Вечно голодный студент 2 (СИ)

— Это впечатляет… — поделился своим мнением Ронин, взявший тяжёлую пластину в руки.
Это та самая пластина, которой черепаха закрывала свой «купюроприёмник», то есть, щиток на третьей лапе.
У нас есть только два экземпляра — первый, принадлежавший Жигану, весит 9,7 килограмм и имеет размеры 42×51×1,4 сантиметра, а второй, принадлежавший безымянной черепахе, весит 11,3 килограмма и имеет размеры 49×67×2,1 сантиметров. Форму они имеют овальную, а размер равен головному отверстию в панцире.
  
Стреляем мы по первой, чтобы понять, есть ли перспективы пробить эту пластину из лёгкого огнестрельного оружия. Но перспектив, как видно, нет — если бронебойный патрон 7,62×54 миллиметра не берёт её с 10 метров, то чем-то послабее можно даже не пробовать.
Жиган был застрелен из ПТРС, калибра 14,5×114 миллиметров, прямым попаданием в будку, но против неё даже БМП пасуют. Пуля лишь краем задела подвижную плиту, поэтому повреждения на ней есть, но незначительные.
— Я знаю, что надо делать с этими штуками! — заявил Фазан. — Но мне нужно будет очень много дисков для болгарки, и куча времени!
— Хочешь сделать бронеплиту? — догадался Ронин.
— Смекаешь, — улыбнулся Фазан. — Можно попробовать обрезать эту пластину под стандартный размер плиты для бронежилета.
— Да, это что-то покрепче, чем Бр5, — согласился Ронин. — Её даже из ПКМ не пробить…
— Делаю, Проф? — спросил Фазан.
А Проф задумчиво поглаживал подбородок и смотрел на плиту в руках Ронина.
— Может, панцирь тоже будет не бесполезен? — спросил он.
— Попробовать можно — его ПТРС не берёт даже попаданием под прямым углом, — ответил на это Фазан и тяжело вздохнул. — Но задолбаемся распиливать.
— Нельзя забывать о том, мы ещё можем встретить недружественных людей, — сказал Проф. — Это значит, что нам нужно обзавестись адекватной защитой. И это будет символично — впервые мы получили от мутантов что-то помимо мяса.
— Ладно, тогда надо начинать уже сегодня, — произнёс Фазан. — Кто из вас тут с руками не из жопы? Студик?
— Нет, мне скоро выезжать, — покачал я головой. — Надо снять панели с частного дома.
Мы превращаем крышу «Хилтона» в солнечную электростанцию, причём панелями занято лишь чуть меньше половины площади. Но даже когда заполним крышу отеля, есть «Сити Молл», с вывески которого я вчера срезал слово «Европа» со звёздочками.
Не то, чтобы нам нужно прямо много энергии, но мы думаем на перспективу. Да и запас панелей будет совсем не лишним.
— Ронин? — спросил Фазан.
— Да, — кивнул тот. — Полезно поработать руками, а не только головой.
— Ну, тогда идём в мастерскую, — позвал его Фазан. — И пластину не забудь.
Не знаю, что они нашли в этих черепашьих пластинах. От зверья они не помогут, потому что твари склонны хвататься за конечности и бить по голове, ну или бьют так сильно, что нагрудная броня почти ни на что не влияет, а людей с огнестрелом ещё встреть…
Поднимаюсь по лестнице на первый этаж и иду в лобби.
Щека сидит на мягком диване и чистит свой АКМ.
— Надо что-то думать с патронами, — произнёс он, увидев меня. — Если будем тратить патроны такими темпами, скоро будем, как папуасы, с копьями бегать.
— Ронин и Проф обещали что-то придумать, — пожал я плечами и сел рядом с ним. — Евгений рассказывал, что военные посылали колонны на восток, но возвращались не все из них. Я думаю, если мы прогуляемся в ту местность, обязательно найдём места, где их уничтожили. А там точно будут какие-то патроны.
— Надеюсь, блядь… — пробурчал Щека.
— Готовы? — вошла в лобби Галя, уже полностью экипированная и вооружённая.
— Мне только автомат собрать, — усмехнулся Щека.
Покидаем отель и идём на парковку, где уже стоит электрогрузовик. Щека и Галя садятся в кабину, а я в кузов.
Пункт назначения — улица Качинцев, на которой целых два частных дома с солнечными панелями на крышах. Один дом вчера обнесли Фазан, Фура и Лапша, а сегодня наша очередь.
