Город титанов (СИ)

Только я дал такую команду, и мой титан шагнул туда, как из тоннеля спиной вперед вырвался автоматчик, поливающий очередями назад. За ним, спотыкаясь и падая, выбегали солдаты — человек пять или шесть. Они бежали, не оглядываясь, бежали с такой паникой, что даже не заметили ни меня с титаном, ни замершую орду зомби.
А следом за ними…
Отстойник вывалился из тоннеля уже не как слизень, а как гигантская куча гниющего мяса, ползущая на щупальцах — ей богу, словно перекатываемое незримой гигантской рукой кровавое тесто. Босс достиг уже 51-го уровня, но что привело его сюда?
  
У меня было только одно объяснение — он пожрал все, что мог в канализации Мабанлока и выбрался на поверхность за новой органикой. Или душами. А тут мимо него проехала колонна с кучей военных. Упустить такую добычу отстойник не захотел и дополз вслед за ними аж сюда. Ну спасибо, вояки, удружили!
Чудовище выросло до размеров двухэтажного дома — бесформенная масса плоти, в которой угадывались человеческие руки, ноги, головы, торчащие под разными углами, крысы, птицы и прочая органика, поглощенная тварью.
Из центральной массы высовывались три толстых щупальца, увенчанные чем-то вроде пасти с рядами зубов-присосок. Выглядело омерзительно, и я передернул плечами.
Одно радовало: почему-то босс 51-го уровня не подчинял меня своей воле, как это умели делать амбалы. Вот если бы подчинил, тогда хана всем!
— Твою мать, — прошептал я, решая, что же делать.
Отстойник ринулся за военными. Одно щупальце выстрелило вперед, схватило отставшего солдата за ногу и с хрустом втянуло в свою массу. Крик оборвался так же внезапно, как начался.
Один солдат дал очередь прямо в центр массы. Пули буквально вгрызались в плоть, но эффекта — ноль. Отстойник даже не замедлился.
— Фас, — приказал я своим зомбакам, но целью выставил не босса, который мог их вот-вот перетащить на свою сторону, а военных.
Проблемы следовало решать по мере их поступления.
Зомбаки с радостью набросились на вояк, и в считанные секунды от них ничего не осталось. Всех сожрали, вплоть до одежды, которую тотчас поглотил отстойник. Причем попутно проглотил и несколько моих зомбаков.
Титан подо мной занервничал и как-то особенно внимательно прислушался к эманациям отстойника, большая часть которого все еще находился в тоннеле. Однако поняв, что еды больше нет, отстойник двинулся обратно в тоннель, волоча за собой груду обломков и оставляя на асфальте слизистый след. Почуял других живых?
Вот тут я и понял, что у меня есть шанс. Один единственный, но шанс.
Я посмотрел вверх, на серые скалы над тоннелем, поросшие зеленью. Массивные валуны, удерживаемые корнями деревьев и какой-то чертовой удачей. Если обрушить их… Если титан долбанет по ним с достаточной силой…
— Тетыща, ты остался? — рявкнул я, не видя, но чувствуя, что наемник не ушел. Нарушил приказ, гад!
— Остался, — донесся голос откуда-то справа, из-за валунов. — Думал, пригожусь.
— Я тоже! — крикнула Вика, и я про себя выругался.
Какого хрена она не уехала?
— Слушайте сюда! — заорал я. — Сейчас я велю титану прыгать на скалы и рушить их! Тоннель завалим к чертям собачьим вместе с этой… штукой!
— А как же Копченовы? — Тетыща вышел из-за валунов, держа автомат наготове в руке он сжимал резинового медведя, вокруг горла которого обвилась травинка. — Коля и Рома. Павел и Анастасия. Они были здесь.
Я замер, чувствуя, как внутри что-то сжалось. Точно, Копченовы. Но я не мог жертвовать большим ради меньшего, потому отчеканил:
— Я звал их, они не откликнулись. Мы не можем их искать.
Если они в тоннеле…
— Помогите… — хриплый слабый голос донесся из тоннеля.
Рома. Это был голос Ромы.
Твою мать…
Я сжал зубы так сильно, что заскрипели челюсти. Время. У меня нет времени. Титан быстро регенерирует и уже восстанавливает активность — я чувствовал, как контроль слабеет, как чудовище под мной начинает шевелиться. Еще немного, и он вырвется из подчинения, и тогда…
Тогда мы все здесь сдохнем.
