Хозяйка заброшенной сыроварни (СИ)

— А у нас силы кончаются, — пожаловался второй. — Прятаться не выходит толком. 
— Поня-атно… — протянула я и критически оглядела работничков. — Что ж, с магом я, увы, ничего сделать не могу. Вряд ли он послушает, если я попрошу оставить вас в покое. 
— Не послушает, — подтвердил толстый. — Но… может, мы того? 
— Что? — не поняла я. 
— У тебя спрячемся! — подсказала тонкая. — У тебя-то он уж всё проверил. Второй раз, небось, не полезет. 
  
— Н-да? — с сомнением протянула я. Хотя глубоко внутри уже ликовала от открывшихся возможностей. И, главное, от того, что предложила это не я – а значит, могу смело торговаться. Так, глядишь, и без сыра обойдёмся. — Ну не знаю… рисковать перед магом я всё-таки не готова. К тому же… 
— Мы заплатим! — встрял бородач. 
— Правда? Чем? 
— Отработаем, — поправился он. — Спрячемся у тебя, а в обмен работать будем, по хозяйству помогать. 
Я вздохнула и в сомнении покачала головой. 
— Ох, даже не знаю… И сад в порядок приведёте? 
— И сад! И деревьев напилим… 
— Идёт, — оскалилась я. — Но сперва вы отработаете испытательный срок. Скажем, две недели. И там уже… 
— Удивительно ушлая девица, — с уважением протянул откуда-то сбоку Отто. — За бесплатно работников нашла. 
Я победно ухмыльнулась. И, руководствуясь каким-то внутренним чутьём, вероятно, доставшимся от хозяйки тела, протянула руку для пожатия. Бородатый ударил по моей ладони – и в разные стороны рванули искры. Судя по всему, сделку мы закрепили. 
— Стойте! — завопила тонкая. — А сыр-то! Сыр!!! 
Бородач растерянно замер. Я же широко улыбнулась. 
— Извиняйте уж. О сыре речи не шло. 
— Но… так ведь не честно, — пролепетала тонкая. — Нам же как раз сыр и нужен был. 
— Однако договорились мы не об этом, — напомнила я. И добавила со вздохом: — Я готова вас кормить. Но варить сыр не стану. Не моё это понимаете? 
— Ах, так? — рявкнула тощая нечисть. 
Что произошло дальше, я осознавала весьма смазано. За долю секунды она раздулась в размерах, приняв жутко грозный вид – на голове выросли рога, свиная морда и клыки. Она на пару мгновений зависла надо мной, сверкнув жёлтыми глазами. А потом – ринулась в атаку. 
Всё, что я успела сделать – это нащупать ручку стоявшей рядом тяпки и замахнуться. Но ударить уже не успела. 
БАМ! 
И в следующий миг тощая нечисть отлетела от меня. Замерла, скорчившись на земле, и тоненько заскулила. То ли от боли, то ли от жалости к себе. А у меня на груди горячо пульсировал подаренный Касом кулон. 
Это что же, защита сработала?.. 
— Ты что творишь, полоумная?! — запричитал бородатый. — Последние остатки сил потратила! И на что?.. 
— Да какая уж разница, — слабо отмахнулась та. — И так, и так от меня скоро ничего не останется. А так бы хоть… 
Не закончив фразу, она махнула рукой. А потом обняла коленки и тихонько завыла. А я так и стояла, наблюдая за разворачивающейся картиной. И совершенно не понимая, как поступить. С одной стороны, на меня только что напали, надо бы этих двоих как минимум выгнать. Как максимум – сдать Кассиану. С другой стороны, этой мелкой как будто было искренне плохо. 
— Взашей гони, — прокомментировал Отто. — Подумаешь, нечисть. 
Нечисть-не нечисть, а страдала она очень даже по-человечески. Невольно вспомнилось время после учёбы. Первые несколько месяцев, когда я перебивалась от одной подработки в массовке до другой. Есть приходилось одну разводную лапшу. Живот у меня постоянно болел. И, честно говоря, я в принципе плохо помню, как тогда существовала. Ходила как в тумане. 
А эти двое – сколько лет они так жили? 
Словно подтверждая мои мысли, от сыроварни пришёл импульс сочувствия. Кто-то, а она бедолаг жалела. А вот я продолжала колебаться. Зависла на грани, не решаясь взять на себя ответственность за чужие проблемы. 
— Сыра они захотели, — продолжал призрак. — Да не простого, а Кезеровского! Мы! Были официальными поставщиками гномьего королевского двора. Даже эльфы к нам заглядывали. А тут… нечисть! 
Последнее слово он практически выплюнул. И, пожалуй, именно этот тон что-то во мне переломил. Видимо, всё-таки совесть у меня имелась – что довольно прискорбно, честно говоря. Бессовестной жить намного проще. 
— Хорошо, будет вам сыр.
  
