В чертогах памяти (СИ)
В-третьих — командир отряда, захвативший их в плен. Даже если отбросить в сторону его внешний вид и экипировку, он был не так прост, как казалось на первый взгляд. Всё время, пока пленников вели по лагерю, каждый встречный немедленно замирал и приветствовал его, вскинув правую ладонь к виску, несмотря на то, что один из таких был в капитанском звании. Сам же великан отделывался незначительным кивком и невозмутимо шагал дальше. Единственное исключение произошло, когда на пути попалась еще одна фигура в силовой броне. Идущий навстречу воин, отличавшийся от сопровождающего разве что чуть меньшими размерами, остановился, громыхнул правым кулаком в районе сердца и гаркнул:
— Para la Gloria de Dios! [10]
— En su nombre! [11] — отозвался великан, ответив точно таким же салютом.
«Первый среди равных?» — иронично подумал Ромуальдыч, продолжая гадать, что же за типы сидят внутри силовой брони и каков статус захватившего их вояки. Впрочем, гадать оставалось недолго — вскоре они оказались у северной границы лагеря возле шести подозрительных ям, накрытых основательными решетками, сделанными из толстых веток. Конвоиры остановились, после чего вперёд выпихнули Огра. Один из штурмовиков, как Ром про себя обозначил ребят в тяжелой броне, избавил мутанта от верёвок. Великан дёрнул пленника за куртку и коротко приказал:
— Снять!
Мрачно смерив противника взглядом, Саймон принялся медленно стягивать куртку, стараясь не морщиться от боли в запястьях. Терпеливо дождавшись окончания процесса, великан забрал трофей и ткнул пальцем в бронежилет:
— Снять!
Мут неловкими движениями расшнуровал завязки и стянул с себя защиту, оставшись в одной футболке. В голове назойливо крутилась мысль, что сейчас его попросят снять штаны. Однако вопреки ожиданиям, у него просто забрали бронежилет и вернули куртку. Затем, повинуясь приказу, один из солдат с видимым усилием приподнял решётку на первой яме.
— Прыгать! — снова приказал великан.
Сжимая в руках куртку, Огр подошёл к краю и заглянул внутрь.
— Да тут метра три! — возмутился он. — Вы бы хоть лестницу дали!
— Прыгать! — нетерпеливо повторил воин, шагнув к пленнику.
Поняв, что, так или иначе, он окажется внизу, но в любом случае — без лестницы, Саймон вздохнул и спрыгнул в яму. Убедившись, что пленный благополучно прибыл к месту назначения, штурмовик положил решётку на место. Следующим вперёд вывели Малька и ситуация повторилась. Вскоре весь отряд оказался распределён по «камерам», разве что всех остальных рассадили по парам.
— Ну что, шеф, сразу подкоп копать будем, или подождём немного? — мрачно пошутил Мастер, оказавшийся соседом Ромуальдыча.
— Пожалуй, подождём пока, — решил капитан. — До первого допроса.
***
Оказавшись на дне ямы, Саймон тихо матюкнулся и тут же натянул куртку — погода и так не слишком радовала теплом, а внизу было совсем прохладно. После этого он долго стоял на месте, напряжённо вслушиваясь в доносившиеся сверху звуки. Солдаты, взявшие их в плен, были профи — это поняли все, но тот же Малёк мог легко что-нибудь отчебучить, пытаясь проверить степень этого профессионализма и рамки дозволенного. Но сверху было относительно тихо. Возможно, наглядная демонстрация мутанта, дёргающего ножками в воздухе, произвела впечатление даже на неугомонного снайпера, отчего тот проникся всей серьёзностью ситуации.
— Сука! — негромко выругался Огр, вспомнив свою беспомощность и потирая рукой шею.
Шея до сих пор болела. Мысленно сделав себе зарубку поквитаться со здоровяком, мут наконец принялся осматривать свою новую обитель. Полевое КПЗ [12] представляло собой яму два на три метра, выкопанную явно механическим способом. Высота была порядка трёх метров — даже вытянув над головой руки, Саймон не смог дотянуться до деревянной решётки. Не сказать, чтобы сильно надёжное узилище, если не брать в расчёт веревку, которая фиксировала эту самую решетку, и часовых, прогуливающихся вокруг. Зато в углу стояло ведро с крышкой, намекая на минимальные удобства. Не пять звезд, конечно, но, по крайней мере, не придётся гадить в углу. Удовлетворившись осмотром, мут присел на брошенные возле стены шкуры…
— Бл…ь!!!
