Попаданка-песец, или Магия по-русски (СИ)

Мужчина медленно, с нарастающим напряжением, кивнул, не отводя от меня взгляда.
– Тогда, прежде чем мы перейдём к этому вопросу, предлагаю вам закрыть один небольшой, но необходимый формальный долг передо мной. Считайте это… фундаментом для будущего плодотворного сотрудничества.
– О каком долге вы говорите? – нахмурился хозяин кабинета, он явно ничего понимал.
Я извлекла из сумочки безупречно составленный Фарием документ.
  
– Счёт. За причинённый ущерб. Перила, моральный вред моему юному подопечному, потраченные нервы… Всё детализировано, лорд Варвар, – бархатным голосом произнесла я, делая акцент на заслуженном им прозвище. – Уверена, для вас это простая формальность.
Тот принял бумагу из моих рук с аристократической надменностью и лениво её развернул. Глаза по мере прочтения расширялись, а затем в них вспыхнула привычная холодная уверенность.
– И из-за этой нелепости вы назвали меня «варваром»? – в уголках рта его мелькнула едва заметная усмешка.
– Что вы! – таинственно улыбнулась я. Мой голос сочился патокой. – Это всего лишь досадное стечение обстоятельств.
Мужчина усмехнулся:
– Я так и понял. Полагаю, мы можем решить этот вопрос позже и без лишних эмоций. Но тем не менее замечу, что вы несколько преувеличиваете масштаб…
Договорить он не успел.
Поговорка: «Правда, как оса, лезет в глаза», – произнесённая мной загодя, сработала незамедлительно.
Бумага в его руках ощутимо вздрогнула. Из неё выделилось крошечное, яростно жужжащее существо из сгустка света и чернил. Оно молнией метнулась к его лицу.
– Что это?! – в его голосе прозвучал настоящий шок. Мужчина отшатнулся, отмахнувшись от осы документом.
Но осу уже было не остановить. Она без устали кружила, назойливо садилась на переносицу, лезла прямо в глаза, ловко уворачиваясь от его рук. Арвар попытался рассеять иллюзию заковыристым взмахом – безуспешно. Оса лишь зажужжала громче. Он сделал более резкое движение – и задел дорогой графин с водой. Хрусталь звякнул, вода широким потоком хлынула на стол.
– Если это ваши шуточки, то прекратите это немедленно! – его голос сорвался на повышенные тона, но я хранила вежливое молчание, наслаждаясь спектаклем.
И тут пространство в комнате загудело. От пальцев Арвара побежали заметные, сизые искорки. Он изо всех сил пытался развеять мои чары, но у него ничего не выходило. Искры коснулись бумаги на столе – и мгновенно погасли. Словно его заклинание упёрлось во что-то… неосязаемое, в то, в чём не было привычной магии, которую можно было бы подавить, нейтрализовать, пересилить.
Оса даже не дрогнула. Она продолжала свою работу, словно его магия была для неё не более, чем лёгким дуновением ветерка.
На лице этого очень благородного лорда впервые появилось не раздражение, а чистое, неподдельное изумление. Он явно не понимал, что происходит. Совсем.
Он смотрел на меня и на невозмутимую осу с выражением глубочайшего когнитивного диссонанса.
– Я не понимаю… – шептал Арвар, продолжая отмахиваться от осы, не в силах её прогнать. В его голосе сквозила не злоба, а скорее, потрясение. – Насекомое явно магическое, но в нём нет магии. Как вы это сделали?
– Возможно, это просто правда, ваша светлость, – мягко ответила я. Моё сердце пело победный гимн. Где-то глубоко внутри моя нервничающая «меховушечка» плясала от счастья, выделывая немыслимые пируэты. Моя победа была не сладкой, а… справедливой. И от этого не менее приятной. – Она, знаете ли, бывает такой настырной. Так и лезет в глаза, как от неё не отмахивайся. Никаким заклинанием не рассеять. Её можно только принять.
Ещё минута отчаянной борьбы с непобедимым насекомым – и его терпение лопнуло. Сражённый не магией, а чистым, бытовым бессилием перед неумолимостью «истины», Арвар плюхнулся на кресло и откинулся на спинку. Его безупречно выглаженный мундир вдруг показался мне слегка помятым, под стать его истрёпанной уверенности. Он выглядел растерянным и даже уставшим.
– Хорошо! – выдохнул он, и это слово будто обожгло ему губы. – Допустим, я был… не совсем корректен. Перила… да, возможно, я проявил излишнюю… энергичность.