— Б…во! — выругался я и велел титану двигаться к тоннелю. И почему я сразу не забрал Копченовых с собой?
Я переключил зрение на «Фазовый взгляд» и увидел четыре тепловые сигнатуры в тоннеле. Метров сорок от входа, может, пятьдесят.
— Своих не бросаем, — пробормотал я, хотя шел на самоубийство.
Титан послушно направился к тоннелю, расталкивая зомби, которые все еще стояли неподвижно. Контролировать и титана, и орду одновременно оказалось невозможно — я почувствовал, как хватка слабеет, как несколько бездушных дергаются.
Нужно снизить «активность» титана, иначе он вырвется. Я со всей дури врезал «Нагибатором» по его загривку, надеясь, что молния или паралич не прокнут. Титан взревел от боли, но остался под контролем. Повезло.
— В тоннель! — рявкнул я зомбакам, спрыгивая с титана. — Перегородить его так, чтобы отстойник не выбрался!
Орда, словно единый организм, развернулась и побрела вслед за мной в темноту.
Внутри тоннеля было не только темно, но и влажно, и воняло даже хуже, чем от титана. Запах разложения, гнили, застоявшейся воды смешивался с пороховым дымом и кровью. Асфальтовое покрытие было усеяно гильзами, обломками камней, клочьями ткани. Пол был скользкий и липкий.
Впереди полз, оставляя слизистый след, отстойник. Он был массивный, но тоннель был шире. Меня он не атаковал — я был для него своим. И почему-то не пытался мной командовать. Возможно, не видел нужным.
Я обогнал его, распластавшись по стене тоннеля, и выбрался вперед. Чуть дальше, в бетонном кармане, забаррикадированном смятой легковушкой, сидела семья Копченовых.
Анастасия прикрывала собой детей — Колю и Рому, которые сжались в комок. Павел стоял перед ними с ножом в руке, хотя даже слепому было ясно, что против отстойника нож — как мертвому припарка. Я прикрыл их собой и всем сердцем возжелал, чтобы спрятать и их души.
Пронесло — отстойник прополз мимо.
— Денис! — Анастасия подняла голову, и в ее глазах вспыхнула надежда. — Ты… Как ты…
— Потом! — рявкнул я. — Живо за мной!
— Но… — начал было Павел.
— Без «но»! У нас мало времени!
Мы вышли в тоннель и рванули к выходу, где нас уже ждал титан. Почуяв души и свежее живое мясо, отстойник тут же сменил ход движения и выстрелил щупальцем. Я, прикрывая отход, отбил щупальце «Нагибатором» и рванул вслед за Копченовыми.
У входа я заорал, уже приказав титану:
— На спину к титану! Он не тронет — я держу его
Титан, который не влезал в тоннель, послушно опустился на колени.
Преодолевая страх, мать и сыновья полезли на монстра. Парни не капризничали, будто чувствовали, что от послушания зависит их судьба. Павел помог жене, сам запрыгнул следом. Анастасия и Рома на одном плече, Коля на другом, Павел посередине, обхватив шею руками и ногами.
— Держитесь крепче! — велел я и дал титану команду: — Уходи прочь! Быстро!
Повинуясь моей команде, чудовище начало медленно распрямляться. Я чувствовал, как его активность нарастает — уже 48%. Еще немного, и…
Отстойник спешил за нами по тоннелю — я его не видел, а чувствовал, как кожей и по запаху, так и как другой бездушный, которого имитировал. Чувствовал сосущий голод, мощный, как все всасывающий смерч. Удивительно, как Копченовым удалось скрыться от него в тоннеле, когда он гнался за вояками…
В темноте загрохотало, зачавкало… Это героически перекрывая выход отстойнику, гиб взвод Бабангиды.
И я понял, что у нас нет шансов — даже со всей подконтрольной ордой шансов нет, если отстойник вырвется на свободу.
Нужно исправлять ошибку, пока не поздно. Пришлось разворачивать титана обратно к тоннелю.
  
— Денис, что ты… — начал Тетыща.
— То, за чем пришел! — рявкнул я и бросил им с Викой рацию, а Павлу и его семейству скомандовал: — Срочно на землю! А вы, прикрывайте их! Свяжитесь с Дитрихом, пусть вас заберет. И увозите всех в «Кали»!
И, не дожидаясь ответа, велел титану встать на четвереньки, чтобы люди слезли, а потом, когда они подбежали к Тетыще, который повел их по дороге прочь от тоннеля.