Время жить - 3. Осколки мира. Часть 3 (СИ)

– Вы уже никого не известите, – спокойно сказал Маклент. – Ваши курьеры перехвачены.
– Вы превышаете свои полномочия! – вспыхнул Куннер. – Принц Майрон – ближайший...
– Уйратоский клоун никогда не станет императором Барганда! – отчеканил Маклент, оборвав возмущенную речь министра. – Надеюсь, все помнят, за что и при каких обстоятельствах он был исключен из цепочки наследников?! К тому же, принц вследствие преклонного возраста и, скажем так, противоестественных наклонностей не сможет выполнить главный долг перед страной – продолжить династию! Я преобразую наше правительство в регентский совет и возлагаю на себя звание его главы. Согласно древним уложениям, у нас будет год и один день, чтобы возложить корону на голову достойного монарха. Я говорю – достойного, а не никчемной марионетки, как хотелось бы кому-то из здесь присутствующих!
– Вы узурпируете власть! – взвизгнул Куннер. – Кто назначал вас регентом? Вы что, думаете, что с появлением пришельцев все законы потеряли силу?!..
Куннеру снова не удалось договорить. Маклент слегка кивнул, снова встретившись взглядами с начальником охраны, и солдаты, смирно стоявшие у занавешенных кровавой материей стен, вдруг сорвались с места. В мгновение ока они скрутили и вытащили из мягких кресел Куннера, министра внутренних дел Руфа и еще троих.
– Я обвиняю вас в заговоре и государственной измене, – с оттенком брезгливости сказал Маклент, глядя в упор на оставшихся за овальным столом членов правительства. – Желающие могут ознакомиться с протоколами допросов уже задержанных заговорщиков. Увести!
Резкое рубящее движение правой рукой. Короткий кивок начальника охраны в ответ.
И нечего жалеть этих горе-заговорщиков, поспешивших возводить на трон нового императора при живом премьер-министре.
  Завершающая выкладка - в субботу. Дальше книга будет на неделю оставлена в свободном режиме для дочитывания  
  Глава 11. Начала (часть 3)  
– Ошибка, допущенная в Тогроде, не будет повторена, – продолжил, как ни в чем не бывало, премьер. – Министры экономики, вооружений и строительства переехали на военную базу Таггерт. Если что-то случится с нами, они создадут новое правительство. Вопросы есть?! Нет! Продолжим!
Маклент на несколько секунд остановился, чтобы перевести дух и снова загнать куда-то вглубь подкатывающую волну горечи и отчаяния.
– Смерть императорской семьи – это лишь песчинка по сравнению с чудовищной трагедией, постигшей наш народ! – голос окончательно сел, превратившись в хриплое карканье. – Тогрод и Октав! От трех до четырех миллионов человек, сгоревших в один миг в демонском пламени! И до двух с половиной миллионов раненых, контуженных, обгоревших, ослепших, отравленных ядовитой эманацией взрывов – ученые называют ее радиацией. Их негде, некому и нечем лечить! Поэтому я отдаю приказ на эвтаназию всех безнадежных – тех, кого уже нельзя будет вернуть к нормальной жизни! Министрам здравоохранения и обороны составить план действий и мобилизовать необходимые ресурсы. По возможности, использовать быстродействующие яды. Рассчитывать на применение до миллиона доз. Срок – пять часов! Операцию провести в течение трех суток! Затем провести зачистку территории с помощью горючих смесей!
– Вы чудовище! – с места поднялся бледный как смерть министр здравоохранения, еще недавно – практикующий врач. – Вы приказываете хладнокровно убить миллион человек – наших сограждан!? Включая женщин и детей?! Я отказываюсь выполнять этот приказ!!!
– А вы видели, что там сейчас происходит?! – взгляд премьер-министра невыносимо полыхнул яростью и болью. – Я только что оттуда! Даже если мы выгребем до конца все наши резервы и оперативно доставим их к местам катастроф, мы не сможем даже помочь всем! Мы обязаны спасать тех, кого можно спасти!
– Я не могу...
В руке министра здравоохранения вдруг возник маленький пистолетик, метнувшийся к виску. Его успел выбить сосед – министр финансов. Плачущего врача вывели из зала под руки солдаты из охраны.
