Космический инженер (СИ)

— А что с официальными поставками? — поинтересовался Алекс.
— Бюрократия, — горько ответил селонианец. — Нужны разрешения, лицензии, проверки. Пока все оформят, люди умрут. А капитан Тольчо привозит то, что нужно, когда нужно.
— И дешевле, — добавил Джек. — Без налогов и посреднических наценок.
Обратный путь они проделали с грузом "антиквариата" — так Джек называл древние предметы искусства, которые покупал у частных коллекционеров и археологов. Официально это было легально, но Алекс подозревал, что не все предметы имели правильное происхождение.
  
— Джек, — спросил он, изучая один из артефактов — металлическую пластину с непонятными символами, — а откуда вы знаете, что это действительно древние вещи?
— Опыт, — ответил Джек. — Плюс у меня есть контакты среди археологов. Они подсказывают, что стоящее, а что подделка. В этом деле репутация — все. Один раз продашь фальшивку — и клиенты от тебя отвернутся.
— А покупатели кто?
— Разные. Коллекционеры, музеи, исследовательские институты. Есть спрос — есть предложение. Многие ученые готовы платить хорошие деньги за возможность изучить подлинные артефакты, а не копии в музейных витринах.
Алекс внимательно изучал артефакты. Некоторые из них явно были подлинными — он узнавал стилистические особенности, которые изучал в архивах КТИ. Особенно его заинтересовала небольшая кристаллическая пластина с символами, похожими на письменность Ракката.
— А этот кристалл откуда?
— С Данторина, — ответил Джек. — Археологи нашли в старых руинах, но у них нет разрешения на вывоз. А у меня есть покупатель на Корусанте — частный коллекционер, который не задает лишних вопросов.
— Можно посмотреть поближе?
— Конечно. Только осторожно — штука хрупкая и дорогая.
Алекс взял кристалл в руки и сразу почувствовал знакомую слабую вибрацию. Устройство реагировало на прикосновение. Это его беспокоило, но его чувства говорили, что всё нормально. Воспоминания о Маре болезненно кольнули в груди, но он подавил их. Он осторожно провел пальцем по поверхности, и символы слабо засветились.
— Интересно, — пробормотал Джек. — Раньше такого не было.
— Возможно, нужен контакт с живой тканью для активации, — предположил Алекс, стараясь скрыть волнение. — Биометрическая защита древних цивилизаций.
— Ты много знаешь об этих древностях для студента, — заметил Джек.
— Интересуюсь историей технологий, — ответил Алекс. — Это связано с моей специализацией. Современные технологии часто основаны на древних принципах, просто мы не всегда это понимаем.
Джек кивнул, но Алекс заметил, что тот стал внимательнее к нему присматриваться. Это было неудивительно — способность активировать древние артефакты встречалась нечасто.
Во время третьего рейса произошел инцидент, который показал, что работа с контрабандистами связана не только с моральными дилеммами, но и с вполне реальными опасностями.
Они везли груз запчастей для кораблей в систему Дуро, когда на выходе из гиперпространства их перехватил патруль Республиканского флота.
— "Удачливый торговец", остановитесь для досмотра, — потребовал командир патрульного корабля.
— Проблемы, — мрачно сказал Джек. — У нас нет разрешений на половину груза.
— А что будет, если нас поймают?
— В лучшем случае — конфискация груза и штраф. В худшем — тюрьма за контрабанду в военное время. А военное время, как ты знаешь, предполагает ускоренное судопроизводство.
Алекс быстро обдумал ситуацию. Патрульный корабль был быстрее их судна, убежать не получится. Драться тоже глупо — у них не было вооружения. Оставался только блеф.
— Джек, а у вас есть документы на медицинское оборудование?
— Есть. А что?
— Переупакуйте часть запчастей как медицинское оборудование. Скажете, что везете гуманитарную помощь для госпиталей Дуро.
— А если проверят?
— Большинство запчастей действительно можно использовать в медицинском оборудовании. Генераторы, процессоры, энергетические модули — все это есть и в кораблях, и в больничной технике. Главное — правильно подать информацию.
