Космический инженер (СИ)

— Это романтические фантазии, — отмахнулся Велан с видом человека, который много раз слышал подобные возражения от мечтательных учеников. — Археологические данные четко показывают технологическую отсталость тех времен.
Алекс промолчал. Спорить было бесполезно — у него не было возможности предъявить доказательства, не раскрыв семейные секреты. Но урок лишний раз подтвердил: официальное образование ограничивало его больше, чем развивало. Здесь учили принятым истинам, а не поиску новых знаний.
  
После школы он медленно шел домой по знакомым улицам. Кореллия готовилась к вечеру — в окнах магазинов зажигались огни, рабочие спешили домой, уличные торговцы предлагали последние товары дня. Алекс любил это время, когда город переходил от дневной суеты к вечернему покою.
Возле спортивной площадки он встретился с бывшими одноклассниками. Том и Маркус играли в голобол, их голоса звенели от азарта и смеха. Сара и Лина сидели на скамейке, обсуждая последние новости с Корусанта — какую-то сенсационную историю о молодом сенаторе и его романе с актрисой. Все выглядели такими... детскими. Их заботы казались игрушечными по сравнению с теми проблемами, которые Алекс решал каждый день.
— Алекс! — помахал ему Том, прерывая игру. — Идем к нам, играем в "Джедаев и ситхов". Ты можешь быть мастером-джедаем!
— Спасибо, не могу, — ответил Алекс, чувствуя, как расширяется пропасть между ним и прежней жизнью. — Дела.
— Какие дела? — удивилась Сара, откладывая голопланшет с новостями. — Ты же не работаешь официально.
— Помогаю отцу, — уклончиво сказал он.
Друзья пожали плечами и вернулись к своим занятиям. Алекс постоял немного, наблюдая за ними, потом развернулся и ушел. Пропасть между ним и сверстниками становилась все шире. Они играли в героев из голофильмов, а он работал с настоящими технологиями галактического масштаба. Они мечтали о приключениях, а он уже жил в мире, полном тайн и возможностей.
Ему нужно было пространство, где он мог быть собой. Где не приходилось притворяться обычным школьником или послушным помощником в семейном бизнесе. Место, где можно было заниматься тем, что действительно важно.
В выходные Алекс часто отправлялся на барахолку в нижних уровнях города. Эти районы сильно отличались от респектабельных кварталов, где жила его семья. Здесь воздух был гуще, пропитанный запахами готовящейся еды и человеческого пота. Узкие переходы между уровнями были заполнены торговцами, предлагающими все — от свежих фруктов до контрабандного оружия.
Сегодня он торговался за комплект диагностических инструментов у одного из постоянных продавцов. Дуросец по имени Грак держал небольшую лавку технических товаров в самом сердце барахолки. Его товары были не новыми, но качественными — Грак имел репутацию честного торговца, что в этих местах ценилось особенно высоко.
— Серьезное оборудование для такого молодого покупателя, — заметил Грак, его большие глаза внимательно изучали подростка. Пожилой дуросец потерял левую руку в каком-то инциденте много лет назад, и теперь на ее месте был функциональный, но простой протез. — Ты уверен, что знаешь, как им пользоваться?
— Уверен, — Алекс взял один из сканеров и активировал его. Прибор ожил в его руках, дисплей засветился информацией. Он направил устройство на ближайший сервисный дроид, который помогал Граку перетаскивать тяжелые ящики. — Видите? Энергетическая ячейка работает на семьдесят процентов мощности, мотивационный блок нуждается в калибровке, а сенсоры левой руки дают сбои.
Дуросец подошел к дроиду и провел собственную диагностику. Его протез был оснащен несколькими техническими приспособлениями, включая простой анализатор. Через минуту он удивленно присвистнул.
— Все правильно до мелочей. Откуда такие знания?
— Изучаю технику, — пожал плечами Алекс. — Сколько за весь комплект?
— Две тысячи кредитов.
— Тысяча пятьсот. Половина инструментов требует калибровки, а футляр поврежден.
