"Истинный" на 5 минут (СИ)

Я с маниакальной дотошностью штудировал всю информацию, которая попадалась мне на эту тему, упорно выискивая у себя признаки начинающегося гона либо течки. Я перелопатил все, где так или иначе проскальзывала тема позднего проявления сущностей и был упомянут возраст носителей. Из-за постоянного контакта с самыми непопулярными и неиспользуемыми закутками библиотек и букинистических лавок, я все-время был в какой-то пыли и взъерошенный больше обычного. Моя аккуратность оставляла желать лучшего, что не прибавляло «плюсов» в мою копилку общения с окружающими. Я стал изгоем. Странным. Необщительным. Ассоциальным. Я ждал и ждал. Ждал и ждал. И с каждым годом мои надежды таяли, как мороженное на солнце. Последний возраст, который был известен истории в случае позднего просыпания сущности, составлял 22 года. И этот 22-й день моего рождения стал для меня черной датой…
  
В конце-концов, мне оставалось лишь принять неизбежное и прекратить рыпаться. Я бета. Ошибка эволюции. И ничего с этим не поделаешь. Поздняк метаться. Именно тогда я принял решение окончательно «похоронить» себя в Подземельях Хогвартса, став в Зельеварении лучшим из лучших.
- Гарри, эй, Гарри… Чего завис? – Рон весьма ощутимо пихнул друга в плечо. – Я говорю, Снейп совсем охренел, не находишь? Ну подумаешь, я вместо сушеных пиявок добавил консервированных. Пиявки и пиявки. Тоже мне! Это у него от недотраха, точно говорю. Это же неполноценная бета. Он никогда не поймет, что вместо своих скучных книжек можно тратить время на того, кто тебе дорог. Кстати, мне вчера показалось, что я учуял запах… ТОТ САМЫЙ, Гарри, въезжаешь?!
Тут Рон осекся и замолк.
- Я рад за тебя, Рональд, – подчеркнуто ровно произнес брюнет, натягиваясь, как струна. – Я пойду, пройдусь, если ты не против. Ноги разомну.
Оставив веснушатого наедине с его грезами, Поттер как робот прошествовал к выходу и плотно закрыл за собой дверь. Путь его, несмотря на поздний час, лежал в подземелья…
- Поттер, вы совсем охренели?
- Совсем, профессор. Я никуда не уйду. Мне не к кому больше…
- Как любопытно. И чем это самый ненавистный студентам преподаватель может вам помочь? И, почему я, собственно, должен это делать?
- Поговорите же со мной! Я просто медленно схожу с ума…
- Поттер, вы пьяны? Я не психотерапевт, если вы не заметили. Я всеми презираемая угрюмая личность и не особо гожусь на роль «жилетки». Идите к МакГоннагал. Она ваш декан и…
- Не пьян. Но до этого способа решения проблем мне уже не далеко. Профессор Снейп, я повторю свой вопрос: «Вы бета?».
Хлесткая пощечина рассекла воздух и оставила на щеке юноши красный отпечаток. Гарри дико расхохотался.
- И это все? Выместите злобу на мне? Выгоните?
Оборвав смех на полу звуке, парень повис в жесткой хватке, в которую обезумевший от ярости профессор заключил зарвавшегося студента. Гарри несколько раз встряхнули, как тряпичную куклу. Голова его мотнулась из стороны в сторону. Сфокусировав взгляд на агатовых глазах, находящихся столь близко и метавших молнии, Поттер с трудом выговорил:
- Как вы с этим живете, сэр? Я больше так не могу.
- Нет, вы точно охренели, – уже спокойно констатировал декан, «уронив» парня в кресло и капая в стакан успокоительную настойку. – Кстати, сегодняшний щит весьма недурен. Я, конечно, мог бы его сломать, но не буду. Из уважения к вашим потугам. Вот какого книззла вы приперлись ко мне… да еще и в такое время?
Поттер задумчиво рассматривал собственные ногти:
- Возможно… тогда вы закурили и…
- Тебе никто не поверит.
- Я и не собирался! Просто… Это было так… по-человечески…
Сначала Гарри не понял, что за звук заполнил комнату. Подняв взгляд и ошалело завертев головой, грифф увидел, что… профессор смеялся. ЧТО-О-О??? СМЕЯЛСЯ?! Грозный Ужас Подземелий? Угрюмая Летучая Мышь? Этот черствый сухарь? ОН УМЕЕТ???!!!
