Холодный ветер

– Да, – ответила я, быстро взглянув в сторону Доннера.
Он сидел на корточках, разглядывая разбросанные повсюду вещи, и на меня не посмотрел.
Мы с Грилом дошагали до пикапа и забрались внутрь. Он сразу завел мотор.
– Все нормально?
– Да, в порядке, – ответила я.
– Отлично. Хоть мне и не стоило соглашаться на твой приезд, но спасибо, что не мешалась.
– Без проблем.
  
– Отвозить тебя нет времени, мне нужно попытаться найти того, кто здесь живет. Слушайся меня во всем, ясно?
– Без проблем, – повторила я, пристегиваясь.
 
Глава седьмая
 
Грил не стал заводить разговор за рулем. Он думал, как было ясно, о работе, но мне хотелось задать пару вопросов.
– Почему ты ничего не сказал Кристин о девочках? – спросила я.
– Ах да. Выглядело странно, правда?
– Немного.
– По поводу девочек я связался с нужными службами, а Кристин решил не вмешивать. Вообще она судмедэксперт, но мне кажется, она сразу бросится вызывать из Джуно социальную помощь. Возможно, рано или поздно это понадобится, но мне бы хотелось, чтобы сначала у родственников была возможность найти девочек.
Я кивнула.
– Разумно.
– И спасибо, что не стала о них болтать.
– Думаешь, кто-то каким-то образом все тут раскопал, чтобы спрятать тело, а потом вмешалась матушка-природа с оползнем?
– Не знаю. Такое провернуть непросто, но в целом ничего невероятного, – ответил он.
Грил неожиданно замолк, и я подумала, что здесь что-то нечисто.
– Что такое? – сказала я.
Он покачал головой.
– Летом много чего случилось.
– Например?
Грил еще поколебался, но затем снова покачал головой.
– Много чего, но вот оползень был из ряда вон.
– А тут часто исчезают без следа или попадают на природе в беду?
– Бет, ну ты даешь. На Аляске ежегодно пропадает без вести пара тысяч человек. Здесь огромные пространства. Всякое случается. Иногда тела находят, а иногда и нет. Мы как-то нашли череп и рядом с ним скелет. Исследовали их и узнали, что принадлежали они разным людям. Череп был человека, который прятался на Аляске, а тело другого – тот просто приехал попутешествовать. Их обоих убили медведи, и останки как-то оказались в одном месте. А самое странное – ко всему прочему – обоих звали Дэйвами.
– Поразительно!
– Сущая правда.
– Каждый год пропадает больше двух тысяч человек? – переспросила я.
Грил мрачно кивнул и повторил:
– Здесь огромные пространства.
– Вот это да.
Грил объезжал какие-то ямищи, и мы замолчали.
– А как считаешь, девочки связаны с погибшей женщиной? – спросила я, когда дорога снова выровнялась.
– Пока непонятно. Никаких подтверждений нет, так что стоит быть непредвзятым.
Он скользнул по мне взглядом и снова перевел глаза на дорогу.
– Кристин я о девочках не говорил, но скажу. Она же не следователь – да и не хотел я, чтобы они с криминалистами исследовали место преступления, заранее составив мнение обо всем.
Грил, наверное, чувствовал свою вину в утаивании информации, но его соображения я понимала.
– Как думаешь, это девочки издавали те звуки, что слышали мы с Рэнди?
– Вполне возможно, но опять-таки нет никаких данных. Я ни звука от них не услышал. И ты ведь не слышала? Они что-то делали, что может связать их с произошедшим? Что ты позабыла мне сказать?
– Нет, не делали, – ответила я. – Но звуки точно были.
– Две грязные таинственные девочки, не проронившие ни слова. И труп. Тревожно это все.
Я кивнула; нахмурившись, Грил посмотрел вперед и по сторонам. Для пикапа дорога была узковата, и приходилось ехать медленно и очень осторожно. Но долго колебаться, как сделала бы я, Грил не стал. Я задумалась, насколько рядом с ним чувствуешь себя в безопасности. Я ему полностью доверяла, но меня не покидало ощущение, что я вышла за невидимые рамки, в которых стоило держаться. В животе ощущалось беспокойство и растущее чувство пустоты.
