Некронавт

«Возвращайся на точку сбора».
– Но…
«Адриана!» – чуть повысил голос Кристен.
– Ладно. Хорошо, – буркнула я, чувствуя себя лишней в этой компании всегда готовых к драке ядожалов и скрытных небовзоров.
Будто это я виновата, что они такие крутые и опытные, а я говорю «Ой!» в самые неподходящие моменты.
Сердито сунув переговорник в карман комбинезона, я решила не спускаться вниз и прямо так побежала обратно.
  
Ящики в доках располагались в известном только местным рабочим порядке, гораздо более близком к хаосу, чем к хоть какой-то организации. Вероятность заблудиться в этом лабиринте причудливых линий была так велика, что я решила не рисковать. А как только оказалась в более-менее знакомом месте, то спрыгнула на промерзшие доски пола.
И по счастливой случайности это произошло аккурат напротив той самой огромной цистерны с жуткой намалеванной мордой и надписью «Опасно для жизни».
Я прошлась туда-сюда. Присмотрелась к наскальной живописи неизвестного вандала повнимательнее. Прозрела:
– Бестия!
Нет, а кто еще способен на подобный выкрутас? Северяне? Беженцы с материка? Батюшка Эрика решил вспомнить младые годы и впал в художественный транс? Сестричка Кристена тестировала новую помаду для хладнокровных убийств?
Бестия. Это точно она.
И что самое обидное: я ведь самолично покормила и заперла эту неугомонную юлу в собственной комнате перед уходом! Как и когда она успела сбежать и оказаться в доках?
Вздохнула, постояла с растерянным видом и неожиданно унюхала отчетливый запах… водорослей. Тех самых водорослей, которые успели по достоинству оценить прилетевшие с архипелага Берег Костей завры.
– Мясник, и ты туда же! – взвыла я, ощутив внезапный порыв подойти и постучаться головой о вскрытую цистерну.
Будто мне мало было одной шилопопой драконицы без намека на зачатки совести, так теперь на темную сторону проказ и шалостей оказался втянут и взрослый опытный звездокрыл.
Да я даже представить боюсь, что этот заскучавший дуэт может вытворить на пару!
Затравленно глянув в сторону доков, куда ушли ребята, и мысленно понадеявшись, что Ронда не заметит мой маневр, я развернулась и побежала в противоположную планам Кристена сторону.
* * *
С того дня как матриарх призвала Огнерык и Дурмана и те покинули остров, прошло чуть больше половины недели. Очень насыщенной и суматошной недели, если быть точной.
Все это время погода баловала гостей из академии, двух звездокрылов, беженцев с материка и местных жителей плюсовой температурой, но сегодня спохватилась. Решила «хорошего по чуть-чуть, а то эти неженки еще привыкнут» – и под вечер ударил мороз.
Столь резкий перепад практически никак не сказался на жителях Ио.
Кристен и Эрик, с детства привычные и не к таким подставам природы, беспечно бегали без курток, в тонких свитерах на голую грудь и широких спортивных штанишках. Будь их воля, вообще обошлись бы шортами с майкой. Собственно, они именно так и планировали бежать в доки, но я пожаловалось, что мне холодно даже смотреть в их сторону, и парни немного приоделись, дабы не триггерить южную психику девушки с Фаоры.
Власта оказалась не менее холодоустойчивой (или упрямой, тут сложно сказать), зато Ронда показала себя самой практичной в компании. За десять отведенных на сборы минут она надела и термобелье, и теплую флиску, и утепленную балаклаву, скрывающую лицо не только от чужих взглядов, но и от щиплющего за щеки морозца, и штаны с теплой подкладкой… И даже перчатками озаботилась перед выходом!
Я же едва успела нацепить черный полетный костюм факультета звездокрылов, убрать волосы под шапочку и понадеяться, что климат-контроль спасет продрогшую адептку Адриану Нэш от взбрыков северной погоды.
Короче, опять наивно понадеялась на авось и столкнулась с суровой действительностью.
