Город титанов (СИ)

Они все разом долбанулись? Им жить надоело? Что за дебильная бравада⁈ Я осмотрел лица и начал догадываться о причине их безумия. Отсутствие зубов, худоба, подергивания, нездоровый блеск глаз… Да они под кайфом все! Причем девчонки торчат как минимум пару лет, за год себя до такого состояния не довести.
— Вы сами виноваты. Мы к вам не напрашивались, — сказал я, медленно заводя руку за спину, а сам, не веря в самоубийственный дебилизм филиппинцев, «Фазовым взглядом» осмотрел развалины, опасаясь, что в засаде засел десяток головорезов.
  
К счастью, там никого не было.
— Заткнись! — рявкнул Рикардо. — Убьем тебя. Медленно. Пусть смотрят, как ты сдохнешь. Таланты все ваши обнулились, так что ничего ты нам не сделаешь!
Торчки долбанные. Наверное, ему кажется, что сказал — уже сделал. Впрочем, все равно, что там ему казалось, потому что они начали окружать нас. Семеро против двоих — Бергман стоял, прикрывая Анастасию с детьми и Павла. Я активировал «Сокрытие души», чтобы призвать на помощь бездушных и не тратить способности на этих идиотов, но вояки всех распугали, ни одного не оказалось в радиусе действия таланта. Но было что-то другое. Огромное, чуждое, опасное. Это нечто коснулось моего разума, начало продавливать его, как щелкунчик пытается раскусить орех. Локальный, сука, босс! Помня, что случилось в прошлый раз, я отключил способность.
— С нами дети, — сказал Бергман спокойно. — Отпустите их. Ваше дело со мной и с Денисом.
— Дети? — Мария оскалилась. — Нам плевать. Поиграемся с детишками.
Я выхватил «Нагибатор» и сказал:
— Последний шанс. Уходите. Или идти вам будет нечем.
Они засмеялись. Мелкий жилистый парень, сверкнув глазами, шагнул вперед, взмахнув ржавым тесаком.
— Да пошел ты…
— Огонь! — рявкнул Рикардо. — Мигель, назад!
Трое попятились, подняли автоматы и открыли огонь. Грохот выстрелов оглушил. Я бросился в сторону, активируя «Ветер» на бегу, но не ото всех пуль можно увернуться, даже с удвоенной скоростью.
Сработал доспех — я ощутил на себе поговорку «горохом об стенку» — но его ресурс конечен.
Что-то жгучее полоснуло по левому боку. Потом обожгло бедро. Твою ж! Я покачнулся, но устоял. Боль пришла через секунду — острая, обжигающая. Теплая кровь потекла по ноге, пропитывая штанину.
Черт! Два попадания. Но ничего критичного не задето — ни артерий, ни костей. Повезло. Или броня скосила урон.
Под «Ветром» мое тело стало легче, движения — быстрее. Я будто скользил по земле, не касаясь ее, пока наконец не спрятался за той самой стеной с провалом. Напоследок бросил взгляд на Тетыщу. Теперь шквал огня пришелся по нему, но мощный купол работал и продержится еще некоторое время.
— Хватит сжигать патроны! — заорал Рикардо. — Не видите, не берет его! Они потратили все способности! Так забьем! Холодняком!
Автоматы замолчали. Видимо, магазины опустели — стрелять попусту не хотели. Или действительно решили взять живым, чтобы помучить перед смертью.
Зря они так.
Первым был Рикардо. Он даже не успел понять, что произошло. Я пересек расстояние между нами за долю секунды и размахнулся «Нагибатором». Тяжелая бита со свистом прошла по дуге и врезалась ему в висок. Хрясь! Череп проломился, как яичная скорлупа, брызги крови и осколков костей веером разлетелись в стороны. Рикардо даже не вскрикнул — его тело отбросило на девять метров, он пролетел по воздуху и рухнул на груду мусора, издохнув еще до падения. Похоже, урон модификации сработал на все сто.
— Урод! — заорал один из парней и вместо того, чтобы спасаться, бросился на меня.
Я развернулся, уклонился от удара ножом и врезал битой снизу вверх, в подбородок. Челюсть вылетела с треском, зубы рассыпались белыми осколками, голова запрокинулась назад под неестественным углом. Противник завалился навзничь, захлебываясь кровью и обломками собственных зубов.
Нарик безмозглый!
Двое других парней в это время пытались зайти с флангов, но эффект «Цепная молния» их отбросил.
