Город титанов (СИ)
— Вечный, — крикнул я, — куда теперь?
— Подальше. Так просто они нас не отпустят.
— На открытом дворе нас раскатают грузовики и прошьют с вышек, — сказал Вечный, ежась.
— Я знаю, — вызвался Дак. — Уйдем под землей. Старая система стоков! За мной!
Мы свернули направо, где переулок перегораживал микроавтобус, потом — еще раз направо. Метнулись к люку под столбом с провисшими кабелями. Дак сдвинул люк, плюхнулся в черноту. Будто из трубы, донесся его искаженный эхом голос:
— Давайте сюда, тут полтора метра. Правда, придется пригибаться.
Я думал, что дерьмо пересохнет, потому что канализацией давно не пользуются, и в водопроводе нет воды. Хрена с два.
«Индеец» первым нырнул в зловонную тьму. За ним Сергеич, потом Вечный, затем Тетыща и Тори. Думал, начнет возникать, но нет, молчала, терпела. Я остался последним, мысленно скомандовав своим бездушным начать атаку.
Сразу же снаружи затрещали автоматы. Закричали люди. Что-то взорвалось — наверное, граната. Значит, мои зомбаки добрались до первой линии обороны.
Я прыгнул в люк и погрузился по пояс в зловонную жижу. В трубе было невысоко, и пришлось пригнуться. Сверху донесся визг тормозов.
Тоннель оказался по пояс заполнен жижей неопределимого цвета и консистенции. Вонь была такой, что глаза слезились. Но мы продвигались быстро — Дак знал дорогу.
— За мной! — крикнул Дак, и мы побежали, а зомби я велел следовать за нами по поверхности, чтобы не терять бойцов. — Воняет, как в аду.
— Норм, — усмехнулся я. — В дерьме, зато целы будем.
— Ага, — кивнул Сергеич. — Хоть по горло в говне, лишь бы живым остаться.
Тори начала блевать, и Бергман притормозил, помог ей, а потом взвалил на плечо и побежал за нами.
— Мать честная, — простонал Сергеич, рассекая грудью нечистоты. — Я думал, зомбаки воняют хуже некуда, но говно зэчье…
— Заткнись и наслаждайся свободой, — оборвал я его. — И хватит поминать матушку. Вон, бери пример с местных — взывают к Пресвятой деве Марии! А ты, Дак, веди.
— Скоро выход, — прошептал Дак. — Под жилым корпусом.
— Тихо, — шикнул я. — Тетыща, твоя очередь командовать. Идеи?
Бергман кивнул и спросил:
— Дак, где мы выйдем?
— В прачечной. Первый этаж, восточное крыло. Оттуда до выхода метров пятьдесят. Там отдельная территория, но тоже как бы относится к тюрьме.
— Чего ждать?
— Не знаю. Обычно там только прачки работали, но сейчас… — Дак пожал плечами.
Мы добрались до решетки. За ней виднелось помещение, освещенное тусклой лампочкой. Просветка показала две тепловые сигнатуры — обычные люди, не чистильщики.
— Двое, — шепнул я. — Уровни низкие.
Дак выбил дверь ногой. Мы выбрались в прачечную. Двое бандитов — молодые парни — обернулись, схватились за автоматы, но Вечный уже летел на них, как ястреб.
Удар приклада в висок — первый упал. Второй пытался выстрелить, но Дак подсек его. Парень рухнул, автомат отлетел в сторону.
— Живых оставляем? — спросил Вечный.
— Нет времени, — отрезал Тетыща и свернул обоим шеи. Быстро, со знанием дела, даже не поморщился. Робот.
Снаружи гремела битва. Мои бездушные держались, но я чувствовал — их становится меньше. Надо ускоряться!
Мы выбежали в коридор. Тетыща и Вечный впереди, за ним Дак, я и Сергеич прикрываем тыл. По лестнице кто-то спускался — доносились топот ног, крики.
— Назад! — рявкнул Тетыща. — Через окно!
Вечный раскурочил раму прикладом, вдвоем мы без труда вырвали решетку. Оборачиваясь и оглядываясь, выпрыгнули на улицу, прилегавшую к тюрьме. Там, у стен и на стенах полыхал настоящий ад — мои уркаганы рубились с бандитами, рвали людей в клочья.
— Валим в другую сторону! — скомандовал Тетыща. — Бегом!
Мы рванули вдоль тюремной стены. Пули свистели над головами, одна оцарапала мне плечо.
И тут из-под земли вылезло ОНО.