15-2
 
— Хорошо, будет вам сыр, — сдалась я и, спустившись по ступеням, присела возле тонкой нечисти. — Прямо сейчас я его, ясное дело, предоставить не смогу. Но в ближайшее время схожу в деревню за молоком, хорошо? 
— Правда? — слабым голосом уточнила нечисть. — Хозяюшка, ты наша благодетельница… 
— Но после этого, — оборвала я, — вы отсюда уйдёте и больше никогда не покажетесь мне на глаза. 
Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Даже Отто перестал ворчать. Нечисть так и вовсе уставилась на меня во все глаза. Да с такой обидой во взгляде, словно я у них единственную игрушку отобрала. 
— Но… но как же… — наконец, пролепетал бородач. 
— Две недели, так и быть, можете пересидеть в коровнике, раз уж договорились, — продолжила я. — Но помощь ваша мне не нужна. 
— Хозяюшка!!! — взвыла тонкая. 
— Я не готова терпеть рядом тех, кто в любой момент может напасть. Уж простите, не имею привычки подвергать свою жизнь смертельной опасности. 
С учётом того, что всего неделю назад я в самом деле умерла в своём мире, теперь могла со всей уверенностью заявить: мне не понравилось. За эту вторую жизнь я была намерена держаться изо всех сил. 
— Мы клятву дадим! — выпалил бородач. И пихнул локтем испуганно вытаращившуюся на него тонкую. — Клятву верности тебе, хозяйка. Обещаем век служить, и никогда не причинять вреда. Ни тебе, ни гостям твоим… Ежели сама не попросишь. 
Я задумчиво прищурилась. Звучало это более чем заманчиво. Мало того – в памяти неожиданно всплыл обрывок информации, что-то из сегодняшнего сна. Как раз о том, что с нечисти раньше брали клятву. Знания пока были размытыми, но понемногу формировались в нечто цельное. 
Тощая нечисть взглянула на товарища и понуро кивнула. 
— Поклянёмся, — согласилась она. — А ежели обманешь нас… то пусть тебя Безликий пожрёт. 
От странного слова по спине внезапно пробежали мурашки. Я передёрнула плечами, но уточнять не стала 
— Что ж, раз так… я согласна. Давайте попробуем. 
Память упорно подкидывала образы. Кажется, для завершения клятвы с нечистью надо было преломить хлеб. И нарисовать какой-то знак? Или круг? 
Тяжело вздохнув, я потёрла лицо. До чего же сложно было копаться в чужой памяти. Пусть она постепенно возвращалась к телу, но делала это настолько медленно и своенравно, что толку от этого было маловато. 
— Надо тебе, хозяйка, лицом на север встать, — подсказал бородач. — И в руки взять ветку рябины… 
Повисла пауза. Рябина поблизости, может, и росла – однако я её до сих пор ни разу не видела. 
— Мы мигом! — выпалил бородач и за долю секунды скрылся в сорняках. Его соседка проковыляла следом и тоже пропала. Явно не горела желанием оставаться со мной наедине. 
Всё затихло. 
— Зря ты это затеяла, — флегматично прокомментировал Отто. — Если узнают, что ты дела с нечистью водишь, могут и пожаловаться куда надо. За такое по головке не погладят. 
А вот это было интересно. И точно стоило выяснить, что же мне грозило за договор с нечистью. Не то, чтобы я была готова отказаться от своей затеи, однако знать-то всё равно надо. 
Впрочем, спрашивать от этом у Отто я не собиралась. Как и вообще с ним разговаривать. Эх, выяснить бы, как здесь изгоняли призраков из домов – я бы воспользовалась услугой. 
  
Пожалуй, узнаю у Каса, как вернётся. 
Нечисть ворвалась на полянку перед домом спустя четверть часа. Бородач победно потрясал веткой рябины, вторая нечисть, прихрамывая, бежала следом. Я ждала их на крыльце, наслаждаясь недолгой передышкой. Отто наконец замолчал и куда-то улетел. Солнце то и дело выглядывало из-за туч, играя насыщенной зеленью сада. Да и в целом воздух заметно потеплел за последний час.