Город титанов (СИ)

Тетыща тем временем отбежал к тоннелю и исчез.
— Наху-ум Панганиба-ан! — орал я, ковыряя ногу высотой с фонарный столб и ощущая себя муравьем, кусающим слона.
Не срабатывает, гадство! Наверное, слишком велика разница в уровнях… Черт, но ведь в описании было сказано, что должно сработать вне зависимости от…
Бум! Удар неимоверной силы, и я лечу лицом вниз, не выпуская «Нагибатор»…
  
Шмяк! Боль во всем теле, брызнувшие слезы…
Донесся мат Сергеича, закричала Вика.
Гребанный великан просто дернул ногой, и меня приложило к той самой боковой скале, которая закрывала обзор, когда я сюда шел.
Тряхнув головой, я восстановил поплывший фокус, всмотрелся… Мать твою! А вот и титан движется, закрывая собой целый мир — медленно, но неумолимо. Его туша то делится на три титана, то собирается воедино. Вот он поднимает ногу, чтобы раздавить меня… Грязная стопа с шевелящимися пальцами ближе, ближе…
Все, что я успел — встать на четвереньки. Пришла громкая и четкая мысль: «Какой бессмысленный конец!»
И вдруг будто бы само пространство восстало, ринулось навстречу стопе. Она натолкнулась на невидимую преграду, и титан пошатнулся, начал заваливаться, а рядом со мной образовался Тетыща со спасительным силовым полем.
Когда гигантская туша рухнула, сотрясая землю, от вибрации нас аж подкинуло вверх. Ненадолго поднялась пыль, лишая видимости.
— Все, «Экрана» больше нет, — констатировал Тетыща. — Но есть…
В следующее мгновение он, не договорив, вдруг подхватил «Нагибатор» и устремился к распластавшемуся на земле титану, копошащемуся в попытке подняться, как огромный жук.
Бум! Бам! Хрясь! Тетыща замолотил по титану «Нагибатором», а я поднялся и, пошатываясь, поплелся к нему.
И вдруг титан вздрогнул и отлетел к тоннелю, приложившись к скале со всей силы и спровоцировав камнепад. Видимо, отбрасывание все же сработало из-за меньшей разницы в уровнях между Бергманом и титаном!
Когда осела пыль, я увидел Бергмана, поднимающегося рядом со мной.
— Четверть здоровья у титана снесло, — сказал он, протягивая мне руку. — Крутую дубинку ты слепил, Денис. Но этого мало, нам его не одолеть.
Я с благодарностью принял протянутую руку и поднялся.
— Валим в тоннель.
Прищурившись, я вгляделся вдаль и увидел, что тоннель частично перекрыт ногой бездушного, которого, вопреки моим расчетам, не бросило на штыри билборда.
— Идти можешь?
— Постараюсь.
Шатаясь из стороны в сторону, я побежал за Бергманом, с трудом перелез через голень титана и рванул в спасительную черноту. Сознание вернулось, и проснулась паника — я сомневался, что удерживающая нас аура позволит уйти.
На скольких метрах от него меня начало тормозить? Сорок? Пятьдесят? На каком расстоянии мы будем в безопасности? Успеем ли его преодолеть, пока тварь в отключке?
Потому я собрал в кулак волю и последние силы и припустился вперед, к спасительному свету в конце тоннеля, который слепил, вышибал слезу. Бергман убежал далеко вперед, и вскоре я увидел его темный силуэт на выходе.
— Похоже, прорвались, — констатировал он и уперся руками в бедра, пытаясь отдышаться.
Первым делом я просмотрел свой профиль и понял, что «активности» у меня осталось пипец как мало, всего-то 58%, но прямо на глазах усиленная регенерация добавила процент. А еще я заметил, что Бергман дышит часто и тяжело, то и дело смахивая пот, катящийся градом.
— Прорвались, — сказал он и, озираясь, позвал: — Тори? Михаил?
— Можно выходить? — осторожно донесся голос Сергеича из леса.
— Мы вне опасности, — сказал Бергман и позвал: — Тори?
Из кустов, приплясывая, к нам вышел Сергеич, а затем дочь-сестра Бергмана, кутающаяся в разорванное розовое парео. Сергеич подошел ко мне, но брататься не стал, правильно оценивая мое состояние.
— Эк тебя потрепало! — Сергеич окинул меня оценивающим взглядом. — Вот уж не думал, что так скоро свидимся.
— Не дал я тебе на воле погулять, Никитка-хер-на-нитке? — усмехнулся я.
