Обмануть красиво, или Уроки соблазнения. Часть 1 (СИ)

Пришлось отойти вглубь придорожного леса и, кусая губы, попросить:
– Можешь подсказать, где взять одежду? Или… Поможешь достать?
Парнишка неожиданно широко улыбнулся и кивнул, приглашая следовать за собой. Странный он: то тушуется, то смело соглашается помочь незнакомке… Но, если у него доброе сердце, то пусть уж имеет какие-нибудь недостатки, верно?
– Скажи, а что тут у вас творится? – пробираясь по лесу за проводником, поинтересовалась я. Под гримерными черными балетками, которые я не успела сменить на стопятьсотсантиметровые каблуки, похрустывали сухие ветки. Пахло травой и цветами. М-м-м, хорошо как! Давно я не была на природе.
– Свадебный обряд не узнала? – удивился медноволосый, поворачивая для ответа лохматую голову. – Ви-но сегодня замуж выходит. Провожаем в последний… - паренек прикусил язык. – В дорогу провожаем.
Ви-но? Что за странные паузы в имени? Звучит так, словно алкаш икающе требовал благородного напитка.
– Куда именно? – напряженно уточнила я, переступая через поваленный  ствол.
– Дык в столицы енти поедет, – отвлек от мыслей звонкий голос неожиданного информатора. – В храм, а потом и в дом жениха своего.
– Столицы? – я ускорилась, чтобы быть поближе к источнику знаний. Споткнулась, но скорости не снизила.
– Ты откудова вообще? – изумился темно-рыжий, покосившись на меня.
– Издалека, – туманно ответила я, хмурясь и кусая губы. Что же тут все-таки происходит? Как правильно себя вести?
– Из другой страны? – засверкали восторгом болотные глаза парнишки, а сам он чуть не подпрыгнул от счастья. – Ты иди к нам в деревню, в трактире тебя бесплатно накормят за рассказы о вашем житье-бытье!
Вот о еде говорить ему не стоило. В животе тут же предательски забурчало, - да так громко, что, казалось, это небеса разверзлись; и так длинно, словно оголодавший желудок покрыл меня трехэтажным матом.
Я ж с утра не ела! Мяско с картошечкой давно успело перевариться, особенно в таком жиросжигательном режиме, который устроили мы с Алеком.
– А что у вас слышали о магии? – чуть подумав, осторожно полюбопытствовала я, бодро топая рядом с незнакомцем. Уставшие было ноги, как только пошел разговор о еде, мигом окрепли и были готовы нести меня, куда угодно. Желательно – на кухню.
– Магии? – заморгал медноволосый и замотал головой, чуть притормаживая. – Такого у нас не водится. А что это? Или… кто?
– Даже так… – прифигела я, замирая на месте. Сознание угодило в тупик. Где это видано, чтобы при попадании в другой мир тут вообще не знали о магии? Это как-то не по канону…
Когда я нервничаю, волнуюсь, или когда что-то идет не по плану, у меня пробивается нервный смех. Тихенький такой, дребезжащий, как у старушек. Кому-то он кажется насмешливым, кому-то – коварным, а некоторым – издевательским. Зависит от ситуации. Например, когда моя мама лежала в операционной, мне, сидящей под дверью, было невыносимо тошно. Тут же, как по заказу, пришел мистер Хахашечка. Только представьте: выходит от больной доктор с ассистентами, а на стуле сидит дочь пострадавшей, смотрит в одну точку, чуть шевелится вперед-назад, будто в трансе, и – хехекает, словно злобная ведьма.
Как меня в дурку не упекли тогда – осталось загадкой…
Я к тому, что сейчас возникло знакомое ощущение приближающегося веселья, и я, из опасения совсем упасть в глазах неожиданного информатора, заговорила коротко и по делу:
– Пойдем поедим.
На полный желудок и хехекать меньше хочется: проверено.
– В трактир мы смогем попасть тока после ентой… цыремонии, - виновато склонил голову медноголовый, тоже притормаживая. Я невольно отметила, что, если пригладить торчащие во все стороны лохмы, это повысит привлекательность парня процентов на десять.
– Что ж, - проскрежетала я зубами и постаралась взять контроль над ситуацией, от злости взяв быстрый старт. – Тогда давай за одеждой быстренько, дождемся окончание церемонии, и я поем! Иначе… – я злобно зыркнула на нервно сглотнувшего парнишку и наклонилась прямо к его лицу, – Кто-то рискует стать моим обедом!
 
