В чертогах памяти (СИ)

В эту чудесную майскую субботу старший из младших Грэев уже отработал свою смену на водоочистительной станции, куда не так давно его устроил отец. В обычной ситуации после этого они вдвоём возвращались пешком домой, предвкушая ужин. Однако из-за растущей напряженности в городе, Джейсон Грэй всё-таки вступил в дружину. Взяв с сына обещание чесать домой кратчайшим путём и нигде не задерживаться, он ушёл на очередное собрание за которым следовало патрулирование улиц до самой ночи.
Честно глядя отцу в глаза, Сай, ни капли не кривя душой, клятвенно заверил, что помчится домой как вихрь. И правда, путь, по которому он побежал, был ненамного длиннее обычного маршрута. А то, что Леночка сегодня задержится, он ну никак не мог знать. Обычно она возвращалась немного раньше, поэтому юный мутант большую часть пути преодолел вообще бегом, стараясь не опоздать к этому важному моменту…
Семейству Корнеевых принадлежала небольшая бакалейная лавка, в которой, помимо консервов, муки и прочих продуктов первой необходимости, можно было приобрести чудесные сдобные булочки. Эти вкуснейшие кондитерские изделия пекла матушка Леночки, обеспечивая лавке небольшой, но стабильный дополнительный доход. Любой, кто хоть раз их попробовал, тут же начинал уговаривать Корнеевых срочно переоборудоваться в пекарню или хотя бы просто увеличить объёмы выпечки. Желающих приобрести эти булочки всегда было больше, чем сдобы, поэтому они сметались с прилавка практически сразу, как на нём появлялись. В отличие от запасок крупы, тушенки и спичек.
По сложившейся традиции, Леночка, как и многие подростки в городе, была призвана помогать родителям в семейном бизнесе в свободное от школы время. Именно поэтому её маршрут и время возвращения были прекрасно известны юному влюблённому — он неоднократно хаживал по нему вместе с объектом своего обожания. Другое дело, что тогда они были ещё детьми и о делах амурных даже не помышляли…
Сладкие грёзы юного Ромео были прерваны самым прозаическим и некультурным образом:
— Х..ли встал, мут?
В состоянии крайнего удивления Грэй сфокусировал взгляд на обладателе голоса. Это оказался самый обычный пацан лет двенадцати-тринадцати, сверливший его крайне напряжённым взглядом. Хотя стоп! Далеко не обычный! Паренёк был одет в свободные штаны с подворотами, тяжелые, совсем не по погоде, ботинки и темно-серую, почти чёрную, ветровку. А на руке была повязана свернутая лентой бандана, говорившая знающим людям, что обладатель учится в городской школе № 3.
Не сказать, что Сити был городком мирным или наоборот — буйным. Как и у любого человеческого поселения, в его истории были самые разные периоды. Но когда именно подростки в первый раз поделили город на районы, не может сказать никто. Для любого жителя, будь то взрослый или ребёнок, было самой собой разумеющимся, что центральные районы держат «перваки» — то есть ученики школы № 1, в которую ходили преимущественно дети наиболее богатых и «элитарных» семей. «Второклашки» держали северо-восток, «третьяки» заняли запад и юго-запад, «отличники» — юг и юго-восток.
Естественно, у каждой школы был свой знак отличия. Во времена братьев Лаки, город захватила мода на банданы. Головные платки самых разных цветов и размеров носили все, от мала до велика. Со временем, у взрослых это увлечение постепенно сошло на нет, а вот подростки превратили бандану в символ, который использовали до сих пор. Перваки носили её на манер шейного платка. Второклашки — на голове. Отличники, к которым относился и Саймон, сворачивали в ленту и оборачивали вокруг лба. Фишкой третьяков стала нарукавная повязка. Сорванная с противника во время драки бандана служила трофеем и доказательством крутости победителя, а её потеря была существенным ударом по репутации…
Стоит отметить, что последние несколько десятилетий отношения между школами были довольно мирными и драки стенка на стенку были из ряда вон выходящим событием. Обычно всё заканчивалось «стрелкой», на которой стороны либо договаривались на словах, либо происходил поединок «один на один». Поэтому то, что происходило сейчас, было мягко говоря… необычно. Сейчас между отличниками и третьяками был нейтралитет — школы стояли на разных концах города, территории давно поделены, эксцессов давно не случалось. К тому же Саймон сейчас был без банданы. Родители весьма резко реагировали на столь важный для любого школьника Сити социальный аспект, поэтому юный мут никогда не брал её с собой на работу.
