Выживальщик. Дилогия (СИ)
Утром, я довольно потягиваясь, изучал данные шифрованных передач, записи их. Недоумение так и сыпалось, искали источник проблем для ВСУ, и помощи для России с обеих сторон, но пока никаких версий не было, ищут.
Меня удавило какими силами ищут источник того, что дроны перестали подчиняться своим хозяевам, причём только на стороне нацистов. Похоже даже в будущем, мне не стоит даже намёков показывать, что в курсе дела. Нет, я обычный штурмовик, использую свою «птичку», и лично атакую. А то что это оборудование, а было понятно, что работает мощная станция перехвата с настроенной земной Нейросетью, или пятьсот хакеров. Это наши решили, вражеские офицеры согласны с их мнением, то я тут не причём. Так что рот на замок. Никому и никогда. Все жаждали обладать таким оружием, а это оружие, и искали интенсивно. Всё, я простой штрафник, так и буду показывать себя. Кстати, у моей «птички» теперь четыре запасных аккумулятора, они быстро меняются, четыре болтика, чтобы убрать крышку, поменял, завернул болтики обратно, и «птичка» летит с полным зарядом. В воздухе сорок минут может держаться. У нас генератор и боец при нём, он и мои аккумуляторы заряжает и всех бойцов что попросят, электроники у нас теперь много. Поэтому «птичка» моя постоянно в воздухе.
Бой в деревне шёл активный, тут уже гвардейцы наступали, нас не поднимали, мы свои задачи выполнили. Пока же отвели в тыл от деревни, нас пополнили, и на навое направление. Так что новые штурмы очередного укрепа. У меня, к сожалению, всего две гаубицы, остальные стволы на себя наводчики гвардейцев перетянули, так что перед штурмом гаубицами начал укреп разносить, который нашей роте, даже не группе, полной роте, приказано захватить. Вот и били по точкам обороны. Хорошо получалось. Причём, укреп уже у нас в тылу, окруженцы блокированы. Потому как вперёд рванули две дивизии, наши решили рискнуть, и вот неожиданность, бои на окраинах Орехова пошли, ещё два полка охватывают город по сторонам. ВСУ сделало ставку на дроны, отвыкли от полноценных боевых действий. Их пехота в основном на добивание работает. А артиллерия слепа. Теперь опишу куда «Шустрый» доставил охранного дрона, и что те успели сделать, пока я спал. Командовал мини‑искин.
Мини‑искин меня поднял примерно в час ночи, как раз к сортиру сходил, получая доклад. А он приказ выполнил, грузовой дрон доставил охранного к «химарсам», дальше боевой всех вырубил из «Подавителя», те часть техники прятали на опушке, пока готовились открыть огонь. Дальше что, дрон не боевой, другого оружия нет, поэтому он сближался и опорой наступал на голову, проламывая череп. Это гарантировано убивает. Даже поднялся в пункты управления, и там поработал. Когда живых там не осталось, благо в чистом поле у опушки те стояли, населённых пунктов рядом нет, то вышел на меня. Так что пока отливал, я подключился через боевика, он как ретранслятор, к системам управления этих установок. Да, мини‑искин дождался сначала, когда установки выгонят, поднимут пусковые, готовя из них вести огонь, и только тут вырубил, как я и приказал. То есть, всё готово, дальше уже с помощью своих разведывательных дронов, подобрал цели, согласно полученным данным, все ракеты были с кассетными снарядами, так что бить надо по пехоте. Одной установкой отработал по одному лагерю, там примерно два батальона было, спали, судя по движению, их перебрасывали к нам, усиливали оборону. Другой установкой по скоплению наёмников. Не всех я проредил ранее. Тут работал где одной ракетой, где парами, меняя. Так что неплохо посетил туалет. Я доволен, вернулся и спать. Кстати, все установки и машины поддержки, с охраной, горели. Да дрон опорой пробивал баки, потом бил до искр по металлу. И те полыхнули. Те что бензиновые. На дрон попало, но это ему нестрашно, закоптился только. Так что зарево оттуда издали видно.