Парень во все глаза вытаращился на своего бывшего врага. (Насчет такой формулировки Поттер и сам удивился, но решил, пока-что, задвинуть этот вопрос на задворки сознания).
- Поттер… я вас умоляю, – отсмеявшись, отозвался Снейп. – А кто я, по-вашему, машина что ли?
- Ну, – грифф почесал затылок.
- Так! – в голосе декана не осталось ни намека на веселье. – Выкладывайте, что хотите или убирайтесь ко всем чертям!
- Нет, стойте, извините! Я не то… просто вы никогда не… не показывали эту свою сторону!
- А зачем, позвольте спросить? – устало выдохнул Снейп. – Людей проще держать на расстоянии, Поттер. И в страхе. Тогда меньше вероятности, что они нагадят вам в душу.
Гарри и «слышал» и «не слышал» ЧТО ему говорит и КТО. И верил и не верил. Он спешно подсчитывал в уме, сколько же лет сидящему перед ним человеку и, по-всему выходило, что не так уж заоблачно много, как он прежде думал.
Слизеринский глава погрузился в свои мысли, устремив невидящий взгляд на пламя в камине. А грифф тем временем, неожиданно для себя, внимательно рассматривал декана. Морщинки меж бровей и в уголках глаз. Носогубные складки чуть сильнее обозначились, чем можно было ожидать в его годы. По всему выходило, что мужчину жизнь не обласкала. Что ему часто приходилось хмуриться, думать, искать выход. Стискивая зубы. Запрещая себе выказывать эмоции. Кожа же (если не брать во внимание ее излишне бледный вид) была вполне чистой и приятной. Гладковыбритые подбородок и щеки. Выдающийся «орлиный» нос придавал шарма, а тонкие губы, которые сейчас были стиснуты в одну сплошную бескровную линию, – редко знавали улыбку.
- Ну и каков вердикт?
- А? – Гарри встрепенулся.
- Я говорю, вы меня слишком пристально разглядываете.
Злость Северуса прошла, и теперь он с интересом ждал, что же будет дальше. Парнишка явно был растерян, подавлен. Очень озабочен. А лежачих, как известно, – не бьют.
- Да ну… Я… как вы живете всю жизнь вот так? – выпалил внезапно подросток. – Откуда берете силы, зная, что всегда будете один? Что никто никогда не назовет вас самым близким? Что того единения и тяги, которые доступны другим – не будет? Что…
- Хватит, замолчите! – последовал жесткий окрик.
Парня трусило. Это было видно сразу. И успокоительный бальзам тут оказался бессилен. Северус помнил эти свои «припадки». Во времена их он резал свое тело ножом. Не глубоко, но вполне ощутимо. Тут же залечивая порезы. Лишь бы только болью физической отвлечься от боли душевной. Лишь бы придать своему существованию хоть какой-то смысл. Снейп щелчком пальцев подозвал к себе пару бокалов и бутылку огневиски. Щедро плеснул в оба тягучей янтарной жидкости. Силой впихнул Поттеру один:
- Пейте, мать вашу! Залпом и до дна. Ну!!!
Ошалевший от такого предложения (читай:указания), грифф залпом осущил бокал, даже не поморщившись.
 Так, значит так. Комментарий к Глава 1. проблемы с компом..все “сырое”. писать дальше?
====== Глава 2. ======
Захмелевший Поттер еле ворочал языком:
- Профессор, за что вы меня так ненавидите?
- Странное дело, – поджав губы, процедил Снейп, недовольный тем, как поворачивается дело. – Я-то как раз считал, что ненавидите меня вы.
- Угу. Так было раньше. До всего.
- Чего «всего»?
- Этого.
- Чего «этого»?! Поттер, мы не друзья! Вы явно что-то попутали. То, что я и вы являемся, в некоей мере, изгоями общества (хотя, официально это называют по-другому. Красиво. Преподнося «какашку» в конфетном фантике) – еще не делает нас союзниками или кем-то в этом роде.
- Но, сэр… Мне не к кому просто. Никто не поймет. Я теряю себя…
  
- Мне должно быть до этого дело?
Поттер вздохнул:
- Нет, сэр. Вы правы. Мне пора. Спасибо за виски.
Нетвердой походкой направившись к двери и, сшибив по пути табурет, Гарри попытался ретироваться.
- Чтоб тебя! Поттер, стой. Тебя засечет первый же патрулирующий староста.
- У меня есть мантия-невидимка.