В чертогах памяти (СИ)
— Если пациент хочет жить, медицина тут бессильна, — ровным тоном ответил Минж Фенг, заместитель Липецкого.
Представитель медицинских кругов Теократии восседал на стуле и самым наглым образом пускал колечки дыма из трубки с длинным чубуком. При ярком свете ламп хирургического блока было видно, как посерело и осунулось его лицо.
— Не спорю, живучесть у молодого человека на высоте, да. Но ты проспорил мне 10 рублей. Сказал, что он очнётся после пяти, а сейчас четыре пятьдесят семь.
— Как видишь, несмотря на твои возражения, я правильно рассчитал дозировку. Три минуты мог бы и простить.
— Медицина — наука точная! Три минуты имеют значение, да! Так что выкладывай чирик и не дерзи старшим.
— Запиши на мой счёт, — проворчал Фенг, пуская очередной колечко.
— Ты должен простить Минжа, да, — громким шёпотом проговорил перерождённый Саймону, пока верхняя пара его рук что-то быстро набирала на планшете, в то время как нижняя поправляла и ставила новые датчики на грудь мутанта. — Он должен мне уже двести семьдесят четыре рубля и пятьдесят копеек. А ещё мы почти двадцать часов собирали твою руку по кусочкам, да. Та ещё работёнка, скажу тебе.
— Гораздо проще было бы произвести ампутацию и потом пришить ему клонированную конечность. Или поставить бионический протез, если у кого-то предубеждения против клонированных органов.
— Всё бы тебе резать, да. Просто мясник какой-то! — возмутился Липецкий. — Разве не интереснее восстановить и усовершенствовать, чем прибегать к суррогатам?
— Спросил старейший в мире перерождённый…
— И как старейший в мире перерождённый могу сказать тебе, что замена органов имплантами должна происходить лишь в случае крайней необходимости, да! А пересадка мозга в искусственное тело — вообще плохая идея. Тупиковая ветвь эволюции, сказал бы я, если бы это вообще можно было назвать эволюцией!
— Простите… — робко произнёс Саймон, поёрзав в кресле.
— Ты поражён? Это неудивительно, да! Технически, я был четвёртым, но первые две пересадки прошли неудачно, а номер три съехал с катушек через несколько лет, так что пришлось его пристрелить, — киборг наставительно помахал пальцем правой верхней руки. — Поэтому я действительно…
— Я просто хотел узнать, когда смогу чего-нибудь перекусить. А то в желудке сейчас дыра образуется.
— Понятное дело! В тебе сейчас столько регенерата [14], что можно голову отрезать — отрастёт новая. С другой стороны, из-за этого ускорился метаболизм, да. На, пососи бульончик, — с этими словами перерождённый вставил в рот мутанту длинную пластиковую трубку
С опасением втянув в себя содержимое, Огр с удивлением ощутил на языке мясной бульон. Пресный, но все равно изумительно вкусный.
— Фпасибо!
— Не говори с набитым ртом, да, — это неприлично! А пока ты питаешься, давай посмотрим на результат наших стараний.
Небрежным движением врач откинул ткань, до сих пор скрывавшую правую руку мутанта. В отличие от левой, на этой фиксирующий ремень оказался выше локтя — всё, что ниже, было заключено в прозрачный пластиковый контейнер, наполненный каким-то раствором. Выглядела рука не очень — пальцы и кисть распухли, напоминая сардельки. Отчетливо выделялись швы, покрытые множеством воздушных пузырьков. Вся эта «красота» была плотно упакована в жесткую пластиковую шину, не позволяя конечности шевелиться. Хрюкнув, мут чуть не выплюнул трубку с бульоном, пустив струйку жидкости по подбородку.
— Посмотри, Минж, по-моему очень даже неплохо, да! — воскликнул Липецкий, мимоходом стерев салфеткой бульон с лица пациента.
— Ещё бы. Учитывая, сколько времени мы на него потратили, — меланхолично отозвался теократ, посасывая чубук.
— Не слушай его, он просто восхищён, да! — проворчал перерождённый, пристально изучая контейнер. — Когда дроид свалился на тебя, силовая броня смогла предотвратить фатальные повреждения организма. Синяки, ссадины, пара трещин — всё это несущественно, да. Но рука — совсем другое дело. Этот недружелюбный механизм полностью раздробил тебе кости запястья и почти все фаланги пальцев. Локтевая и лучевая кости тоже были повреждены, да. Нам пришлось изрядно повозиться, доставая всю эту крошку и заменяя их новыми, распечатанными на 3D-принтере.
