Рерайтер (СИ)

— Ага, понятно, понятно, — бормотал он, что-то ища глазами, и не найдя решил всё-таки спросить, — а где сама ЭВМ.
— Вот этот прибор, — девушка показывает на ящик под телевизором-монитором, — называется он Эврика. На выставке представлены два экземпляра микро ЭВМ.
— Такой маленький, — удивляется товарищ, — и сколько арифметических действий он может выполнить?
— Эм… — теряется Надежда, но быстро приходит в себя, — Эврика предназначена не только для выполнения всех арифметических действий, на ней можно решать сложные математические задачи.
  
— Математические задачи нам не нужны, — отмахнулся посетитель, — нам нужно кое-что попроще, например расчёт зарплаты.
— А, такие задачи наша Эврика решать может, — и Лапшина, запускает программу «Электа», с заранее введёнными данными, — вот посмотрите это электронная таблица, с примером расчёта зарплаты. Вот страничка со ставками и расценками работ по разрядной сетке, здесь данные по отчислениям и образовавшейся задолженности работников, а вот тут сам табель, можно учитывать работы, как по нарядам, так и по окладам.
— А аккордные работы? — Тут же влезает вопросом товарищ.
— Нет, аккордные работы здесь не учитываются, так как там рассчитывать ничего не надо, но их можно учитывать как особого рода вознаграждения. Зато предусмотрены больничные и командировочные.
— И сколько работников она может рассчитать?
— В этой электронной таблице записано пятьдесят работников, но если этого мало, то можно организовать несколько электронных таблиц, которые могут храниться на вот таком магнитофоне, — Надя показывает на наш магнитофон, — по мере необходимости они загружаются в память и туда вносятся изменения.
— Эх, жаль я своего главного бухгалтера с собой сюда не взял, — запричитал посетитель, и тут же задаёт следующий вопрос, — А на ЭВМ вроде расчётные листки работникам выдают, а то много времени на выяснения приходится тратить.
— Да, такая возможность имеется, — девушка быстро набирает несколько команд и принтер застрекотал, и через пару десятков секунд протягивает ошарашенному товарищу расчётный листок некоего Иванова Ивана Ивановича.
— Так просто, — удивляется он.
— Это выглядит просто, — улыбается Надежда, — на самом деле у каждого предприятия есть свои нюансы в расчетном алгоритме зарплаты, поэтому в электронную таблицу надо вносить изменения, а для этого вам придётся нанять программиста, который должен будет пройти обучение. Да и показали вам вариант, который только демонстрирует возможности «Эврики», на самом деле, тут требуется серьёзная работа.
— А я думал вот оно решение наших проблем, — сразу погрустнел товарищ, — и, кстати, где можно заказать такие машинки?
— К сожалению, промышленность к выпуску таких микро ЭВМ ещё не приступала. На этой выставке как раз и будет определяться потребность в них.
Пока мы окучивали одного посетителя, нами заинтересовались сразу трое, ну а дальше начался конвейер, и у нас не хватало времени даже поделиться между собой впечатлениями. Людей интересовало всё, один даже решил проверить наше утверждение, что Эврика это полноценная ЭВМ и попросил Надю написать программку с его алгоритмом по решению какой-то задачи. И Лапшина справилась с ней на ура, каких-то пятнадцать минут и программку запустили на исполнение, это определённо вызвало ажиотаж среди праздно шатающихся по выставке посетителей. Никогда на их глазах так быстро не происходила отладка программы. Но самый шок получился у того, кто хотел уличить нас в обмане, когда на экране монитора появились числа показывающие число итераций.
— Она так быстро считает? — Удивился он.
— А что вас удивляет? — Спрашивает девушка. — Вы же видели характеристики процессора, он работает на частоте двух мегагерц.
— Это частота работы у него такая, — возражает посетитель, — а операций в секунду у него должно быть значительно меньше, из-за разрядности.
