Генеральный 7 (СИ)

— И это после последних событий? Оборзели?
Я развожу руками:
— Они говорят нам то, что их просили передать.
— Коммунисты?
— Из них такие же коммунисты, как из нас анархисты. Петр Миронович, забыл, чему я тебя учил?
Машеров широко расставил свои «грабли», как будто опираясь на них. Такая у него была привычка.
— Насквозь буржуазная нам страна не может быть нам союзной.
  
— Правильно. Их социалисты плывут в рамках установленной системы.
— Но как же профсоюзное движение?
— Они защищают лишь свои шкурные интересы. Ты забываешь, Петр, о силе мелкобуржуазного мышления. Франция самая буржуазно ментальная страна в Европе, а то и в мире.
— А как же Парижская коммуна?
— Что с ней случилось, помнишь? В этом плане даже Соединенные Штаты иные. Там сильны общины. Они — базис американского образа жизни. В городах уже не так, там каждый друг другу волк.
Генеральный кивнул:
— То есть с помощью нелимитированной конкуренции они собираются обойти нас в социальном соревновании.
Я хлопаю в ладоши:
— Ну ты растешь в моих глазах. Это же готовый лозунг.
Машеров машет рукой:
— Не мое, Леонид Ильич. Кто-то из молодых ребят выдал.
— Но ты запомнил и используешь?
— Понравилась формулировка.
— Ты этого умника обязательно поставь на нужное направление. Задача руководителя в этом и состоит.
— Понимаю.
Ответ не мимолетный. Машеров серьезен и уже вник в сущность. Мне становится спокойней за страну. Не гений, но честный пахарь. Надо помочь создать ему команду и начать искать следующего. Только вот успею ли? Здоровье подводит. Нет, по сравнению с тем течением времени, я в лучшей форме. Сам хожу, не шамкаю, много работаю. Но все равно сказываются фронтовые ранения и чрезвычайно плотный график работы в прошлых должностях. Вкалывали руководители зачастую на износ. Так что досужая болтовня о «коммунизме» для отдельных лиц среди обывателей полная хрень. Их бы в такой режим на месяц, так иначе запоют. Но все хотят все, ничего не отдавая взамен.
— Вы считаете, что иранцы долго не продержаться?
Я сижу молча и не мешаю. Хотя знаю, что некоторых своим присутствием нервирую. Докладывает начальник Генштаба Огарков.
— ВВС Ирака действовали на редкость успешно. Они использовали французскую и израильскую тактику и начали не с завоевания господства с воздуха, а ударов по РЛС и коммуникациям. Работали все пятнадцать тактических эскадрилий. Туда свели все современные самолеты, в каждой однотипные виды самолетов. Истребители сведены в особые эскадрильи, выполняющие только прикрывающую функцию. Имеющиеся у них Ту-16 и некоторое количество поставленных нами Ту-22 собраны в отдельную бомбардировочную эскадрилью. Их авиация разбомбила порты, быстро выбили довольно слабое ПВО Кувейта, состоящее из ЗРК «Хок». Похоже, что французам удалось вскрыть всю противоздушную систему Кувейта.
В разговор вступил представитель ГРУ.
— Американцы считают, что французская разведка украла у США документацию по ЗРК. Так что под ударом сейчас и сам Иран.
— Поэтому они запросили у нас С-200.
— Губа не дура? Сто двадцать пятых мало?
— Считаю, что там проблемы с персоналом. Мы уже во Вьетнаме проходили подобное.
Огарков показал на карте разбомбленные порты:
— Иранцам стало некуда выгружать подкрепления. Саудовцы заблокировали свои пути. Они крайне негативно относятся к шаху из-за его желания стать лидером в этом регионе.
— Но иракцы ведь сами понесли потери.
— Иранские летчики чаще сбивали истребители, что прикрывали тактические эскадрильи. Иракские ВВС имеют в основном Миг-19 и Миг-21. Более современные машины мы им не продавали. А сбивать их мы пилотов Ирана научили сами. Против иной тактики те не так успешны.
— То есть Ирак полностью снабжали французы.