— Я всё еще остаюсь при своем мнении, — хмыкнул Фенг. — Гораздо проще и быстрее было бы просто отрезать повреждённую часть, а потом пришить клонированную.
В ответ киборг раздраженно всплеснул всеми четырьмя руками:
— Господи, Минж! Где твоя жажда знаний? Где желание творить? Искать новое?
— Я хочу спать, есть и спать. Так что где-то после второго «спать».
— Зануда! — буркнул Липецкий, ткнув пальцем в планшет. — Алле оп!
Саймон ощутил несильный толчок в области запястья, после чего между костяшками пальцев возникли три лезвия, каждое сантиметра три длиной и полтора — шириной.
— Ах ты моя маленькая Росомаха, да! — умилился перерождённый. — Лезвия из твердых полимеров, любой металлодетектор пройдешь на «ура». А если кто-то решит проверить тебя на рентгене, всегда можешь сказать, что была операция по восстановлению, да! Однако настоятельно не рекомендую тыкать ими в твердые поверхности — выбьешь из пазов, вправлять придется у хирурга. Резать колбасу, копаться в земле и тыкать в трупы тоже не стоит. Сам видишь, лезвия выходят через кожу, повреждая эпидермис и мелкие сосуды, так что можно легко подхватить заражение. Что ещё? А! Сейчас ты под обезболивающим, но в дальнейшем процесс выдвижения будет немного болезненным.
— Очуметь, какое усовершенствование, — иронично заметил друид, выбивая трубку в стоящий рядом лоток. — Лучше бы мы ему хвост пришили, и то полезней. Смог бы мух отгонять.
— Не обращай внимания, Минж просто завидует! Всегда полезно иметь туз в рукаве, да! — заявил Липецкий, отбирая у пациента трубку с бульоном и взамен водружая ему на голову шлем с кучей разнообразных проводов. — А теперь займемся калибровкой!
— Чем займемся? — с опаской переспросил мутант, вспомнив, что до сих пор находится в ложементе, накрепко пристегнутый ремнями.
— Калибровкой! В отличие от Росомахи, который с детства выпускал когти, твой мозг не воспринимает наш небольшой апгрейд в качестве части твоего тела. Так что сейчас будем его этому обучать, да!
***
Калибровка затянулась далеко заполночь. Доктор Фенг удалился уже через час, прямо заявив, что ему больше нечего тут делать, а спать он предпочитает в кровати. Вместо него всё оставшееся время перерождённому ассистировала немногословная медсестра. Затем вымотанного мутанта напоили новой порцией бульона и перевели в бокс.
Утром к раненому старлею завалилось всё отделение во главе с Кривичем. Убедившись, что раненый не только подаёт признаки жизни, но и вполне функционирует, бойцы тут же потребовали подробностей схватки с роботом.
— А то Викуля так красочно всё расписала, что Ким до сих пор стыдиться, что не позволил тебе собственноручно порвать железяку в куски, — усмехнувшись, пояснил майор. — В следующий раз, говорит, даже заводиться не стану.
— Киму я ещё проставлюсь. Если бы не он, я сейчас бы не на кроватке лежал, а в цинке, — вздохнул Саймон, вкратце поведав все перипетия драки. — Но сначала морду набью, за то, что ехал так долго.
— Нормально он ехал. Просто болтаясь на спине ЗАКа [15], ты ему всю линию огня заблокировал.
— ЗАКа? Я думал, это боевой дроид.
— Прикинь, босс! — не выдержал Малёк. — Оказывается, какой-то умелец поработал над консервой и почапал путешествовать. А потом внутри и скопытился. А бортовой ВИ после смерти пилота нашёл укрытие и перешёл в режим ожидания!
— Серьёзно? И давно он там сидел?
— А чёрт его знает, — пожал плечами Кривич. — Достаточно давно, чтобы тело полностью мумифицировалось. Правда, Ким немного увлекся, спасая твою задницу, так что от ЗАКа остались только ручки да ножки. Капсула вся в труху, от пилота уцелели только пятки, в силовой установке можно макароны сбрасывать. Технари и наука до сих пор распихивают все по мелким пакетикам и поминают вас обоих добрым словом…