— Ну да, операций в секунду действительно меньше, — кивает она, — и не только из-за разрядности, тут ограниченное число команд процессора тоже свою лепту вносит, но за счёт скорости работы процессора этот показатель работы всё равно достаточно высок. Особенно это будет заметно на задачах с большим количеством переменных, тут память ЭВМ работает на частоте процессора. И да в нашем институте уже разработан сопроцессор, который значительно ускорит работу с математическими операциями.
— Как, можно и ещё ускорить? — Удивляется он и тут же спрашивает. — А памяти здесь сколько?
Вот для кого мы здесь развешивали плакаты, если никто их не читает?
— Около тридцати двух шестнадцати разрядных кило слов.
Вокруг слышится вздох:
— Надо же, восемь кубов памяти не пожалели.
Это они чьи кубы памяти имеют ввиду? Непонятно, надо бы уточнить, а то скажут «куб памяти» и ничего не поймёшь. Фух, наконец-то от настырного товарища отделались, но тут же прицепился другой:
— А что это у вас за печатная машинка такая?
Я заметил, он вокруг неё уже который круг наворачивает.
— Это консольная машинка IBM Selectric Composer, — отвечает Надежда, — не надо на неё обращать внимания, она здесь только потому, что задержали с поставкой консоли «Консул» выпуск которой начинается в Чехословакии.
Вот так сработала наша домашняя заготовка, это мы придумали для того, чтобы нас не обвинили в пропаганде электронного оборудования из США. В отличие от моей реальности, здесь не было идиотского закона о копировании зарубежных компьютеров, своими силами пока справлялись, хотя в программном обеспечении отставание было видно невооружённым взглядом. Однако товарищ не обратил внимания на слова девушки, а покачал головой:
— Умеют же делать, а наши до сих пор щи лаптем хлебают. Почему бы вот такую же не делать?
— Так запатентованная конструкция, — возражаю ему, — к тому же тут электроники много запихали, дорогая она.
И тут, что-то мне показалось странным, будто только что видел знакомое лицо и тут же потерял.
— Академик Сергей Алексеевич Лебедев, решил ознакомиться с вашей экспозицией, — вдруг встряла «железяка», — и она его заинтересовала.
Я резко разворачиваюсь к стендам и вижу стоящего перед плакатами академика. Но подходить к нему не стал, вдруг он не захочет со мной говорить, по слухам он вообще молчун. Дальше посетители опять отвлекли меня своими вопросами, и всех неожиданно заинтересовала Ява. Это видимо от того, что большинство из них видели, как быстро девушке удалось в этой среде создать программу и запустить её на исполнение.
— А кто разработчик этой «Явы»? — вдруг задали главный вопрос, и автором этого вопроса как раз и являлся Лебедев, который тихонько прокрался поближе к столу.
— Авторы студенты МИЭТ, — отвечаю я не моргнув глазом.
— Это понятно, — отмахивается Сергей Алексеевич, — я хотел узнать имя руководителя проекта.
— Студент третьего курса Андрей Климов, — продолжаю я свою игру.
Лапшина негромко хмыкнула, и с хитринкой взглянула на меня, и это не укрылось от академика.
— И что здесь смешного? — Удивился он поведению девушки.
— А то, что этот Андрей Климов перед вами, — продала меня напарница.
— Ну, вот кто тебя просил? — Расстроился я.
— А что здесь такого? — Сделала она удивлённые глазки. — Или известность спать не даёт.
— Ага, — смекнул Лебедев, не обращая внимания на нашу перепалку, — ты то мне и нужен.
Нормально поговорили, я показал как работает интерпретатор, режим защиты процессора, на случай пуска некорректных программ и заодно познакомил с электронной таблицей.
— А вот тут у вас говорится о том, — он махнул в сторону плаката, — что ваша микро ЭВМ может работать с БЭСМ-6, как удалённый терминал. Это каким образом? Там вроде бы такой возможности не предусмотрено.
  
— Она может работать с любыми портами, ввода/вывода, главное чтобы они в этот момент были активны.
— Понятно, а что можете сказать о многотерминальном режиме?
— Так это уже не наша задача, — пожимаю плечами, — тут надо писать управляющую программу для БЭСМ, которая будет осуществлять многотерминальный режим. Но в данном случае не вижу в этом смысла, «Эврика» самодостаточна, в ней можно редактировать программу и отправлять её на большую машину для исполнения, поэтому терминальный режим тут не нужен.