Выживальщик. Дилогия (СИ)

Вот только никто меня отпускать и не думал, должны были отвезти в полк, хотя командира своего полка я видел в зале, где дивизией командовал два часа. Тоже на совещание прибыл. Это не знакомство, на месте уже нормально со мной познакомиться, но меня не отпустили. Пришлось со всем что выдали спускаться в зал. Так что выглядел я серьёзно. А увешанные на разгрузке и в кармашках ручные гранаты, получил пять «Ф‑1» и пять «РГД‑5», снарядил и вот под рукой, только довершали образ Рембы. Начштаба с удивлением посмотрел на меня, генерала не было, и мотнув головой, чтобы подошёл, спросил:
  
– Что ты там про «Мавики» говорил?
Я молча смотрел на полковника, потом чуть повернулся, и стал резко бить себя по губам пальцами, вызвав хихиканье некоторых свидетелей из молодых специалистов, народу тут в зале хватало. А так, вздохнув, я сказал:
– Готов передать дивизии, шесть «Мавиков».
– У тебя их десять, а у нас в таких дронах острая нужда. Хватит тебе и одного.
– Товарищ полковник, я профессионал. Что вы знаете о методике Шевцова?
– Твоя методика, я так понимаю.
– Так точно, отработал в учебном центре. Сейчас один оператор управляет одним дроном. А я разработал методику управления сразу четырёх дронов. Можно и больше, но мне в центре только четыре машинки доверили. По сути работают стаей. Идут за гусыней, коей я управляю, в автоматическом режиме. По две гранаты у каждого, и работаю сбросами, как отработал, отгоняю дрон, тот в автоматическом режиме возвращается, и работаю вторым. И так пока все дроны сброс не отработают, потом после перезарядки новый налёт. Как вы понимаете, при таких налётах, потери у противника буду в разы выше чем работать одной машинкой.
– Хм, допустим. Ладно, шесть передашь, но все видеоотчёты, а также письменные рапорты о применении, чтобы были у меня на столе.
– Есть, – только и осталось козырнуть мне.
Пришлось сбегать и достав их, незаметно вернутся со стопкой из шести «Мавиков». Их забрал незнакомый лейтенант, как я понял из роты БЛА. Насчёт системы управления спрашивали, но узнав, что одна, поцокали языком в восхищении. Да, пульт и очки у меня лучшие из лучших. Заказ из Китая. Не гражданское, военное оборудование, как я понял, они и на него тоже нацелились, но позже заберут, когда я все дроны потеряю. Тут генерал зашёл в зал управления, осмотрел меня и похвалил:
– Орёл. За «Мавики» спасибо, в дело пойдут. Ещё что есть?
– Грабют, – тихо сказал я, и вздохнув, сообщил. – Спутниковое оборудование связи, интернет. Генератор.
– «Старлинк», что ли? Так и у нас есть, два трофейных аппарата в сборе. Только не работают они у нас.
– Конечно не работают, – усмехнулся я. – Все платные абонементы, что покупаются в России, блокируются на территории Донской и Луганских областях. Нужны абонементы связи, купленные за границей.
– Мы это так и поняли. А раз ты разбираешься в теме, то у тебя оплаченный тариф за границей.
– Во Франции, – кивнул я насторожено. – Готов выдать три абонемента, два месячных и один полугодовой.
– Три годовых и два полугодовых, – сразу же приказал генерал.
– Есть, – уныло сказал я, и достал из кармана карточки, где под защитным слоем уникальные номера абонементов, вносишь и пользуйся. Карточки забрал начальник связи дивизии, «Старлинки», как я понял, на его попечении.
– Какой продуманный сержант, – покачал головой генерал, и ушёл.
Впрочем, меня всё равно не отпустили, отложив вещи и оружие, и почти час общался с полковником. Тот с заметным уважением начал кивать, слушая мои советы по оптимизации работы штаба. И чем дальше, тем больше удивления и уважения во взгляде на меня, у того прибавлялось. Впрочем, на этом всё. Мой командир полка оказывается тоже тут был, задержался из‑за меня, и на его «уазике», под прикрытием «маталыги» с зениткой, мы покатили ближе к передовой. Бойцы на броне «маталыги» активно крутили головами, а мы, общаясь, так и катили. Полковник узнавал меня, составляя своё мнение. Уже у штаба полка тот перепоручил меня своему адъютанту, он тоже в машине был, лейтенант, и тот повёл, пешком, к батальону. Места дикие, так что могут быть налёты. Пока шли, я спросил у лейтенанта Андронова:
– Это наш разведывательный БЛА? – указал я на точку вдали.