Я всмотрелась в Грила, собранного, целеустремленного. Он был хорошим полицейским и человеком. Если мы заблудимся (чего не случится), если нападет медведь (а это всегда возможно), Грил найдет способ спасти положение. Моего похитителя здесь нет. Я по-прежнему в безопасности.
Я уселась поудобнее и прокашлялась. Отводя взгляд от профиля Грила, заметила какой-то проблеск посреди засыпанных снегом деревьев. Просто солнечный луч пробился сквозь облака и отразился от снежной линзы.
Но меня он унес в совершенно другое место. Только что я сидела рядом с Грилом и думала, что в безопасности, и вот я уже в прошлом. Там, откуда так сильно старалась сбежать. Серебро. Серебряная сережка в ухе моего похитителя. Мысленно я видела, как она блестит на свету, проникавшем в фургон через ветровое стекло. Она была в форме серебряного перышка. Лица похитителя я по-прежнему не помнила, но голубые глаза, оказывается, запомнила. Он посмотрел на меня и что-то сказал, и когда я окинула его взглядом, то заметила проблеск на ухе.
Я ничего не ответила.
– Нет, – промычала я, в прошлом и в настоящем.
– Бет?
Меня втянуло обратно в настоящее, как сквозь туннель.
– Что там? – спросил Грил.
Я покачала головой, обрадовавшись скорому возвращению в реальность, но не желая рассказывать, что произошло, – даже тому, кому настолько доверяла.
– Извини. Просто очень надеюсь, что удастся разузнать все про девочек.
– Конечно. Рано или поздно узнаем.
Уколы боли начали окружать шрам. Я сжала зубы. Сейчас не время. Закрыть глаза и расслабиться, чтобы смягчить боль, в одной машине с Грилом не получалось. Выговориться я не могла. Я с трудом сглотнула, надеясь, что прыжков в прошлое больше не будет.
– Ты только посмотри, – сказал Грил без малейшего оживления.
Я перевела взгляд в том же направлении, что и Грил, радуясь, что могу выбросить из головы… мысли о своей голове.
Среди деревьев виднелся явный просвет. Шириной всего фута в четыре – пикап бы не проехал, – но, несомненно, кем-то расчищенный путь.
Грил заглушил двигатель и посмотрел в заднее зеркало. Дорога, по которой мы ехали, была достаточной ширины для пикапа, но совсем впритык. Нужно было или сдавать назад, или продолжать ехать дальше и искать, где развернуться, не задев дерева. Куда ни глянь, места мало.
– Мне придется идти пешком, – сказал Грил, глядя через просвет. – Закройся в пикапе и, если что пойдет не так, удирай на полной скорости. Если не вернусь через час, уезжай.
– Нет, – ответила я с непрекращающейся болью в голове. Хоть бы не сейчас!
– В смысле «нет»?
– Я не буду ждать в пикапе и без тебя не уеду.
Он посмотрел на меня.
– Ты должна выполнять мои приказы.
– Не должна. Ни за что не буду сидеть в машине, не зная, что происходит. Я иду с тобой.
– Ты же сказала, что будешь меня слушаться.
– Что ж, не в этот раз.
– Бет!..
– Мне без разницы, что ты думаешь. Абсолютно. – Я вложила в свой взгляд столько безразличия, сколько мне позволяла головная боль. – Тебе придется меня пристрелить, если хочешь, чтобы я осталась.
– Тогда не мешай, – сердито сказал Грил, дернул дверную ручку и вылез из пикапа.
– Не буду, – пробормотала я себе под нос, точно так же вылезая со своей стороны.
Грил был уже немолод, стройностью не отличался и спортом не занимался, но ходить он умел, и мне пришлось ускорить шаг, чтобы держаться наравне.
Он постепенно успокоился, не переставая осматриваться. Я надеялась, что он сосредоточится на поиске улик, полезных для раскрытия дела замерзшего трупа и двух молчащих девочек, а не будет на меня злиться. Молча я следовала за ним.
  
Деревья здесь стояли чаще, чем возле сарая, и больше походили на типичный аляскинский лес, каким я привыкла его видеть: стволы совсем рядом друг с другом, толстый слой опавшей листвы мешает идти – но грязи меньше, а снега совсем чуть-чуть. Грил передвигался здесь лучше, чем я, но и у меня выходило неплохо. Он остановился, положил руку на пистолет в кобуре, висящей у него на поясе, и я обрадовалась передышке.