Вечно голодный студент 2 (СИ)

Мне зимой вообще комфортно — из-за того, что круглосуточно стойкие минуса, ИК-зрение позволяет отчётливо видеть даже слабые источники тепла, выделяющиеся на сильном контрасте.
— Следы какие-нибудь? — спросил Фазан, выглянувший из кабины грузовика.
— Нет, тут чисто, — покачал я головой. — Но я похожу, посмотрю. А вы будьте на стрёме. Артём, паси меня с дрона.
Артём — это один из добровольцев, решившийся пойти с нами в рейд. Он из обученных Нарком дроноводов, поэтому очень полезен для разведки местности и, если совсем прижмёт, использует самопального дрона-камикадзе, изготовленного Нарком из китайского FPV-дрона и связки из трёх гранат РГД-5.
  
Нужно удостовериться, что в районе воинской части Росгвардии нет никакого особо опасного зверья, а затем проверить внутреннюю территорию части на предмет недоброжелателей или ловушек. Как только станет ясно, что всё окей, фуры проедут через КПП, мы займём оборону и начнём спокойно лутать местные склады. Если их предварительно не вывезли, конечно же.
На случай, если военные вывезли вообще всё, что очень вряд ли, но не исключено, мы сменим план и займёмся поиском продовольствия и иных ценностей в наиболее вероятных локациях города.
Иду вдоль ограды воинской части, которую обильно обмотали оцинкованной колючей проволокой, что свидетельствует о каких-то организованных мерах, то есть, здесь не было паралича управления и командование делало что-то, чтобы сохранить личный состав и наладить оборону.
Моё внимание привлёк постамент, на котором стоит БМП-2 — это явный памятник, потому что на постаменте есть табличка «О вас, не вышедших из боя, живые будут помнить вечно». Достаю из подсумка телефон и фотографирую БМП с нескольких ракурсов.
Как-то слышал, что некоторые танки времён Великой Отечественной, стоящие в роли памятников в разных городах, вполне функциональны и заезжали на постаменты самостоятельно. Может быть, что эта БМП-2 на ходу и мы можем её использовать.
— Тут памятник с БМП-2, — сообщил я через кенвуд. — Надо будет посмотреть, не на ходу ли она.
— Посмотрим, — пообещал Фазан. — Ты заходи, смотри что за забором.
Ворота заперты, как и дверь КПП, но для меня все эти замки уже давно не проблема…
Провозившись с замком пару минут, отпираю дверь и осматриваюсь в помещении. Здесь, как вижу, не было никаких боёв, всё цело, а пыль на полу нетронута. Может быть, что мы пришли сюда первыми за очень долгое время.
Прохожу здание КПП насквозь и выхожу на территорию.
А вот тут всё совсем не так аккуратно — по асфальту разбросаны пустые деревянные ящики из-под боеприпасов и оружия, разного рода упаковка, разрезанные верёвки, пустые цинки, ржавые железяки непонятного назначения, а посреди всего этого стоит армейский КамАЗ с поднятой, для доступа к двигателю, кабиной. Полагаю, он сломался, его попытались починить, но затем бросили это дело, возможно, из-за недостатка времени.
Все здания части абсолютно холодные. Некоторые окна как были открыты для проветривания прошлым летом, так и остались открытыми…
Смотрю и слушаю, но не обнаруживаю никаких признаков жизни.
— Тут всё чисто, можно заезжать, — сообщил я в кенвуд. — Сейчас отворю ворота.
Они заперты лишь на пару засовов, что упростило задачу до «легче лёгкого».
Первым в часть заехал снегоочиститель, которым управляет Захар, парень, до зоошизы трудившийся старшим менеджером в торговой компании, но имевший двухлетний опыт срочной воинской службы.
За снегоочистителем заехали фуры, которым я сразу же указал дорогу до складской зоны.
Ещё на этапе планирования мы внимательно изучили спутниковую карту воинской части и определили, где находятся склады. Только нам не очень понятно, что именно там хранится.
Ронин предполагает, что там оружие и боеприпасы, возможно, взрывчатка, а может, военная экипировка, которая точно не будет лишней в нашей ситуации. Скоро узнаем.
Дрон предварительно исследовал периметр и нам известно, что стена воинской части полностью окутана колючей проволокой и не имеет видимых повреждений, поэтому просто так зверьё сюда не проникнет.