Действительностью, в которой датчики климат-контроля, встроенного в подкладку костюма, упорно не желали срабатывать. То ли сломались, то ли не считали отметку на термометре достаточно низкой для включения. Я попыталась на бегу влезть в систему с помощью силы технопата и запустить обогрев вручную, но перепутала что-то в программном коде, и вместо долгожданного тепла от костюма начало как-то подозрительно попахивать паленым. Больше рисковать я не отважилась.
До шатра, где на правах самого крупного и прожорливого обитал Мясник, я добралась не в самом лучшем виде. В боку беспощадно кололо. В носу как-то подозрительно хлюпало. Легкие (вот кому точно было тепло) горели от нехватки кислорода, а пальцы задубели настолько, что гнулись с трудом.
Вот почему я дернула тяжелый брезент на входе, шумно ввалилась внутрь шатра и вместо грозного «Мясник и Бестия! Ничего не желаете мне сказать?» выпалила:
– Брр! Ну и погодка.
На контрасте с улицей лицо обожгло теплом. В нос ударил специфический запах огромного живого существа, а глаза на миг ослепли, пытаясь привыкнуть к полумраку, с которым безуспешно боролась одинокая лампа где-то высоко-высоко над головой.
Проморгавшись, я сделала несколько торопливых шагов, обошла пирамидку ящиков с ужином для Мясника и…
– Какого?! – Фраза осталась без окончания, ибо придумать приличную концовку ЭТОМУ я не смогла.
Мясник, гад такой, повернул свою большую и столь же наглую морду и недоуменно округлил глаза. Еще и фыркнул на меня неодобрительно. Дескать, Адриана, тебя мама не учила, что врываться с гневными воплями в шатер к взрослым заврам неприлично?
Бестия шустро спрятала за спину моток веревки и по привычке втянула голову в плечи, лихорадочно соображая, как быть: сразу состроить полную раскаяния моську или сперва сделать вид «это не я».
– Пиу! – на всякий случай использовала она свою обезоруживающую заготовку и посмотрела на меня большими удивленными глазами человека – тьфу ты! – обнаглевшего драконенка, который искренне не понимает, почему на него так громко вопят эти жестокосердные двуногие.
Подвешенный на крюке пленник предпочел отмолчаться.
К тому же крайне затруднительно толкать возвышенные речи с кляпом во рту. Зато смотреть… Смотреть пленнику никто не запрещал. И вы бы видели, что это был за взгляд.
Аж до дрожи пробрало!
– Бестия, Мясник. Вы… – строгим тоном начала я. Набрала в легкие побольше воздуха, чтобы обрушить на звездокрылов гневную оду, но почувствовала свою полную некомпетентность в вопросах воспитания и с любопытством выпалила: – Как вы это провернули?
Бестия фыркнула и махнула передней лапкой, мол, я тебя умоляю, Адриана. Делов-то. Там и проворачивать ничего особенного не пришлось. А после села на заметно прибавившую в весе и размерах попу и взялась за пантомиму.
Из яркой жестикуляции с веселыми «Пиу!» и громогласным «Р-р-р!» (да-да, Мясник тоже не смог удержаться от комментариев) я поняла следующее: поздно вечером два жутко голодных завра (угу, конечно, так мы им и поверили) под прикрытием темноты выбрались из шатра и прокрались в доки.
С помощью когтей и зубов первого вскрыли люк цистерны, где хранились водоросли, и с помощью коварства второй замаскировали следы своего преступления. После чего Мясник с Бестией быстренько набили животы деликатесом и уже планировали незаметно вернуться обратно, как вдруг наткнулись в доках на того, кому там быть не полагалось.
Ночной путник встрече не обрадовался. Звездокрылы, напротив, с радостью раскинули и крылья, и лапы для приветственных объятий. Человек попытался дать деру, но завры оказались проворнее. Да еще и с веревкой!
Мясник любезно согласился отконвоировать добычу в пасти до самого шатра, и уже здесь Бестия попрактиковала на связанном искусство макраме.
  
– Ну вы даете, – только и сказала я, не зная, то ли радоваться, что у меня ТАКИЕ подопечные, то ли в голос рыдать.
Завры переглянулись. Пленник еще больше взгрустнул. Я же вытащила из кармана переговорник и связалась с ребятами:
– Народ, тут такое дело… В общем, на сегодня отбой. Мясник с Бестией его уже поймали.