Попаданка-песец, или Магия по-русски (СИ)

Хотя, возможно, я зря паникую, и тут совершенно другие свечи. «Ага, они у них тут, наверное, в виде двадцатилитровых вёдер, а фитиль толщиной в твоё запястье», – съязвила я сама себе.
Смех смехом, а проблема вырисовывалась нешуточная. И решать её нужно было быстро и с умом.
Остановившись, я сделала глубокий, медленный вдох, пытаясь обуздать хаос в голове. И вскоре вместо панической круговерти мыслей появился ясный список неотложных дел.
  
Больше никаких эмоций и пустой траты времени – на счету каждая минута. Потраченная впустую, она была бы настоящим преступлением против моей мечты.
Вернувшись в особняк, я критически окинула взглядом фронт работ, быстро переоделась и направилась в дальний угол своей новой резиденции, где располагалась давно заброшенная конюшня. Там, подальше от чужих глаз, я решила попытать счастья и подружиться (или хотя бы познакомиться!) со своей магией.
Старалась я изо всех сил, натужно вспоминая подходящие пословицы и поговорки о порядке, трудолюбии и усердии. Магия мои потуги оценила, но словно в назидание или просто из вредности решила показать свой характер.
В итоге после первой непродолжительной тренировки я стояла среди удивительнейшего зрелища.
Громадная куча мусора у входа была элегантно перевязана розовой шёлковой ленточкой, а сверху красовалась табличка: «Сору в избе не место». Магия поняла меня слишком буквально: весь хлам в конюшне был собран в кучу, и… оставлен прямо у порога. Спасибо, что я не произнесла: «Не выноси сор из избы». Не факт, что мой новоприобретённый дар позволил бы от него потом избавиться.
Вдоль стены, с тихим кряхтением и ворчанием «Тише едешь… тише едешь…» медленно ползла старая, местами потрескавшаяся глиняная кружка, а я лишь хотела чтобы все делалось обстоятельно, без спешки.
А вот со стенами магия меня чуть до икоты не довела. Я сосредоточилась на правой, с которой свисали прогнившие доски. Мысленно, как учили всякие «энергетические гуру» в моем прошлом мире, представляла, как аккуратно их снимаю, замеряю, заменяю новыми и радуюсь полученному результату. Представив оный, я чётко произнесла: «Семь раз отмерь, один раз отрежь» и обмерла.
Результат оказался, мягко говоря, обескураживающим. Правая стена, над которой я корпела, осталась нетронутой. Зато левая, о которой я даже не думала, была идеально отремонтирована: старые доски аккуратно сняты, новые подогнаны с ювелирной точностью и даже покрыты каким-то блестящим лаком. И на одной из них углём было выведено каллиграфическим почерком: «Отрезано с первого раза». Магия, словно в издёвку, припомнила мне мой студенческий позор, когда выстраданный бессонными ночами дизайн-проект я умудрилась отрезать не с той стороны! Единственное, что тогда немного утешало, – училась я не на хирурга.
Но главный сюрприз ждал меня у входа. Все гвозди, которые я сложила в кучку на выброс, были не выброшены, а любовно рассортированы. По размеру, степени ржавости и даже по цвету шляпок. Они лежали в идеальных рядах, как оловянные солдатики в своей коробке. М-да, не поспоришь, у «каждой вещи – своё место».
Я обвела взглядом это сумасшедшее воплощение народной мудрости. Мусор, перевязанный бантиком, – явный перебор. Бурчащая кружка и сортировка гвоздей – практически клиника. А вот идеальная левая стена порадовала. Как минимум тем, что отремонтирована, как максимум, наглядным повторением постыдного урока прошлого.
– А пословицы и впрямь кусаются, – вспомнила я предупреждение домового и с уважением обратилась к магии: – Ты права. Без труда мечта мертва. Урок усвоен. Благодарю.
В ответ на мои слова воздух наполнился маленькими солнечными искорками, а по телу пробежала ласковая тёплая волна, словно магия приняла моё признание. Но самым удивительным стало плавное преобразование правой стены в идеально отремонтированную.
Я ахнула от изумления и восторга.