Если бы он собирался бежать, то в этот момент это вышло бы проще всего. Во всяком случае, вспоминая потом этот момент, Огр готов был поклясться, что макушкой коснулся веток, из которых была сделана решётка.
— Не надо кричать, — буркнул невзрачного вида мужичок, откинув шкуру, служившую ему одеялом. — Слепой совсем? Не видишь, занято место.
Некоторое время мутант тупо пялился на своего сокамерника, пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Из ступора его вывел голос Рома, прилетевший из ямы по соседству.
— Огр? Ты там живой?
— Жи… — попытался ответить Саймон но поперхнулся, пустив петуха. Кое-как справившись с голосом, он крикнул: — Живой.
— А чего орёшь, как институтка при виде таракана?
— С соседом познакомился.
— Так у тебя сосед есть? А мы-то думали, с чего тебе такая честь в одиночке прохлаждаться…
— Cállate! — прилетел сверху знакомый окрик.
Подняв голову, мут с ненавистью уставился на пару солдат, возникших на фоне неба в клеточку. Убедившись, что заключенные успокоились, один из них приподнял решетку, а второй скинул какой-то свёрток. Дождавшись, пока тюремщики исчезнут, Саймон подобрал «передачу». Это оказался один из спальных мешков, реквизированных у «наёмников». Быстро обустроив себе спальное место напротив соседа, мутант наконец-то смог плюхнуться на задницу без опаски отморозить жизненно важные органы.
— Ну что, давай знакомиться? — хмыкнув, он протянул мужичку руку. — Михаил Корпатов, наёмный отряд «Елефанты».
Тот некоторое время разглядывал протянутую ладонь, словно вспоминая, что нужно делать, а потом нерешительно пожал её.
— Егор. Егор Науменко.
— Будем знакомы. Давно ты здесь?
— Четыре ночи. Три дня.
— Ничего себе! — Присвистнул мут. — Как тебя вообще угораздило?
— Шёл по лесу, услышал шум. Пошёл посмотреть. Пока смотрел, не заметил, как подкрались сзади. Начали стрелять, ранили Бегуна. Хотел спасти, но они накинулись, ударили по голове. Очнулся уже в железной коробке, связанный. Потом в яму кинули.
— А Бегун — это кто?
— Волк, — коротко бросил Егор и тут поспешно добавил, словно ощутил реакцию собеседника. — Ручной.
— Понятно, — задумчиво бросил Огр, изучая собеседника.
Мужичок был, мягко говоря, странный. Одет в шкуры, словно дикарь какой-то. Разве что на ногах растоптанные сапоги, а не самодельные унты. Говорит короткими фразами, словно давно не практиковался и теперь вспоминает человеческую речь. Волк ручной, опять же. Да и обстоятельства пленения довольно необычные… Саймон замер, ухватив за хвост промелькнувшую мысль.
— Слушай, а что ты тут вообще делал? До КСП километров тридцать, не меньше.
— До чего? — удивился Егор.
— Контрольно-следовой полосы, — объяснил мут и поправился, заметив недоумение в глазах соседа. — До границы Диких Земель, в общем.
— Так живу я здесь, — бесхитростно ответил тот.
— В смысле — «здесь»? — уточнил поражённый мут. — В Диких Землях?
— Ну да, — подтвердил Егор.
Услышав ответ, Саймон опять задумался. Решив, что Науменко потомок кого-то из тех, кто остался жить в округе после уничтожения Осинска, он продолжил расспросы, но собеседник тут же развеял эту теорию. Его история оказалась чуть более мелодраматичной, но всё же вполне человеческой. Рано осиротев, он попал к дальним родственникам, живущим в соседней деревне. Новая семья оказалась не слишком рада лишнему рту, поэтому мальчика заставляли отрабатывать каждую крошку хлеба. Вскоре он превратился практически в раба, выполняющего самую чёрную работу, донашивающего обноски от троюродных братьев и питающегося практически объедками.
Не выдержав издевательств, Егор сбежал, но перепутав направление, умудрился забрести на территории Диких Земель, сам не заметив, как пересёк границу. К счастью, вскоре он наткнулся на брошенный хутор, где и поселился. Несмотря на то, что беженцы в свое время забрали с собой практически всё, что могли увезти, забытых и брошенных вещей мальчугану вполне хватило для относительного комфортного существования. Тем более, жить он стал намного лучше прежнего.