Я заметался между ними, как призрак. Удар по правому — бита с хрустом врезалась в ребра, грудная клетка проломилась, острые обломки костей пробили легкие изнутри. Парень закашлялся кровью и рухнул на колени. Удар по левому парню — попал в колено, коленная чашечка разлетелась вдребезги, он завыл и упал.
Я добил его ударом сверху прямо по затылку. Голова треснула, мозги брызнули на асфальт.
Одна из филиппинок, та, что с татуировкой, достала рацию и, говоря что-то, попыталась убежать. Я догнал ее за три шага, замахнулся и обрушил биту ей между лопаток. Позвоночник хрустнул, ее ноги подкосились, но в этот момент по металлу «Нагибатора» побежали голубые искры.
Электрический разряд ударил в девушку, ее тело задергалось в конвульсиях, а молния перескочила на ближайшую цель — вторую филиппинку. Та завизжала, когда разряд пронзил ее насквозь. Обе рухнули на землю, дымясь и подергиваясь. Обе были мертвы.
Последний торчок, видимо, не следил за обстановкой и побежал на Бергмана. В одной его руке был тесак, в другой — обычный нож. Тетыща навел на него автомат, но в стволе заклинило патрон. Черт!
Филлипинец, издав боевой клич, замахнулся тесаком, Бергман блокировал удар автоматом. Нарик занес нож…
Я не успевал помочь ему. Слишком далеко. Даже с «Ветром», который уже закончился.
Но успел Павел. Он бросился вперед, вскидывая руку. Лезвие вошло ему в плечо, он вскрикнул, но устоял. Бергман не растерялся — выхватил из разгрузки нож и всадил бандиту в шею сбоку. Ударил раз, второй, третий. Артерия. Впервые вижу фонтан крови, бьющий из артерии. Наркоман не сразу сообразил, что происходит, и схватился за горло, из которого хлестала кровь, попятился и рухнул на колени.
Я подскочил и добил его ударом биты по макушке. Голова ушла в плечи, шея сломалась с громким треском, мозги разлетелись…
— Все-таки мозги у них есть, — проговорил я.
Воцарилась тишина. Я слышал только хриплое дыхание и стоны умирающих — семеро трупов вокруг. Кровь пропитывала землю, воздух смердел железом и дерьмом.
Я выдохнул, и ноги подкосились. Оперся на «Нагибатор», чтобы не упасть. Бок и бедро пылали огнем. Кровь текла, пропитывая одежду. Моя «активность» снизилась до 76%, но «Живучесть» переборет ее падение, как только остановится кровотечение.
Анастасия прижала детей к себе, закрывая им глаза. Рома плакал, а Коля смотрел на трупы не мигая.
— Павел! — Анастасия кинулась к мужу.
Бергман уже перевязывал ему рану. Клинок прошел насквозь, но, к счастью, не задел артерию и связки. Здоровье Павла снизилось до 82%, но стабилизировалось. Выживет.
— Ничего страшного, — процедил Павел сквозь зубы. — Я в порядке.
— Идиот, — прошептала Анастасия, целуя его в лоб. — Дурак. Зачем ты это сделал?
— Потому что мог, — улыбнулся он бледными губами.
Бергман обернулся ко мне, увидел кровь на моей одежде.
— Ты ранен.
— Пустяк, — скривился я. — Навылет. Ничего не задело.
Он молча достал из аптечки бинты и начал перевязывать мне бок. Руки у него были твердые, уверенные. Я стиснул зубы, когда он затягивал повязку — боль обострилась, но это было необходимо.
— Можно задержаться, поохотиться на бездушных, — сказал он. — Поднимешь уровень…
— Нет. — Я мотнул головой. — Нужно спешить.
Коля вдруг поднялся и подошел ко мне. Посмотрел в глаза.
— Дядя Денис, — сказал он тихо. — Нужно уходить. Прямо сейчас.
— Почему?
— Оно идет. Чувствует кровь. Чувствует души.
У меня мурашки пробежали по спине.
— Что идет?
Но ответа я не получил. Потому что в этот момент земля содрогнулась. Где-то неподалеку треснул асфальт. Послышался грохот, как будто под землей рушилось здание.
  
— Все за мной! — крикнул я, превозмогая боль. — Быстро!
Мы бросились прочь от места бойни. Но не успели пробежать и двадцати метров, как впереди, прямо на нашем пути, с оглушительным взрывом вылетел канализационный люк. Металлическая крышка взмыла в воздух, перевернулась и с грохотом рухнула на крышу ближайшего дома.