– И напугали моего юного подопечного, – мягко добавила я.
– И… напугал вашего юного подопечного, – с заметным усилием повторил он. – Счёт будет оплачен. Сегодня же. Теперь вы можете убрать это… насекомое?
Я покачала головой.
– Оно само уйдёт, как только сочтёт, что все условия соблюдены. Деньги любят тишину, а правда – окончательность. Вы же понимаете.
Он понимающе кивнул, глядя на осу с плохо скрываемой опаской.
– Что ж, теперь, когда формальности улажены, и атмосфера… очищена от недоразумений, – я с деланной паузой пристально посмотрела ему в глаза, – мы вполне можем вернуться к сути вашего приглашения. Вы хотели обсудить моё положение здесь, насколько я помню? Я вся во внимании.
Он изучающе посмотрел на меня... на женщину, которая только что заставила его извиняться. И в его взгляде, помимо злости и изумления, явственно промелькнуло нечто новое – холодное, острое любопытство. То самое, с которым изучают новый, опасный и крайне интересный артефакт.
Глава 25 
– Так вы хотели о чём-то поговорить? – поинтересовалась я, нагло устраиваясь поудобнее в кресле и, смакуя момент, наблюдая, как на холёном лице лорда Арвара схлестнулись недоумение и вымученное уважение. Видно, аристократа мой бесцеремонный жест поверг в замешательство, но стоять столбом всю беседу я не намерена. Пусть этот заносчивый тип не думает, что я буду скромно ждать, когда он соизволит предложить мне присесть.
Арвар лишь медленно выдохнул в ответ на мой вопрос, продолжая при этом оценивать меня взглядом.
– Вы… весьма неординарная женщина, баронесса Фоксигранд, – произнёс он, и в его голосе впервые проскользнуло не раздражение, а неподдельное любопытство.
– Я просто другая, лорд Арвар. Меня не проймёшь угрозами и шантажом, и жизненные принципы у меня несколько… иные, нежели у местных благовоспитанных барышень. Советую принять это как данность. – Я смотрела ему прямо в глаза, моя улыбка стала тоньше, а взгляд – жёстче. – И раз уж, как говорят у меня на Родине: «Без меня меня женили», придётся вам вместе с вашим Бюро принять и мои условия.
Внезапно кожа на правом запястье зачесалась, словно под ней забегали мелкие муравьи. Ощущение длилось лишь краткий миг, но было достаточно сильным, чтобы на секунду замереть. Сделав вид, что небрежно поглаживаю руку, я избавилась от остаточного дискомфорта и посмотрела на помрачневшего Арвара, тоже недовольно покручивающего своё запястье в другой ладони.
– Моё назначение вашим куратором, баронесса, исходило не от меня. Я не добивался этой чести, равно как и вы оказаться здесь в Лунгроте.
Он замолчал, ещё раз слегка тряхнул кистью, и его взгляд застыл на расплывшемся по столу пятне воды, которая тут же бесследно исчезла. Эффектно, ничего не скажешь. Я бы тоже не отказалась от подобного умения, но, вспомнив о своём первом опыте магической уборки, резко перехотела.
– Бюро поручило мне обеспечить вашу адаптацию и… приглядывать за вами. Взаимодействовать, – продолжил лорд Арвар. – Исходя из сегодняшнего опыта, я вынужден констатировать, что эта задача будет сопряжена с определёнными… сложностями.
Я едва сдержала усмешку. «Сложностями». Как элегантно он смягчил действительность! Но я в словесных кружевах не сильна. Деловая жизнь научила чёткости, конкретике и ясности при получении технических заданий. Поэтому мой вопрос прозвучал прямо:
– Что конкретно от меня требуется? Меня «забросили» сюда как есть, даже не дали чемоданчик собрать в дорогу. Про правила игры даже не заикнулись. Только красиво вещали про исполнение мечты.
  
– Правила просты, – отозвался он, и его голос стал жёстким и ровным, словно клинок. – Вы – ценный актив. Уникальный. С вашими… методами, – он снова с лёгкой гримасой глянул на уже сухой стол, – которые я, признаюсь, пока не до конца понимаю, и вашей поразительной способностью сеять хаос. Бюро сочло, что это может принести пользу. Им виднее. Всё, что вам нужно знать – что в определённых моментах вам предстоит помогать мне в… некоторых расследованиях.