Случайность (СИ)
На мгновение Татьяне показалось, что внутри у неё всё оборвалось. Разве вчера вечером они не обсудили всё, что было можно? Не решили, что лучше им и вовсе больше не встречаться, раз уж своею нерешительностью она ставит их обоих в неловкое положение?
Взамен этим мыслям почти сразу же пришли и другие. Антон предположил, что всё это время девушка водила его за нос исключительно ради того, чтобы позлить бывшего возлюбленного. А может и не бывшего. Татьяна это предположение решительно отвергла, но какие-то несколько часов полностью изменили ситуацию. Теперь они с Мишей вместе, и это всё придётся как-то рассказать Антону, смотря ему в глаза и краснея. Получается, он оказался прав…
Так и не ответив на звонок, Таня всё продолжала гипнотизировать телефон. Погаснув, экран вспыхнул снова — Игнатьев решил во что бы то ни стало дозвониться.
— Вы только посмотрите, какой настырный! — хмыкнула Зинаида Петровна, которая везде успела: и в окошко подсмотреть, и на экран мобильного. — Ну и чего с ним теперь делать?
— Я… — начала было Татьяна.
— Подождите меня в доме, я недолго.
Михаил поднялся из-за стола, одним махом допивая свой кофе. А после, поцеловав растерявшуюся возлюбленную в макушку, направился к выходу из дома.
Опешившая, Таня поднялась было за ним, но тут её уже перехватила экономка.
— А ты куда собралась, детонька? — хмыкнула она, смотря в глаза своей работодательнице. — Там чисто мужской разговор, не для твоих глазонек и ушек.
— Но это… — растерялась девушка. — Разве это правильно? Я заварила всю кашу, мне её и расхлёбывать. Миша не должен…
— Очень даже должен, — отрезала Зинаида Петровна. — Дай мужику почувствовать себя мужиком и отстоять своё семейство. Ты и так ему больше года это не позволяла.
Девушка закусила губу и выглянула в окошко. Она видела, как Антон вышел из машины и встал напротив Михаила, зажимая мобильный в руке. Лица своего любимого она разглядеть не могла — тот стоял к дому спиной. Но то, каким сердитым выглядел Игнатьев, увидеть не составляло труда.
— Так что, дала старикашке от ворот поворот?
— Зинаида Петровна!
Татьяна обернулась к стоявшей позади её плеча женщине, смотря на неё весьма сердито. Ну да, поклонник был сильно старше, но сорок семь — не самый дряхлый возраст. И явно не экономке, которой самой скоро исполнится семьдесят, его так называть.
— Я уже знаешь сколько лет «Зинаида Петровна»? — наставительно фыркнула женщина. — Так что у вас вчера было? Не впечатлил тебя в постели, и ты сбежала при первой же возможности, эту ноченьку проведя с более горячим мужиком?
Таня собиралась было возмутиться, но спорить с этой дамочкой — себе дороже. И потому, еле заметно вздохнув, отвернулась от окна и решилась говорить откровенно.
— До постели дело не дошло. Я… — Таня опустила взгляд. — Испугалась. Разумеется, Антон не был в восторге, и мы вроде как решили больше не видеться. Не думала, что он захочет приехать сюда, да ещё и с самого утра.
— Десять часов — не так и рано, — пожала женщина плечами. — Эх, надо было мне с Мишкой на деньги спорить! Я ведь сразу ему и сказала, что ничего у вас с этим хмырём ещё не состыковалось. Болтик не нашёл свою гаечку, и…
— Ну хватит уже этих ваших странных ассоциаций! И он не хмырь, а нормальный мужчина. Просто…
— Просто не твой, — чуть улыбнулась ей экономка, подхватывая на руки уже заскучавшего в креслице Сашеньку. — А твой сейчас как раз и расставляет все точки над каждой буквой алфавита.
Видимо, уже и закончил, потому что в этот момент Михаил вернулся в дом, а с улицы послышался рёв отъезжавшего автомобиля.
— Ну давай, рассказывай нам всё в подробностях, — тут же потребовала Зинаида Петровна, передавая Сашеньку на руки отцу. — Ты же не хочешь, чтобы из-за любопытства старая и больная женщина замучилась бессонницей?