— Тысяча восемьсот.
— Тысяча шестьсот, и я беру еще вот тот энергетический анализатор.
Грак рассмеялся — звук получился хрипловатый, но добродушный.
— Торгуешься как настоящий кореллианец. Согласен.
Алекс расплатился и забрал покупки. Еще один шаг к созданию собственной лаборатории. Инструменты были тяжелыми, и он с трудом донес их до транспортной станции. По дороге домой он думал о том, как быстро меняется его жизнь. Еще год назад он был обычным школьником, а теперь торговался с контрабандистами и покупал профессиональное оборудование.
Дома за ужином родители обсуждали дела. Кайрен рассказывал о новом заказе от группы контрабандистов, которым требовались модифицированные сенсоры для обхода патрулей. Гаррек жаловался на рост цен на редкие компоненты — экономический кризис сказывался на всех сферах торговли. Алекс слушал вполуха, мысленно планируя обустройство будущей мастерской.
— Алекс, ты какой-то задумчивый в последнее время, — заметила мать, накладывая ему добавку тушеных овощей. Лира Коррен была внимательной женщиной, которая всегда чувствовала настроение близких. — Все в порядке?
— Да, мама. Просто думаю об учебе.
— Не перегружай себя, — мягко сказала Лира. — Ты еще ребенок.
Ребенок. Алекс едва не поморщился. Если бы она знала, какие суммы он зарабатывает консультациями, какие технологии изучает, какие планы строит... Но он понимал, что родители беспокоятся о нем. В их глазах он оставался тем мальчиком, который еще недавно играл с игрушечными кораблями.
— Кстати, — добавил отец, отпивая глоток синего молока, — завтра приедет крупный покупатель из Кореллианской торговой гильдии. Хочет посмотреть на наши лучшие образцы. Алекс, ты поможешь с презентацией?
— Конечно, папа.
Но в глубине души он думал о другом. О том, что его роль в семейном бизнесе ограничена функциями консультанта и помощника. Все важные решения принимали взрослые, все крупные сделки проходили через них. А ему хотелось большего. Хотелось не просто продавать древние технологии, а понимать их, развивать, создавать что-то новое.
Поздно вечером, когда родители спали, Алекс попытался провести небольшой эксперимент в своей комнате. Он достал один из менее ценных артефактов — энергетическую ячейку времен Старой Республики — и начал осторожно разбирать ее при свете настольной лампы.
Внутренняя структура оказалась еще сложнее, чем он ожидал. Кристаллические элементы были соединены тончайшими проводниками, которые казались живыми в мягком свете лампы. Они образовывали трехмерную сеть, пульсирующую остаточной энергией. Алекс попытался проследить путь энергетических потоков, но освещения настольной лампы было недостаточно для детального анализа.
Он включил более мощный анализатор, и тот сразу же начал гудеть. Звук был негромким, но в ночной тишине казался оглушительным. Алекс замер, прислушиваясь к звукам дома.
— Алекс? — послышался сонный голос матери из соседней комнаты. — Что там за шум?
— Ничего, мама, — быстро ответил он, выключая прибор и погружая комнату в тишину. — Просто делаю домашнее задание.
— В такое время? Ложись спать.
— Сейчас.
Алекс осторожно собрал ячейку обратно и спрятал инструменты в ящик стола. Эксперимент провалился, но урок был получен: домашние условия не подходили для серьезных исследований. Ему нужно было собственное место, где можно работать без ограничений и опасений разбудить семью или повредить что-то ценное.
Идея пришла к нему неделю спустя, когда он бродил по заброшенным уровням промышленного района. Алекс любил исследовать город — это помогало ему думать и планировать. Старые заводы и лаборатории хранили атмосферу былого величия, когда Кореллия была центром технологических инноваций галактики.
  
Эти прогулки стали для него своеобразной медитацией. Здесь, среди пустых коридоров и заброшенных цехов, он мог размышлять о будущем, не отвлекаясь на повседневные заботы. Звук его шагов эхом отражался от стен, создавая ритм, под который легко думалось.