделать Парфенов уже давно. Отправлю тебя грызть землю. И деньги твои заберу. Заплачу ими этой вашей Фросе за то, что порву ее. Убить их.
Я едва успел опустить взгляд на стол, чтобы дотронуться до Знака, когда послышался выстрел. В этот самый момент я коснулся Знака.
Поднимаю глаза. Поворачиваю голову. Пуля, летящая мне в голову, еле заметно движется. Сработало. Несколько секунд я могу двигаться со скоростью едва заметной глазу. Добро пожаловать в матрицу, мать их!
Я тут же открываю первый портал перед пулей, летящей в меня. В следующий миг такой же портал — только на выход, — открывается перед охранником у двери. Добегаю до Федора и раскрываю еще один разрыв. На этот раз перед пулей, летящей в него. Только теперь она вылетит там, где стоит второй телохранитель. У шторок.
Начинаю двигаться в сторону одного из охранников, но Сила заканчивается. Снова слышится громкий звук выстрела и в этот же момент оба охранника падают на пол. Матрица закончилась. А пули прошли через порталы и вылетели там, где я и планировал.
Я успеваю добежать до упавшего телохранителя и выхватываю пистолет из его рук. Поднимаюсь. Навожу ствол на удивленную физиономию Райкина.
— Какого хрена? — возмущается тот.
— Заткнись, — перевожу взгляд на брата Фроси. — Федор. Закрой дверь.
Подхожу к столу и беру руну со Знаком.
— Гралия, — убираю камушек в карман.
— Знак скорости… — шипит Райкин и морщится, окидывая взглядом убитых телохранителей. — Ты не так прост, мальчишка. Не так прост…
— Знаете, Петр Федорович, — я говорю и одновременно открываю портал. — Я люблю хороших людей. Я никогда не позволю себе вмешаться в их жизнь. Но познакомившись сегодня с вами, я сразу понял, что без вас этот мир станет только лучше…