Мы добрались до складской зоны, проехали ещё одно КПП и я зашёл в первый склад.
— Хо-хо-хо… — заулыбался я, увидев стеллажи, заполненные упакованными бронежилетами.
Тут их тысячи, если я верно всё оценил — не только армейских бронежилетов, но и кевларовых шлемов, разгрузок, рюкзаков и прочей оснастки. Мы устанем загружать всё это, но это нужно сделать.
— Вот это мы удачно заехали… — осветил Фазан стеллажи фонарём. — Я подгоню фуру жопой к вон тем вратам — нужно начинать прямо сейчас. А ты, Студик, посмотри, что на остальных складах.
Киваю и выхожу из здания.
Следующий склад содержал в себе боеприпасы, судя по пустым ящикам со специфической маркировкой, но отсюда вывезли почти всё. Мне пришлось пройти почти семьдесят метров, прежде чем я обнаружил стеллажи с закрытыми ящиками.
— Ох-ох-ох! — открыл я первый попавшийся ящик. — Капец…
Внутри обнаружились выстрелы к РПГ-7 — ПГ-7ВЛ. И это охренительно хорошая новость, потому что такие штуки можно присобачивать к FPV-дронам и уверенно поражать ими черепах и прочую животную мразь. В ящике шесть выстрелов, что уже дохрена, но здесь многие десятки таких ящиков!
— Фазан, тут выстрелы к РПГ-7 и их здесь дохрена, — сообщил я по кенвуду.
— Да ну⁈ — обрадованно спросил Фазан. — Охуеть, Студик! Надо, наверное… Хотя нет, отбой. Никуда они не убегут — загрузим после брони, если место останется. А если не останется, то всё точно влезет во вторую фуру!
— Не кипятись, — сказал я ему. — Мы только начали.
— Бля, Студик! — ответил он. — Если здесь нашлось такое, то есть ещё много чего! Мы тут как хомяки набьём всё за обе щеки! Надо будет, на колени ящики уложим!
— Если что, найдём транспорт в городе, — произнёс я. — Ладно, я пошёл смотреть остальные склады.
В следующем здании было пусто. Я походил между пустыми стеллажами и почитал бумажки, лежавшие на столе в одном из кабинетов — похоже, что здесь хранились боеприпасы к 30-миллиметровым орудиям, к КПВ и «Утёсам». Но такие ценности у военных в приоритете с самого начала, поэтому неудивительно, что они вывезли из этого склада вообще всё.
Следующий склад «обрадовал» меня фильтрами, ремнями, приводными валами, свечами, насосами, радиаторами и шинами к военной технике. Это практически бесполезно, поэтому мимо.
Иду к следующему зданию, захожу в него и благоговейно млею от наблюдаемой картины. Да, половина стеллажей пуста, но вот вторая половина…
Здесь хранятся АК-12 в ящиках, несколько АГС-17, а также ящики с СВД и РПК-74. Это, как любит выражаться Фазан, джекпот!
— Нашёл стволы, — сообщил я через кенвуд. — АК-12, СВД, РПК, есть даже АГС-17.
— Круто! — отреагировал Щека. — Вот теперь мы живём!
— Не теряйте голову, — посоветовала Лапша. — Это ещё довезти надо.
Дальше было ограждение воинской части, поэтому я пошёл к следующему ряду хранилищ.
На первом в этом ряду складе я обнаружил сварочные аппараты, генераторы, компрессоры, ручные инструменты и всё прочее, в нашей ситуации, малоценное. В Волгограде в избытке всякого инструмента, причём гораздо выше качеством, чем-то, что закупала для себя армия.
Следующий склад порадовал меня ПТРК. Военные забрали, как я понял, лишь малую часть, а остальное оставили, рассчитывая вернуться когда-нибудь. Но так и не вернулись.
А нам эти противотанковые ракетные комплексы прямо нужны, для повышения обороноспособности будущей крепости «Хилтон».
Пусть нас не учили стрелять из ПТРК, но, думаю, среди обычных людей есть разбирающиеся…
  
— ПТРК «Конкурс», — сообщил я. — Второй склад от северной стены, второй ряд.
— Круто, бро! — сказал Щека. — Ты как посмотришь всё, подтягивайся к нам — тут слишком дохрена всего и надо таскать!
— Окей, — ответил я и пошёл к следующему складу.
А там нашлись непонятные ящики, в которых я обнаружил оптические прицелы. Всякие ПСО-1 для СВД, пулемётов и автоматов семейства АК. Прошерстил весь склад, но тепловизоров не обнаружил — либо их хранят отдельно, либо всё увезли.