Парень побледнел, зачем-то украдкой ощупывая свое тело. Проверяет, не откусила ли? Веселый малый!
– Или будет сам готовить мне! – едва сдерживая смех, добавила я, наблюдая перекошенное веснушчатое лицо. Ну конечно, для мужика неизвестно что хуже – сразиться с кровожадным монстром или же накормить его!
– А мы пришли, – с непередаваемым облегчением выдохнул проводник, выводя меня к деревянным домам. Все они стояли разрозненно, без какого-либо порядка, но были соединены большой дорогой… Дорогой!
- А почему мы не пошли, как белые люди, по предназначенной для этого территории? – вызверилась я на спутника, втянувшего вихрастую голову в плечи. Он продолжал быстро идти, точнее, убегать от меня, и я решила поднажать.
Парнишка, обернувшись и от моей близости повысив скорость, оправдывался:
- Просто хотелось немного с тобой поболтать, а по лесу идти дольше…
- Так ты остановись, поболтаем, - насмехалась я, не сдавая позиций. Я, конечно, не спортсменка, но данный темп, благодаря фитнесу, выдерживаю.
Наверняка со стороны мы смотрелись забавно: бежит растрепанный бледный парень, затравленно оглядывающийся, за ним ухмыляющаяся – жаль, что не хехекающая ради живописности – фигуристая красавица в грязном кусочке небесной ткани. Что бы подумали люди, кому бы посочувствовали?
Почему кажется, что не мне?
- Я остановлюсь, - пообещал новоявленный спринтер и внезапно действительно замер. Я тайком перевела дух и притормозила рядом.
Мы пришли к покосившейся от старости избушке с дырявым забором и незапертой калиткой. Заходить на участок вслед за парнем я не стала, хоть и поняла, что именно здесь мне и пожертвуют одежду.
Было немного стыдно. Я могла заплатить за одежду, но… где-то там. А сейчас была беднее этих людей из убитого временем дома. И это ж какое сердце должен иметь человек, чтобы, едва сводя концы с концами, не утратить доброты к ближнему?
Сердце сжалось от необъяснимых чувств.
Медноволосый довольно быстро вышел, аккуратно прикрыл хлипкую дверцу и протянул мне какой-то серый балахон. При разворачивании обнаружилось, что это старая рубаха, на которую, если не ошибаюсь, на Руси обычно надевали сарафаны.
Но сарафана не было. Надеюсь, люди не будут слишком коситься из-за этого? Все же не на Руси вроде как… Да?
Недолго думая, надела подаренную одежду прямо поверх своего платья. Еще до конца не верилось, что здесь нет стиралок, и мне придется чистить одежду вручную.
Да и вообще, если честно, я воспринимала происходящее, как квест. Готова погружаться в созданную реальность, чтобы получить как можно больше удовольствия.
Приходится порой даже награждать себя оплеухами, чтобы очнуться: я неизвестно где и непонятно с какой целью. Нужно быть бдительной.
– Теперь пойдем туда, где сейчас все, - приказала я, отгоняя ненужные мысли.
Некоторое время мы шли в тишине. Неужели это все – большой розыгрыш? Мог ли Мученик накачать меня каким-то газом, а потом перевезти сюда, в это непонятное место? Или, может, решил отравить до галлюцинаций?
Через некоторое время быстрого перемещения мы с проводником догнали процессию людей. Тут царил оглушительный гомон, текли бесконечные разговоры на самые разные темы, начиная от, понятно, свадьбы и семьи невесты, заканчивая ценами на зерно.
Мой проводник куда-то пропал, но я не стала его разыскивать. Было интересно слушать крестьян в попытках определить, где же я все-таки оказалась.
Краем уха уловила, что жениха местное население не любит, но говорит о нем осторожно, опасливо понижая голос. Влиятельный человек?
 
«О таких или хорошо, или ничего», - флегматично подумалось мне.
Наконец, толпа довела меня до невысокого бревенчатого, как и все постройки в этой деревне, храма, вокруг которого плыл тонкий аромат ладана. Я вскинула голову вверх и отметила странный символ на бревенчатом куполе. Знак был похож на изображение, кхм… седалища в социальных сетях – две смотрящие в разные стороны скобки [1].