 
Учитывая перечисленные факты, мелкий третьяк сейчас сильно рисковал. Существующий неписаный кодекс жёстко регламентировал поведение боевика из школьной бригады (о принадлежности к которой и свидетельствовала повязанная бандана). Прийти в чужой район и наехать на цивила в мирное время — западло. Мало того, что за подобный проступок третьякам могла прилететь ответка сразу от всех остальных школ, так провинившийся рисковал быть изгнанным из бригады и на всю жизнь получить клеймо отверженного.
— Чо глазами стреляешь? Баба, что ли?
Однако стоявший перед Саймоном парёнек определенно напрашивался на драку. При этом дураку было понятно — это всего лишь «разводила», задача которого спровоцировать конфликт. Где-то рядом скрывалась оставшаяся бригада бойцов, ожидая, когда можно будет с лихими кличами напрыгнуть на жертву и втоптать её в пыль.
Сай лихорадочно осматривал улицу на предмет опасности, но не находил ничего подозрительного. Что уже само по себе было крайне подозрительно. Всё, что он видел, это немногочисленных прохожих, прохаживающихся по своим делам и не обращающих никакого внимания на назревающий конфликт. Даже патрульных дружинников не наблюдалось, хотя они бы сейчас пришлись как никогда кстати. Похолодев, юный мут понял, что противник скорей всего прячется у него за спиной, за углом дома. Он уже хотел было развернуться, но следующая фраза разводилы заставила его передумать. Точнее, у него вылетели все мысли из головы, уступив место яростному желанию втоптать противника в асфальт по самую макушку и даже ниже:
— Чо, свою мутову мамку ищешь? Так она на трассе, клиентов обслуживает!
Выбросив вперёд левую руку, юный мут ухватил паренька за плечо и дёрнул на себя, после чего резким ударом правой в живот вышиб из наглеца весь воздух. Не ожидавший подобной прыти от своего крупного и внешне — не очень поворотливого противника, разводила согнулся напополам и тут же получил в лицо сильный удар коленом, от которого отлетел далеко в сторону. Однако прежде, чем Саймон успел до него допрыгнуть и пару раз пнуть, ему на плечо внезапно опустилась чья-то костлявая рука, а над ухом раздался визгливый голос:
— Ты что творишь, мутово отродье?
Развернувшись, Сай увидел перед собой высокого худощавого старика в добротной новенькой рясе коричневого цвета, на груди которого болтался тяжелый деревянный крест, украшенный резьбой в виде всполохов пламени. За спиной старика стояли мрачного вида ребята в штанах с подворотами, тяжелых ботинках и банданами, повязанными на манер нарукавных повязок.
«Пи…ц!» — вихрем пронеслось в голове у Саймона, осознавшем, что противник добился своей цели. Какой бы она не была…
***
— Ты зачем ударил это мальчика? — повысил голос монах из церкви «Чистоты Господней», явно работая на публику. — Что плохого он сделал?
— Он плохо говорил про мою мать, — буркнул подросток, исподлобья гладя на старика.
— Я этого не слышал! — отрезал старик. — И эти благочестивые молодые люди тоже не слышали. Зато мы прекрасно видели, как ты накинулся на нашего спутника, словно зверь!
«Молодые люди» согласно закивали. Они уже подняли своего подельника и теперь старались остановить у него кровь, текущую из разбитого носа. С некоторым мрачным удовлетворением Саймон отметил, что засранцу теперь точно придётся идти в больницу, вправлять носовую перегородку. Однако следующие слова монаха заставили его похолодеть.
— Вы посмотрите на этого мутанта, добрые люди! — разливался соловьем старик перед прибывающей толпой. — Сегодня он избил ни в чём неповинного ребенка, а что завтра? Завтра он ворвется в ваш дом с ножом и пистолетом? Изнасилует вашу дочь? Убьёт вашего сына?