В чертогах памяти (СИ)

Скрипнув зубами, Саймон закинул на плечо сидор, подобрал валяющийся рядом автомат и, шатаясь, поковылял вперёд. Спустя пятьдесят два шага он, наконец, достиг поставленной цели — среднего размера ёлочки, под тяжестью снега опустившей свои ветки практически до самой земли. С учётом небольшого сугроба вокруг, получился своеобразный вигвам. Да, по-хорошему, сейчас следовало набрать хвороста, развести костёр, согреть воды, поесть горячего и лишь после этого укладываться на ночлег. Однако всё, на что его хватило, это приподнять одну из еловых лап и закинуть туда спальник. Затем он влез под ель сам, сунул под голову вещмешок, запихнул за пазуху химическую грелку и свернулся калачиком, баюкая в руках «Бурю», словно ребёнок — любимую плюшевую игрушку.
«Не спать. Не спать. Не спать» — словно молитву, твердил мут, широко раскрыв глаза и пересчитывая иголки на еловой лапе. «Не спать. Не спать. Не спать. Не спа…».
***
Старое асфальтовое покрытие, сплошь изрытое трещинами и рытвинами. Слева и справа замерли БТРы, устремив перед собой хищные носы крупнокалиберных пулемётов. Впереди — огромная людская масса. В толпе мелькают бронежилеты с красными кинжалоподобными крестами, лабораторные халаты, комбинезоны техников, гориллообразные фигуры в необработанных шкурах. Тёмное человеческое море постепенно приближается, грозя захлестнуть обе боевые машины и замершего между ними мутанта, однако пулемёты молчат. Потому что сидящие внутри экипажи мертвы. Непонятно откуда, но он это знает точно — спрятавшиеся под бронёй «Дружинников» давно превратились в хладные трупы, потому неспособны вести огонь.
Приближающиеся тоже мертвы. Лабораторные халаты покрыты пулевыми отверстиями и залиты кровью, бронежилеты исполосованы когтями. У многих не хватает конечностей, у некоторых вместо голов — обрубки шей, но это не мешает им подходить к окаменевшему от ужаса капитану спецназа.
Из общей массы выдвигается силуэт в силовой броне. В правой руке гигант сжимает боевой топор, в левой — огромный ростовой щит, на слегка изогнутой поверхности которого большим кровавым пятном выделяется крест святого Сантьяго.
Сбрасывая с себя оцепенение, Саймон вскидывает к плечу штурмовую винтовку и начинает стрелять, поливая толпу и приближающегося великана свинцовым дождём. Но пули не могут причинить вреда тем, кто уже давно мёртв. Бессильно стуча по телам ходячих мертвецов, они осыпаются на асфальт маленькими невзрачными дробинками.
Сухо щелкнул боёк, сигнализируя, что в рожке закончились патроны. Медленно отступая назад, мут механически перезаряжает автомат, доставая из кармашка разгрузки новый магазин. Снова вскидывает оружие, но в этот момент его спина упирается в неожиданное препятствие. Капитан резко разворачивается, готовый уничтожить нового врага, но палец на курке застывает, словно парализованный.
— Прости, босс, — произносит мертвенно бледный Малёк, вокруг шеи которого пульсирует огромная чёрная пиявка.
Сжатый кулак раскрывается, роняя на асфальт металлическое яйцо гранаты. Взрыв. Словно получив могучий удар молотом, тело мутанта летит спиной вперёд и врезается в наступающую толпу. Окровавленные руки моментально хватают жертву, осыпая градом ударов. Острые зубы вонзаются в плоть, игнорируя бронежилет и одежду. Лезвие топора прилетает сверху, разрубая грудину и обнажая бьющееся в слепом ужасе сердце…
С бессвязным рёвом Саймон дёргается, вырываясь из кучи облепивших его тел, откатывается в сторону и, схватив автомат за ствол, начинает отмахиваться от тянущихся к нему рук, покрытых тёмной запёкшейся кровью… Холодных чёрных рук, осыпающих его кристаллами холодной чёрной крови…
Спустя вечность, мут со всхлипом встаёт на четвереньки и снова забирается под ель. Опять сворачивается в позу эмбриона, с тоской ощущая, что грелка всё также продолжает активно отдавать тепло измученному телу. Это значит, что проспал он недолго и впереди ещё множество снов, наполненных смертью и животным ужасом. Автомат он не перезаряжает… Перестал на вторую или третью ночь.