— Да что ты, я не жалуюсь! Я рад!
Я просто кивнул ему и обратился к Бергману:
— Как ты узнал, что мне надо дать в морду, чтобы привести меня в чувства? Это как-то отображается в профиле?
Тетыща кивнул, повертел головой, выискивая бездушных, но свита титана за нами не последовала.
— Да, отображалось в твоем профиле и было разъяснено, что и почему. Вроде как ты замаскировался под бездушного, и это позволило боссу привлечь тебя в свой конгломерат.
Общаясь с нами, он одновременно высматривал зомби. Причем бдел без тревоги, будто реагирующая на движение турель, готовая встретить противника огнем.
— Спасибо, — поблагодарил его я. — Зачем ты спас меня, когда логичнее было убежать?
— Потому что люди должны держаться вместе, так проще выжить, — безапелляционно заявил Тетыща и посмотрел на Вику Грей, что не решалась подойти и смотрела в землю. — Ты сильный боец, нет смысла воевать с тобой, правильнее попытаться заполучить тебя в союзники.
— Отличная логика, главное, понятная, — проворчал я и наконец огляделся.
Насколько я понял, тоннель прошивал скальную породу метров на сто. Но неужели это и все? Отчего же тогда столь низкие горы считались неприступными? Я посмотрел назад, на поросшую джунглями гору.
Вика Грей будто бы озвучила мои мысли.
— И это весь тоннель?
Я поймал себя на том, что когда мы сюда прибыли (как давно и в то же время совсем недавно это было!) нас с Кариной привезли на остров ночью, и я проспал момент, когда мы тут ехали. Если не спал бы, все равно мало что увидел бы. И, да, неприступные горы я представлял себе иначе.
Бергман объяснил, указывая на закругление дороги, теряющейся в лесу.
— Там дальше — ущелье, вдоль него вьется серпантин. А потом — еще один тоннель и серпантин, спускающийся вниз по склону. Всего гряда километров пять-семь в ширину.
— Так что тоннелей типа два, — сказал Сергеич. — Если тебя на тачке везут, а не ты сам рулишь, то тут охрененно красиво — просто отвал башки, особенно на том самом склоне.
Оказавшись в относительной безопасности, я наконец смог задать вопрос, который крутился в голове:
— Народ, а что вы тут вообще делали? Как встретились? На фига связались с титаном? Это же самоубийство чистой воды.
Тетыща посмотрел на Сергеича, и тот пожал плечами:
— Ну а что? Я бы один не выжил, а Константин не просто чистильщик, он сильный и защита у него ого-го! Потому нашел его с Викторией и прибился.
— А нам отказываться было не резон, — сказал Бергман. — Каждый человек усиливает группу в той или иной мере.
— Тем более наш, — издала смешок непонятно почему ежащаяся Вика Грей. — Дед-пердед смешной, матершинник. Частушки сочиняет. Не такой скучный, как Костик.
— Затейник тот еще, — согласился я и посмотрел на Бергмана. — В город решили пробиваться? Зачем? Тут же еще два отеля, не до конца разграбленных.
Тетыща на мгновение замешкался, как будто решая, стоит ли говорить правду.
— В городе есть аптеки, — наконец произнес он. — Настоящие, не гостиничные. Там должны быть… специальные препараты.
Я понял, о чем он говорит. Взглянул на Вику Грей, которая сидела, обняв колени, и мелко дрожала, хотя было довольно тепло.
— Ломка? — тихо спросил я.
Вика Грей зябко поежилась, а Тетыща кивнул.
— Но она же претендент? — удивился я. — Повышение…
— Повышение уровня лечит травмы и болезни, но не зависимости, — перебил Бергман. — Не понимаю почему, но факт остается фактом. Возможно, система не считает это угрозой для жизни. Алкоголизм, наркомания, тяга к никотину — это остается. Новый уровень максимум лишь снимает симптомы, но ненадолго. Вика держится из последних сил, но без дозы она скоро станет неуправляемой.
  
— А чего ж не сказал мне раньше? — возмутился Сергеич. — Хер бы я тогда с вами пошел! А то — жратва, оружие, чуть ли не танки.
— А ты спрашивал? — коротко ответил Бергман. — Да и я надеялся, что Тори продержится дольше.