Трехметровая туша, покрытая костными наростами. Четыре руки с когтями длиной в полметра. Морда — гибрид крокодила и паука. То ли ползун, то ли нюхач… А нет.
Крушитель 39-го уровня
Эволюционирующая активная опустевшая оболочка: 100%.
Еще один, только четырехрукий. Похоже, вид редкий, но крайне опасный. Мои эманации босса на него не подействовали. А жаль.
— Вот это да! — присвистнул Вечный. — Это ж бывший заместитель смотрителя тюряги!
— Как ты его узнал? — на бегу спросил я.
— Еще бы не узнал! Это же урод Севильо Гонсалес, сукин сын редкостный! Заключенных калечил для удовольствия! Стал зомбаком сразу, но Исабела не убила его. Вырастила из него эту тварь! Демон!
Крушитель заревел и двинулся к нам. Мой самый крупный амбал — Мясник Третий — попытался его остановить, но демон провел когтями по его торсу. Амбал рухнул, разваливаясь на части.
— Бля… — побледнел Сергеич.
— Черт, реально демон, — выдохнул я. — За секунду моего лучшего бойца разделал.
Но отступать некуда. Позади нас — бандиты. Увидев крушителя, они попятились. Впереди этот демон. По бокам пулеметы. Я постучал по ладони «Нагибатором», но тут заметил, что «индеец» достал из-за пояса два длинных ножа и хищно облизнулся. Драться собрался?
— Дак! — крикнул я. — А ну-ка, покажи, на что способен!
— С удовольствием! — рявкнул он. — Севильо, сука! Помнишь, как ты мне руку переломал?
О, да тут личные счеты!
Дак рванул к демону. Увернулся от когтей, подрезал сухожилия на задней лапе. Демон заревел, повернулся, но Дак уже с другой стороны полосовал крушителю брюхо. Лихо, но надолго его не хватит. Главное убедил меня в том, что он смелый и отчаянный боец!
— Тетыща! — рявкнул я. — Сергеич, Вечный — помогаем Даку!
Мы атаковали крушителя всей группой, кроме Тори. Тетыща метнул гарпун — тот пробил твари грудь, взорвался внутри. Крушитель зашатался, взревел, расплескивая ошметки слизи и слюней. Но не упал!
Зато дал нам шанс. Я заработал «Нагибатором», лезвие меча Вечного вошло в шею по рукоять. Крушитель дернулся, хотел меня схватить, но Вечный и Дак одновременно полоснули ему по глазам.
Бездушный рухнул. Тварь была такой мощной, что земля задрожала от удара.
Уники разошлись между всеми, Сергеич и Вечный взяли по уровню и замерли, испытывая пароксизмы удовольствия.
Мы с Тетыщей переглянулись, понимающе кивнули друг другу. Да, радоваться рано. Стрельба стихла — похоже, все мои уркаганы мертвы, а бандиты, увидев, что крушитель пал, окружали нас плотным кольцом.
— Сдаемся? — спросил Сергеич.
— Ни хрена, — ответил я. — У меня есть еще один козырь.
Я закрыл глаза, прошелся взглядом по ближайшим зданиям, кварталам, просветил, увидел и выдал отчетливый приказ всем бездушным, попавшим в зону моих эманаций. Амбалы, нюхачи, шаркуны, тошноплюи, ползуны, грибники, щелкуны, крушители и мясники — прорваться ко мне, уничтожая всех одушевленных людей!
— Что ты сделал? — спросил Тетыща.
— Вызвал подкрепление.
— Другие зомби? — нахмурился Вечный. — Здесь же много мирных!
— Предлагаешь сдаться? — удивился я. — Ради тех, кто бросал в тебя куски засохшего дерьма, пока ты развлекал их на арене?
Вечный промолчал, но я видел — ему это не нравится. Что ж, зато у нас есть шанс выжить.
Мы прятались за тушей Крушителя. Бандиты подходили ближе. Да сколько их? У меня было ощущение, что Вечный ошибался в своей оценке, и «Псов» полтысячи было, не меньше.
Эти осторожничали, не зная, чего от нас ожидать. Их было человек сорок — патронов на всех нам не хватит. И непонятно, где Исабела и Мигель.
И тут донесся далекий рев. Потом еще. И еще. Шорох. Топот. Шуршание. Завывание и крики. Звуки приближались.
— Что это? — нервно вскрикнул один из бандитов. — Почему не работаю пугачи?
— Родриго ушел, — ответил другой.
— Это смерть идет за вами, — усмехнулся я. — Сдавайтесь, урки!
Стрельба началась через пять минут. Сначала на окраине тюремного комплекса, потом все ближе.