 
«Не спать! Не спать! Не спать. Неспать… неспать… неспатьнеспатьнеспа…».
***
— Продолжая тему Дальневосточной Теократии, сегодня мы рассмотрим существовавшие и ныне существующие в данном государстве боевые подразделения. И начнём, пожалуй, с наиболее загадочного и малочисленного из них — «Синигами». Кому-то знаком этот термин?
Преподаватель предмета «Новая история», сухонькая шестидесятилетняя старушка с птичьим лицом, острым взглядом и вечным пучком волос, глазами профессионального снайпера изучала сидевших перед ней кадетов. Несмотря на это, где-то на галёрке поднялась одинокая рука, привлекая всеобщее внимание.
— Кадет Шатров?
— Термин «синигами» в японской культуре обозначает божество смерти. Предположительно он возник в середине XIX века, но наибольшую популярность получил в XX, после публикации манги…
— Садитесь, Шатров. Ваша одержимость историей и культурой Японии делает вам честь, но подобные детали сейчас несущественны. Да, в переводе с японского это слово можно перевести как «бог смерти», хотя более точным переводом было бы Мрачный жнец или Собиратель душ, поскольку синигами, по факту, являются высшими существами на службе Смерти, а не полновластными владыками царства мёртвых, вроде Аида или Хель. В любом случае, нет ничего удивительного в том, что этот термин был использован в Теократии, учитывая сколь многое это государство взяло из культур ныне почивших в истории Китая, Японии и Кореи.
Лектор взяла паузу, пробежавшись сухонькими пальчиками по экрану своего планшета. В ту же секунду плотные шторы на окнах принялись закрываться, а под потолком приветственно мигнул диодом голопроектор.
— Подразделение специального назначения «Синигами» является наиболее малочисленным в составе вооружённых сил Теократии, однако отлично известно за свою потрясающую эффективность, — вновь раздался её лишённый эмоций голос. — Официально это рота, но личный состав насчитывает от пятнадцати до двадцати человек. При этом каждая операция, в ходе которой были задействованы синигами, была выполнена. Проще говоря, эффективность данного подразделения составляет 100 %. У кого-то из вас могут возникнуть вопросы: какого рода задания выполняет этот отряд, и каким образом ему удаётся достигнуть подобных результатов. Теперь посмотрим, есть ли у кого-то ответ.
Неугомонный Шатров опять поднял руку.
— Ещё кто-нибудь? Нет? Плохо, очень плохо. Стыдно не знать самое эффективное подразделение вероятного противника, — вздохнула майор. — Шатров, опустите руку. Итак, ответ на второй вопрос — весь личный состав «Синигами» обладает хорошо развитыми телепатическими способностями, не менее 70 Пси по шкале Хаяси. Кроме того, у каждого имеется один-два дополнительных псионических таланта на уровне 50 Пси и выше. Ответ на первый вопрос — скрытое проникновение на территорию противника с последующим уничтожением цели. Демонстративным уничтожением с максимальной жестокостью. Если кто-то ещё не понял, это отряд палачей, приказ которому отдаёт лично хамбо-лама или один из его дидов [1]. Кстати, сам процесс казни называется «Путь раскаяния», суть которого дать возможность жертве осознать свои грехи и тем самым заслужить бонусы к своему следующему перерождению.
Лектор вновь потыкала пальчиками в планшет, после чего в воздухе перед классной доской появилась большая трёхмерная голограмма. Это была средних размеров комната, обстановкой напоминавшая дешёвый бордель в одном из Вольных городов: яркая аляповатая драпировка, тяжёлая мебель из дерева, гигантская кровать с балдахином, занимавшая почти треть доступного пространства. Правда на данный момент балдахин и драпировка изодраны в клочья, мебель разломана, а на стенах и полу размазаны бурые пятна. Больше всего внимания привлекает человеческая фигура на кровати. Голый мужчина с уже намечающимся животом сидит на подушках, откинувшись на изголовье. Его руки почти полностью покрыты запёкшейся кровью, вместо лица — сплошное месиво.