— Там нечего рассказывать, — пожал плечами Михаил, и Таня тут же поняла — очень даже есть. Просто полную версию им никто и никогда не выложит. — Антон решил, что им с Татьяной стоит дать своим отношениям второй шанс, а я сообщил, что шанс у него априори был только один. Упустил — его проблемы. И давайте закроем эту тему. Ещё блинчики есть?
Женщины переглянулись, но продолжать расспросы не стали. Экономка направилась к плите, вытаскивать из-под крышки парочку тоненьких почти ажурных блинов, а Татьяна принялась варить новую порцию кофе. Некоторое время на кухне царила тишина, нарушаемая болтовнёй маленького Саши, которому всё же достался кусочек блинчика, да стук ложечек о стенки кружек. Но вот с едой и напитками было покончено, и Зинаида Петровна берёт мальчика за ручку.
— Ну всё, родители, на вас уборка кухни, — с важным видом заявляет она, вытирая щёчки Саши от остатков варенья. — А у нас с этим парнем по плану час прогулки на свежем воздухе. И мы даже не подумаем заходить домой раньше этого времени!
Татьяна и Михаил переглянулись и тут же отвели взгляд. Час наедине — это много, или всё же мало?
— 16—
9 июля 202у года. Позже
— Я помою посуду, — Максимов поднялся из-за стола, подхватывая свои тарелку и кружку.
На долю Тани оставалось только убрать баночки с вареньем и сгущённым молоком, и с этим делом она справилась достаточно быстро. Расставила на столе салфетки, поправила шторки, заодно рассматривая, как в дальней части двора, рядом с клумбой, маленький Саша с интересом собирает пирамидку из пластиковых кубиков, а Зинаида Петровна сидит рядом, взяв в руки очередное вязание.
Сколько бы ни пыталась девушка найти себе занятие, взгляд то и дело возвращался к Мише. Вид крепко сложенного мужчины, который моет на твоей кухне посуду, приводил её в смятение, но вместе с этим заставлял мысли двигаться во вполне определённом направлении. Таня всё продолжала разглядывать спину мужчины и его руки, сильные и мягкие, и вспоминалось, как он прижимал ими к себе их сына. А ещё, как своими пальцами касался её.
Бабочки в животе опять запорхали, собираясь в тугой и весьма горячий комок. Она сама хотела взять паузу в их отношениях. Начать всё заново, но в этот раз действовать неспеша, постепенно переходя от нежности к страсти. Вот только тело требовало совершенно другого, и если прошлым вечером с Антоном ей хотелось просто замереть и дождаться, когда всё наконец закончится, то сейчас не собиралась упускать ни одной минуты.
Закусив губу буквально на мгновение, она отложила полотенце, что до этого терзала в руках, и сделала шаг к своему любимому, обнимая и утыкаясь лицом в его спину.
— Таня? — он замирает, так и держа в руках последнюю тарелку.
— Просто постоим так, хорошо? — шепчет она, не в силах совладать с эмоциями. — Мне это нужно.
— Что тебе нужно ещё? — тарелка всё же опускается на сушилку, но сам мужчина разворачиваться не торопится.
— Стоять вот так, вдыхая твой запах. Чувствовать себя защищённой. Знать, что есть в моей жизни человек, который готов взять на себя заботу обо мне, и о моём ребёнке.
— Нашем ребёнке, милая, — поправляет Михаил, и Таня чувствует улыбку в его голосе. — Я могу развернуться и обнять тебя?
— Не… не уверена, — чуть сбившись, отвечает девушка.
— Почему?
Почему? Потому, что всё так же не хочет упускать ни минуты рядом с Мишей. Но так и не решила, готовы ли они оба к такому.
— Потому что чувствую себя девчонкой с гормональными качелями, которая никак не может определиться в своих желаниях, — выдохнула она, ещё крепче прижимаясь к широкой спине. — Извини.
— Где-то я читал, — протянул Максимов, — что для женщин это нормальное и практически естественное состояние. Особенно для беременных и недавно родивших. Давай всё же посмотрим, что там с твоими желаниями?
Он развернулся, тут же ловя девушку в свои объятия, и в очередной раз Таня поняла, что пропала. Рядом с этим мужчиной у неё никогда не получалось держать себя в руках, если только он сам ей не подыгрывал. Но стоило оказаться как сейчас, наедине и в полной безопасности, как начисто срывались все предохранители.