— И учили. Так что нам полезно посмотреть их тактику.
— И она вполне им удалась.
— Все проще, Николай Васильевич, иракцы садят на наша машины более слабых пилотов. Асы летают на французских машинах.
Огарков кивком головы согласился.
— Как бы то ни было, но эти потери заставили поменять их тактику. Mirage F1 и Super Etendard оказались довольно успешны в плане бомбардировок.
— Крайне успешны. Порты, аэродромы, места дислокации войск. Выбиты электростанции, узлы связи, передвижение войск днем практически невозможно.
Сидящие за столом руководители начали переглядываться. И это наш сильный союзник. Машеров скрестил свои длинные пальцы, это было характерно для тех моментов, когда он усиленно размышлял.
— У нас есть похожие… Тактические эскадрильи.
Один военных охотно ответил:
— Мы используем иные именования. МИГ-27 себя отлично показали. Но мы пока не продаем их за рубеж.
— Почему?
— Не видим политической целесообразности. Есть и другие машины, также неплохие.
Огарков не был так категоричен:
— Нам нужен фронтовой штурмовик. Американцы такой используют, у французов есть.
— Он разрабатывается?
— В КБ Сухого уже испытывают новый штурмовик Т8−1. Обещают скоро выкатить в серию. Авиаторам машина понравилась. Штурмовик оказался высокозащищенным самолётом. Жизненно важные системы штурмовика продублированы и экранированы менее важными.
— Ну так вот у нас в Сирии поле для его испытаний.
Генеральный посмотрел на карту и поинтересовался:
— Каковы наши дальнейшие действия?
— Ирак в ближайшее время нанесет танковый удар и разобьет экспедиционный корпус Ирана и соединенные силы арабской коалиции.
— Я спросил про наши возможности, товарищи. Кто что может предложит? Понимаю, это не наша война. Шах с нами не согласовывал свои действия, и его вина в катастрофе очевидна. Но мы не можем потерять свои позиции в таком важном регионе.
Представитель ГРУ веско заметил:
— Считаю, что принимать непосредственное участие в столкновении нам нет необходимости. Мы еще не закончили с кризисом в Латакии.
— Там пусть дипломаты работают и спецслужбы.
Я обратил внимание на то, каким жестким тоном это высказал Машеров. Его здорово напрягла ситуация в Леванте. Нашей разведке от него крепко досталось. Поэтому Ивашутина в кабинете нет. Отрабатывает свой косяк. Ливан бурлит, такого наплыва спецуры и разведчиков давно там не видели. Средиземноморская эскадра пусть и усечена, но приведена в боевую готовность и курсирует вдоль берега. Но без авианосца она лишена ударной мощи. Но «Адмирал Нахимов» сейчас в Персидском заливе, нервирует Ирак и французов. «Ушакову» пришлось вернуться в Североморск, там какие-то проблемы и ему придется ждать, когда уйдет лед из Белого моря, чтобы идти на ремонт в Северодвинск. Нам срочно нужны там тяжелые ледоколы.
«Адмирал Макаров» сойдет со стапеля в мае. И еще полгода уйдет на доводку и достройку. Вот так обстоят дела у нас. Зато американцы подвели к Ливану «Саратогу» и выполняют с помощью его гуманитарную миссию. Вывозят вертолетами своих граждан и союзников. Перевозить миротворцев они отказались. Наши корабли иногда подходят вплотную, но все держатся подчеркнуто мирно. Их флотские начали всерьез уважать наших после нескольких инцидентов. Это не дружба, скорее нейтралитет. Ну и открытый показ своей военно-морской мощи. Жаль, наш военный аэродром на Кипре еще не готов. Но имеем, что имеем. Хорошо хоть не отстаём так тотально, как в сорок пятом с атомной бомбой. Проект отработан, самолеты доводят до ума. Для морской авиации КБ Сухого готовит новый истребитель.
  
— Кувейт потерян. Противостоять там армии Ирака некому. Нам необходимо сейчас усилить ПВО самого Ирана. Шах ведь не успокоится и начнет бомбить иракские нефтепромыслы. Те обязательно ответят на волне успеха.