– Как ты только рассмотрел? – сделав ладонь козырьком, спросил тот. – Ага, вижу. Без понятия, но висит над нашими позициями, значит, всушный.
– Разрешите сбить?
– Из «Сайги»? Ну попробуй.
– Почему из «Сайги»? Пулемёта хватит.
Вскинув приклад пулемёта к плечу, я приноровился, чуть защитный наплечник мешал, но прицелился, и дал короткую очередь. Пулемёт свободно повис на ремне, стволом вниз, а я пошёл дальше, говоря:
– Всё, сбил.
– Как так⁈ – возмутился Андронов, опуская бинокль, через который наблюдал за падающим дроном самолётного типа.
– Да тут восемьсот метров. Камнем докинуть можно, – отмахнулся я.
Тот только головой качал, пока мы шли дальше. Не говорить же, что с помощью сканера я вижу все дроны на расстоянии километра во все стороны от меня. А нейросеть здорово помогает с прицеливанием. Офицерская же. Кстати, без охраны, вдвоём были. Зашли в землянку штаба батальона, познакомились с командиром, обо мне тут уже знали, как и то что два часа дивизией командовал. Слух разошёлся. Сообщили про сбитый разведчик, впрочем, те видели его падение, туда уже двинули два бойца, подобрать, на запчасти, а комбат, отпустив адъютанта командира полка, сам повёл к роте. Пока шли, знакомились. Это был майор Кортнев. К каким тот выводам пришёл я не понял, но познакомил с бойцами, те на опушке порубленного снарядами леса стояли, и только тут я узнал, что именно мою роту давили огнём сегодня утром, две роты ВСУ, включая наёмников из Польши, и сюда те три «коробочки» шли. А так отбились, нацики сами ушли, разведка у них превосходная, видели, что взвод идущий на помощь, с фланга заходит, мог отрезать от своих и поспешили отойти. На этом всё, тут стало тихо. Взвод вернули, он резервный. Выяснил что офицер в роте всё же есть. Прапорщик Лапин, ротный старшина, что сейчас по мимо прочего и ротой командует. Взводами сержанты. Всего в роте сорок семь бойцов, но комбат сегодня обещал одиннадцать бойцов пополнения, из дивизии уже направляют, новички из добровольцев. Так как не одна моя рота понесла потери, то и другим направляют, постепенно доводя до штата. Ещё и сегодня рота потеряла два десятка, убитыми шестерых, остальные ранеными. Их уже эвакуировали в медсанбат, и там в госпиталь. Так что сорок семь, это с сегодняшними событиями. Ну и я теперь сорок восьмой. Рота держала два опорника, бывшие укропские, в одном пятнадцать бойцов с сержантом, во втором, что и сдержал штурм, остальные стояли. Сейчас бойцы всё поправляли. Тут же и ротного место.
В общем, познакомился с частью бойцов, позже ко второму опорнику схожу. Когда я оставил вещи, там ротная лежанка была, покинул с комбатом землянку, то раздался крик наблюдателя:
– Воздух!
Впрочем, я и сам видел, что летят пять дронов‑камикадзе, сканер показал. При мне только «Сайга», так что вскинув ту, быстрой очередью сделал шесть выстрелов. Пяти не хватило, по одному дрону пришлось повторно отработать. А так один взорвался в воздухе, два рухнув на землю, подорвались, а два просто упали. Потерь не было, кроме одного бойца которому кусок пластика воткнулся за ухом, под краем шлема. Его перевязывали.
– А‑ахренеть, – только и протянул с восхищением комбат и влюблённо посмотрел на мою «Сайгу».
Начав что‑то подозревать, я постарался убрать её за спину. Методы офицеров дивизии я уже знал. Отберут и не почешутся. К счастью, обошлось, облапав меня, тот оформил сбитие дронов, с теми двумя аккуратно сапёр работал, все дроны полагается сдавать в роту БЛА, и направился к себе. А я сообщил в штаб дивизии о сбитии пяти, с помощью «Сайги». Причём, всё это заснято на мои экшэн‑камеры, пришлось делать копии и их отправлять. «Старлинк» свой для этого развернул и запустил годовой абонемент. Теперь у меня прямая связь со штабом дивизии, что перехватить нацики не смогут. Наши переговоры по рациям те слушают как свои. Впрочем, это не все события за сегодня.