– Спасибо за науку, буду с тобой аккуратна. Ты и впрямь слишком сильна, чтобы пользоваться тобой бездумно.
Улыбнувшись новому опыту и решив пока больше не испытывать себя и судьбу, продолжила уборку уже своими руками.
Глава 41 
Моя спина и колени уже затевали бунт, выкрикивая безмолвные революционные лозунги протеста, когда издалека донёсся голос Леры:
– Госпожа, вы здесь?
– Да, – простонала я, страдальчески хрипя в унисон ноющей пояснице, но, слава богам, Лера не услышала.
Прочистив горло и медленно выдохнув, коротко (чтобы ненароком от феерии ощущений лишнего не ляпнуть) уже нормальным тоном выкрикнула:
– Да.
Девушка быстро отыскала меня и, увидев, чем я занимаюсь и результат, удивлённо затараторила:
– Госпожа, почему вы тут одна? Почему сами? И никого не позвали на помощь? Разве можно так убиваться? – и тут же на миг замолчала и восторженно протянула: – Какая чистота! Госпожа, вы мастерица!
«Убиваться – хорошо сказано», – подумала я, едва сдержав гримасу боли, в очередной раз убеждаясь, что генеральная уборка – это круто, только когда генералит кто-то другой.
– Всё в порядке, Лера, – улыбнулась я встревоженной девушке. – У нас впереди уйма дел, а времени в обрез. Решила внести посильный вклад в общее дело. Что-то случилось?
Лера критически оглядела меня с ног до головы и, видимо, не найдя явных поводов для беспокойства, кивнула:
– Там резчики по дереву пришли, которых вы для изготовления мебели выбрали, и маляры. Примете?
– Конечно, – я подхватила Леру под руку, и мы двинулись в сторону особняка. В его тёмных, несмотря на день, окнах мелькали размытые силуэты работников, и мой мозг тут же дорисовал их до зловещих теней, мгновенно напомнив о свечной проблеме.
– Лера, расскажи мне всё, что знаешь об освещении в лунгротских домах? Есть что-то, кроме свечей и лампад? Поярче?
Девушка на мгновение задумалась, и тут же её лицо озарилось пониманием.
– Вы сейчас беспокоитесь о том, как в гостинице сделать, чтобы ночью было светло, как днём?
– Абсолютно верно, молодец, – похвалила я девичью смекалку. – Если учесть местную историю с пустыми кристаллами и повсеместным свечным освещением, у нас могут возникнуть проблемы. Вряд ли наши гости захотят платить деньги за подобные условия.
Лера серьёзно кивнула.
– Что я могу сказать, госпожа… Те, кто может себе это позволить, пользуются заряжаемыми артефактами. Они баснословно дороги. Остальные предпочитают вставать с солнцем и ложиться с ним же. На тёмное время суток – свечи. Местные умельцы придумали такой состав на основе воска, что одна свеча горит несколько вечеров.
Ничего себе! Голь на выдумки хитра, – мысленно восхитилась я смекалкой ремесленников. Хотя в прошлом моей Родины тоже было время, когда люди умудрялись делать всё из ничего.
– А света от них много? – вернулась я к мучившей меня проблеме.
Лера пожала плечами.
– Не особо. Вашим клиентам вряд ли будет достаточно. Наши дома не такие большие, как ваш, госпожа. Но, знаете, говорят, в столице, в таверне «Золотая середина», поселилась удивительная девушка по имени Лана. Она делает уникальные артефакты, вещицы, которые непонятно как работают. Кто-то говорит, она совсем не местная. Странная и очень умная.
Мысли закружились в голове. Артефакты, которые «непонятно как работают»? «Не местная»? «Умная и странная»? Сердце ёкнуло. Неужели своя, землячка? Если это так, объяснить ей, что мне нужно, будет несложно. Главное, чтобы я не ошиблась в своём предположении.
– Лера, а она принимает заказы? И какова цена вопроса? – с предвкушением поинтересовалась я.
– Принимает. Её услуги стоят недёшево, но можно попробовать договориться, – задумчиво протянула девушка, будто уже просчитывала стратегию переговоров.
  
– Уверена, ты сможешь! – я положила ладонь ей на плечо и подмигнула. – Считай это своим переходом на новый уровень налаживания деловых связей. Я напишу записку со всеми пожеланиями, а ты съездишь к этой Лане и попробуешь заключить контракт на поставку нам осветительных артефактов.