А грузовой дрон и охранный продолжали летать, я уже отметил где вражеские войска, находить, облучать, и ликвидировать, также пробивая черепа опорой. Как стемнеет, укрыть обоих в каком густом и пустом лесу, и на зарядку. До следующей ночи. Поэтому утром, когда получил доклад, узнал, что помимо расчётов тех двух ракетных установок залпового огня, плюс охрана, успели уничтожить ещё восемьсот солдат ВСУ и нацбатов. Надо будет направить на уничтожение наёмников, по переговорам можно определить кто где. Такой приказ кстати, отдал. Да, мини‑искину я закачал программу русского языка и письменности, тот своих теперь и сам слушал с интересом, и уже мне сообщал если что интересное будет. Чуть позже я ввёл и третий грузовой дрон. А там находя мины, батальонные или полковые, ночами подвешивал к системам сброса, и дроны летали, мини‑искин находил интересные цели, и совершали сброс. У меня уже времени на это нет, часть дел пришлось уступить искину. Так что укреп этот окружённый мы взяли, пленных всего с десяток из сотни, нацбат, крепко держались, до последнего, оттого в основном ранеными в плен попали. Эти не сдаются, фанатики Бандеры. Да и мы особо не брали, ворочали тела и находили живых. Сдали укреп тыловым частям, те трупами занимались и пленным, своих раненых в тыл отправили, к сожалению, семь погибло, а сам следом за нашими. Прорыв развивался. А работы штрафникам было немало, где какой серьёзный узел обороны, кидали нас. Причём, наша техника подошла, как белые люди ездили, а не по этой грязи пешком. За следующие три недели, форма у всех превратилась в настолько грязное и ластящееся нечто, что понять какой у неё цвет, просто невозможно было. В бой кидали нас постоянно, никакого отдыха, но вот после трёх недель боёв, вывели. От роты тридцать человек осталось. Мы город Запорожье брали, причём город окружён, и некоторые войска дальше километров на пятьдесят ушли и встали, у окраин Днепропетровска, встав в оборону, наступательный порыв иссяк. Да и линии снабжения растянулись. Так что недалеко ушли, плюс на восток, до Павлограда километров на двадцать не дошли. В сторону Донецка не так и много. Взяли Покровское и встали. Теперь переваривали то, что было взято. А мы уже неделю как вели бои в городе. Запорожье те решили не сдавать, но второй Мариуполь не вышел. Причём на западный берег мы не переправлялись, на своём восточном работали.
Всё же меня вычислили. Я отметил, что каждое моё движение отслеживают минимум пара дронов, коптер и самолётного типа. Да вспомнил кто‑то как я в прошлом году, будучи ротным, взломал и взял под контроль немало дронов и коптеров, разово. Больше такие умения не демонстрировал, но было же. Почему‑то тогда это никого не заинтересовало. А тут и провели аналогию, ВСУ потеряли дроны, именно в тот день как моя группа начала работать. На случайность не похоже. Правда, следили за мной пять дней, но видели, что я своей «птичкой» только пользовался, и часто планшет был у командира группы, тот следил за обстановкой вокруг и управлял подразделением. Иногда я забирал, гонял дрон, на дальнюю разведку. Наводил арту. Плюс трое новичков, что постоянно мелькали рядом. Ну и пусть смотрят, я не демонстрировал что с кем‑то на контакте, а воевал. Особенно эпично смотрелось как я в одиночку на штурм шёл, группа моя позже подтягивалась. По сути я штурма в одно лицо на себе тянул, отчего потери в нашей группе были минимальными. Контрразведке пришлось несколько бойцов переводить в другие группы для пополнения, а нам этих якобы новичков необстрелянных. А те следили за мной. Так что как штурмовик я их поразил, и серьёзно, хотя всех возможностей я не демонстрировал, максимум уровень боевых знаний третьего ранга, а это уровень спецназа. Возможно даже Альфы. Так что убедились, что я тут не причём, со всех сторон проверен и пока отказались от мысли, что я тут причастен. А вот офицеры США и Европы, как раз мной заинтересовались, слушая наших, получили хоть какой‑то ключик к тому, что происходит. А в совпадение те не верили, и уже четыре группы послали, из украинцев и нацистов, за мной. Форма наша, отлично сделанные документы, но все четыре группы были уничтожены. Один раз украинской же артой, я сам навёл их под видом их же корректировщика, что в это время как раз был убит. Три других нашими группами охраны тыла. Две слил с левого источника, другую сами случайно раскрыли.