— Если что, я пасу вас, — сообщил Нарк через баофенг. — Но ты, Студик, всё-таки поглядывай по сторонам.
Улица Качинцев — это фактический центр города, но застроен частными домами. Там обожают шляться собаки, представляющие опасность не качеством, но количеством. Они нападают всегда, потому что с едой сейчас дела обстоят, мягко говоря, не очень.
Я почти уверен, что они тоже повышают характеристику «Экстракция энергии» или её аналог, потому что, судя по всему, питаются они не так часто, как им бы хотелось.
По мнению Ронина, они тоже поднимают «Энергетический уровень», потому что замечено, что мясо Жигана гораздо сытнее, чем мясо безымянной черепахи. И дело не в содержании жира, а именно в сытности.
Это даёт пищу для размышлений — какая-то мысль крутится у меня на окраинах сознания…
Но мы уже приехали, поэтому додумать её я не успел.
Фазан расчистил дорогу от брошенных машин, поэтому путь досюда не занял много времени. Вообще, у нас наблюдается проблема — многие улицы в городе полны брошенными машинами, легковыми, грузовиками, спецтехникой…
Чтобы беспрепятственно перемещаться по городу, нужно заниматься расчисткой, а нас слишком мало. Это значит, что нам нужно больше людей, но их в городе не сказать, чтобы много.
За последние три дня к нам присоединились четверо — двое взрослых и двое детей. Обычные люди, не КДшники.
КДшники оставили этот город, потому что посчитали, что выгоднее уйти с военными, у которых «точно есть план». Евгений прямо так и сказал — военные уверяли, что план точно есть и всё обязательно будет хорошо. И город был брошен.
— Хотите прикол? — спросил Нарк через рацию.
— Давай, — ответил я, залезая на крышу.
— Был один человек, которого звали Олег Нострадамус, — начал Нарк. — Как-то он, будучи бухим, выскочил из бани и сказал: «Я в дрова!», а затем нырнул в сугроб. Но это оказался не сугроб, а дрова, накрытые снегом.
— Ха-ха… — вяло посмеялся я и приступил к раскручиванию солнечной панели.
Это несложная, но однообразная работа — отсоединяешь провода, выкручиваешь болты, снимаешь панель и передаёшь их Гале.
На кровле, рядом со мной, стоит ПТРС, который нужен на случай появления очередной черепахи.
С собаками, если они найдут нас, будет разбираться Галя — её способность предполагает ближний бой и позволяет существенно сэкономить патроны.
— Я надеюсь, что сегодня будет замес, — сказал Щека. — Надеюсь, будет черепашка…
— Было бы неплохо, — кивнул я ему. — А то два дня глухо. Я уже начинаю беспокоиться.
Но никто за нами так и не пришёл. Видимо, у черепах и собак есть какие-то другие, более важные, дела.
За три с половиной часа мы сняли все панели, которыми была обложена вся южная сторона крыши дома, погрузили их в грузовик и поехали обратно в «Хилтон».
Я думаю, что так можно жить — иногда биться против зверья, но основную часть времени заниматься какой-нибудь созидательной деятельностью.
«Это немного, но это честная работа», — подумал я, посмотрев на стопки панелей, стоящие в кузове Вольтуса.
Несмотря на то, что Фазан очень презрительно относится к электрическим машинам, непременно называя их электробричками, электротачанками или электрожлыгами, даже он оценил их малую шумность. Шелест колёс на больших скоростях, конечно, никуда не делся, но если ехать медленно, то шума создаётся существенно меньше.
Ну и выхлопных газов нет, что прямо очень существенное преимущество, потому что те же лютики, по опыту других людей, идентифицируют запах выхлопа с дистанции двух-трёх километров, ну, при условии, что сыграет роль ветер и иные факторы.
Электрички выхлопной системы не имеют, поэтому по запаху их отследить сложнее.
  
Но у них есть главный минус, который перекрывает все преимущества. И, нет, это не электроэнергия. Их главный минус — это сложность.
Если электромобиль исчерпает свой ресурс, то починить его мы, скорее всего, не сможем. С запчастями, с квалификацией ремонтников, с инструментом — со всем этим у нас острые проблемы.