Джек оценивающе посмотрел на Алекса.
— А если проверят?
—Действуй! Предлагаешь - делай!
Алекс быстро наклеил медицинскую маркировку на подозрительные контейнеры, пока республиканский корабль приближался для стыковки. Когда на борт поднялась инспекционная команда, их встретил "гуманитарный груз" с соответствующими документами.
— Медицинское оборудование для госпиталей Дуро, — объяснил Джек офицеру. — Война создала большую нехватку. Мы работаем с благотворительной организацией "Врачи без границ".
Джек приветливо пожал руку входящему. Алекс заметил, что в руке у него был чип.
Инспектор — молодой лейтенант с усталым лицом — проверил документы и несколько контейнеров. Он "не заметил", что "медицинские" генераторы подозрительно похожи на корабельные.
— Все в порядке, — сказал он наконец. — Хорошее дело делаете, капитан. В такое время гуманитарная помощь особенно важна. Удачного полета.
Когда патруль ушел, Джек с облегчением вздохнул:
— Неплохо придумал, парень. Но и я кое-чем помог. Заметил?
— Да, заметил. — пожал плечами Алекс.
— Это первый урок тебе. Ты молодец, что предложил, но всегда нужно "Смазывать шестеренки", особенно в нашем деле. — Джек задумчиво посмотрел на него. — А еще важно умение мыслить нестандартно. Большинство людей видят только очевидные решения. В общем мы оба молодцы! — Засмеялся Джек.
После этого инцидента отношение Джека к Алексу заметно изменилось. Он стал больше доверять ему, посвящать в детали операций, советоваться по техническим вопросам. Алекс понимал, что прошел своеобразный тест.
— Слушай, — сказал Джек однажды, когда они разгружали очередной груз, — а не хочешь поработать постоянно? После окончания института, конечно. Хороший инженер с мозгами в нашем деле дорого стоит.
— Подумаю, — ответил Алекс. — Но пока хочу закончить образование.
— Правильно, — кивнул Джек. — Образование никогда не помешает. Но помни — предложение остается в силе. Таких, как ты, немного.
К концу семестра Алекс заработал около двадцати тысяч кредитов — неплохие деньги для студента. Но главное было не в деньгах, а в контактах и опыте. Он познакомился с сетью контрабандистов, торговцев и независимых операторов, которые работали в серой зоне галактической экономики.
Эти люди знали то, чего не знали в университетских аудиториях. Они видели реальную галактику — не идеализированную картинку из учебников, а сложную систему, где официальные правила часто расходились с реальностью.
— Видишь ли, парень, — объяснял ему Джек во время одного из рейсов, — вся эта война — игра больших мальчиков. Корпорации, политики, военные — они делят рынки и сферы влияния. А простые люди страдают от их решений.
— И вы помогаете обходить эти решения?
— Я помогаю системе работать так, как она должна работать, — ответил Джек. — Товары попадают туда, где нужны. Люди получают то, что им необходимо. Все довольны, кроме бюрократов и тех, кто наживается на искусственном дефиците.
— А что, если вас поймают?
— Риск есть всегда, — пожал плечами Джек. — Но альтернатива хуже — позволить системе задушить саму себя красивыми правилами. Знаешь, что такое экономическая смерть? Это когда все делается "по правилам", но ничего не работает.
Алекс понимал логику Джека. В условиях войны многие разумные решения становились невозможными из-за бюрократических ограничений. Контрабандисты выполняли важную функцию — обеспечивали гибкость системы, не давали ей окостенеть.
  
Но он также понимал, что это временное решение. Настоящая проблема была глубже — в самой структуре галактической цивилизации, которая становилась все более жесткой и бюрократизированной.
Лето подходило к концу, но Алекс продолжал работать с Джеком в свободное время. Деньги были полезны, но еще полезнее были знания и контакты. В сером секторе экономики циркулировала информация, недоступная в официальных источниках.