 
– Я видел, как двое врачей ушли из жизни вслед за своими пациентами, которым они оказались не в силах помочь, – сорванным голосом сказал Маклент, но его голос, казалось, заполнил весь объятый тишиной зал. – Я считаю это трусостью! Есть вещи пострашнее смерти, но наша задача – жить! Жить и выполнять свой долг! Наш коллега нуждается в отдыхе. Временно назначаю на должность министра здравоохранения... – длинная пауза. Премьер-министр поочередно смотрит на каждого из оставшихся. Несколько человек съеживаются и отводят взгляд. Слабаки или ненадежные – заменить – ...себя! Вопросы есть?! Действуем!
Через несколько часов, когда наверху уже наступила ночь, премьер-министр Маклент, справившись с наиболее неотложными делами, нашел время встретиться в одном из небольших помещений бункера с высоким тонколицым седовласым человеком, примерно, своего возраста.
– Добрый вечер, Даррен, – Маклент пытался быть вежливым несмотря на чувство полнейшей опустошенности. – Я рад, что вы живы.
– Что там? – Даррен поднял на собеседника уставший взгляд. – Страшно?
– Ужасно. Во время войны я несколько раз навещал своих танкистов в ожоговом госпитале. Но это в сто, в тысячу раз хуже! Катастрофически не хватает ни медикаментов, ни врачей... Давайте лучше о деле, Даррен. Если я снова начну это вспоминать, я сойду с ума.
– Хорошо. Итак, для чего вы меня вызвали? Ранее вы не проявляли такого желания меня видеть. По крайней мере, без сопровождения парочки громил из контрразведки.
– Мы с вами не всегда ладили, – нехотя согласился премьер-министр. – Но я считаю, что в это время, когда все баргандцы...
– Челнер! – Даррен Даксель, многоопытный дипломат, бывший посол в Картагонаре и доверенное лицо двух низвергнутых императоров, мягко перебил Маклента. – Твое время дорого. Мы знакомы уже не один десяток лет. Скажи прямо – для чего я тебе сейчас нужен?
– Мне нужна твоя поддержка, – прямо сказал Маклент. – Твоя лично и всей старой гвардии.
– Не уверен, что ты правильно выбрал собеседника, – мягко заметил Даррен Даксель. – Тебе надо бы поговорить на эту тему с лордом Кавалом. Или молодым лордом Федином. Думаю, они бы отнеслись к этому предложению с несколько большим интересом.
– А не с кем больше разговаривать, – просто сказал Маклент. – Лорд Федин, как и вся верхушка Партии возрождения, находился в момент катастрофы в императорской резиденции в Тогроде. Это точно. А лорд Кавал покончил с собой десять часов назад. Не нашел в себе силы пережить своего императора.
В лице Даррена Дакселя что-то дрогнуло. Боль на секунду пробила броню дипломатического этикета.
– Вы назвали свою хунту регентским советом, – наконец сказал он. – Однако регентство подразумевает и кандидатуру монарха. Кто же он?
– Вот в этом и есть все противоречие вашего монархизма, – невесело усмехнулся Маклент. – Вы все горячо отстаиваете свои принципы, но теряетесь, когда они вступают в соприкосновение с реальной личностью. Нет, принц Майрон не будет императором. Только через мой... Э-э-э... Вообще не будет.
– Допустим, – осторожно заметил Даррен Даксель. – Тогда каков же ваш вариант?
– Некоторое время назад я говорил на эту тему с Таркином, – начал Маклент.
– Он жив?! Отрадно слышать! И он снова продолжает свою деятельность?
– А он и не прекращал, – улыбнулся, словно оскалился Маклент. – Причем, оставаясь в Барганде. Так вот, у Таркина есть внучка...
– Причем тут его внучка?!
– О! Все дело как раз в том, что это не его внучка, а старого императора. Она дочь Тили!
– Как так?! Она же умерла!
– Умерла дочка кухарки, а Таркин выдал ее за свою внучку, будто бы она была незаконной дочерью его сына.
– Весьма смелое заявление.
– Даррен, Таркин всю жизнь занимался информацией, а не дезинформацией! Девочку регулярно фотографировали с двухлетнего возраста, есть непрерывный ряд фотографий, показывающий, как она росла. Кроме того, у Таркина есть копии различных документов – свидетельства о рождении, отпечатков пальцев, взятых в младенчестве, медицинских карточек. Оригиналы есть в архивах. Они уцелели. Можно представить совершенно неопровержимые доказательства. И они будут истиной.